Чтение онлайн

То, насколько легко, свободно и даже нагло вёл себя парень, было очевидно даже лишившемуся самого дорогого Герману. Но каким-то образом своеобразная манера речи не отталкивала.

Расслабленная поза, дружеская, чуть ироничная улыбка, мягкий взгляд.

Герман почувствовал, будто они поменялись ролями и это он был вчерашним юнцом, сидящим напротив кого-то заметно более взрослого. А какой юнец не хочет поделиться чем-то важным со взрослым?

Что в этом такого ненормального?

— Моя ученица, она… — безжизненным голосом произнёс Герман. — Приняла яд…

— Мои соболезнования, друг, — похлопал удивлённого старика по плечу Артур. — Как её звали, ты знаешь почему она приняла яд?

И вновь. Первый охотник хотел возмутиться. Слишком наглый, слишком дерзкий.

Но…

— Я догадываюсь… — поддался странному желанию охотник. — Мария… л-леди Мария… Она…

Он не помнил, когда последний раз был с кем-то столь откровенным. Слова вылетали из его уст словно по волшебству. Сломленный охотник чувствовал, будто находился во сне, по ходу разговора всё меньше задумываясь над тем, что и кому говорил.

Тёплые карие глаза, преследовавшие его на протяжении всего разговора, словно изменили свой окрас, начав напоминать цвет песка. Но не того, что он запомнил в богами забытой рыбацкой деревне, а песка с берега моря, что освещало тёплое солнце.

Он рассказал хозяину о том, как взял её в ученицы. Как сперва сомневался в том, справится ли она с возложенной на неё ношей. Как гордился её успехами и восхищался способностям воистину талантливой девушки. Как сам не замечал, что всё больше привязывался к ней.

Подсознательно Герман понимал, что начал говорить благодарному слушателю то, что не должен был говорить, но ему было слишком тяжело остановиться.

Кто во сне вообще думает над тем, кому и что рассказывает?

Хозяин паба поддерживал его на каждом слове, совершенно искренне улыбался на тёплых для Германа воспоминаниях, мягко тянул разговор в одному ему понятном направлении, пока первый охотник не понял, что…

Он уже давно не говорил про одну лишь леди Марию.

— … ты всё ещё думаешь, что Лоуренс был прав?

— Он… он зашёл слишком далеко, мы… мы были слишком самонадеянными, но теперь… теперь уже слишком поздно… Я больше не могу это остановить…

Церковь стала слишком большой. Заинтересованных лиц стало слишком много. Это безумие было уже не остановить. Лишь задержать, оттянуть, но и в этом старый охотник уже сомневался.

— Если что-то плохое может произойти — оно произойдёт… — устало вздохнул каким-то своим мыслям хозяин паба. — Тебе нужен здоровый сон. На сегодня с тебя достаточно, дорогой клиент.

Старый охотник выдохнул, уже давным-давно забыв, что хотел до смерти напиться. «Здоровый сон». Смешно. Ему давно снились одни лишь кошмары.

Правда, кое в чём Артур был прав: одной кружки дивного пойла, кажется, и впрямь было достаточно.

— Клиент… — нахмурился Герман, словно начав пробуждаться от странного сна. — Ты думаешь, что я вернусь?

Одного взгляда тёплых, мягких глаз хозяина было достаточно, чтобы узнать его ответ.

Охотник помотал головой, медленно поднявшись из-за стойки, на негнущихся ногах направившись на выход. Уже собираясь выйти, стоило двери со звоном колокольчика открыться, до Германа дошёл тихий, убаюкивающий голос хозяина:

— Выспись хорошо, Герман. «Песчаная Чаша» ценит своих дорогих клиентов.

Герман на миг остановился, не оглядываясь кинул в удивлённого хозяина бутылек с кровью, который тот ловко поймал. Что-то внутри охотника подсказало ему, что он сделал что-то правильное.

Возможно, впервые в проклятой всеми богами жизни.

Вышел из паба Герман чуть быстрее, чем хотел, на миг ощутив, как по спине пробежались мурашки. Инстинкты охотника закричали, словно он встал спиной перед какой-то тварью, но, стоило двери закрыться, как это чувство исчезло, словно его и не было.

Просто мираж.

Герман удивлённо повернул голову на паб, крепко сжав клинок, понимая, что только что произошло нечто безумно странное, но…

Сны ведь редко бывают осмысленными, не так ли?

— О Боги… — прошептал старый охотник, переведя взгляд на самый обычный цветок.

Самый обычный цветок у самого обычного паба, что принадлежал самому обычному хозяину.

Определённо, ему нужно было пойти и поспать.

* * *

За что я себя мог похвалить без лишней скромности, так это за умение держать хорошую мину при плохой игре. Ладно, возможно, не совсем плохой, ведь добиться своего, в общем и целом, получилось, но…

— Морфей меня усыпи, я чуть не сдох…

Любая атмосфера таинственности и загадочности вокруг меня развеялась, словно её и не было. Тело повалилось на стойку, со лба ручьем стекал пот; сам я, готов поспорить, сейчас был бледнее мела.

Ещё одна капля песочной крови, растворившаяся в кружке эля, и последующий разговор с постоянным мягким, аккуратным воздействием дались мне намного тяжелее, чем я думал.

И всё же, настроение было замечательным.

— Ты приятно меня удивил, старик, — задумчиво уставился на бутылек с кровью я.

На протяжении всего разговора меня не покидало ощущение, будто я разговариваю с огромным, истощённым, жаждущим смерти чудовищем, просто не желавшим как-то реагировать на мои детские трюки.

Мол, магичеством занимаешься? Ой, делай что хочешь, мне уже плевать!

Сокрытая в людях сила удивляла. Игра лишь примерно давала понять, что охотники могли задать жару (с огнемётом — буквально), но одно дело иметь общее абстрактное представление, и совсем другое — почувствовать это на своей песочной… с недавних пор — шкуре.

— В будущем нужно быть осторожнее… — с трудом выпрямился я.

И особенно — с теми, на кого обращают космический взор Великие.

Хотелось поскорее закрыть паб и самому пойти отдохнуть, но сегодня даже во сне рабочий день не заканчивался, так что расслабляться было пока рановато.

Чуть передохнув, не стал ещё больше откладывать важный ритуал и пошёл поливать несчастный цветок.

Я в растениях разбирался не лучшим образом, но память Артура услужливо дала мне избыточную информацию о новом друге. Белая аквилегия неплохо смотрелась рядом с пабом, но, честно говоря, немного одиноко.