Чтение онлайн

– Можно?

Я подняла глаза на Уилла и равнодушно пожала плечами.

– Я был не прав. Прости меня, – он вздохнул и поставил поднос на стол. – До тебя я не понимал, что действительно важно. Наверно, я и вправду думал только о себе. И это… это неправильно. Теперь я это понимаю.

Он выглядел искренне расстроенным. Но могла ли я его обвинять? От ребят в синей форме требовалось четко исполнять свою роль, и они это делали. А отсутствие эмоций и желание спрятаться в своем маленьком мирке были всего лишь защитной реакцией. Возможно, если бы я выросла здесь, то и сама вела бы себя подобным образом.

– У меня есть идея, как ты можешь исправиться, – подчеркнуто деловым тоном сказала я, разрезая пирожок с грибами и беря одну половинку в рот.

Лицо Уилла просветлело.

– Что я должен сделать? Только скажи…

Я медленно жевала, заставляя его сгорать от нетерпения. Уилл и вправду очень хотел помириться.

– Обещаешь, что это сделаешь?

– Все, что пожелаешь.

– Ладно.

Я скосила на него глаза. Уилл ждал.

– Освободи свою росомаху и попроси учителя, чтобы нашел тебе другую.

Уилл непонимающе моргнул.

– У нее есть детеныши, Уилл, – терпеливо пояснила я. – Тебе же все равно без разницы, если учитель даст тебе другую росомаху, а ее семья без нее погибнет.

– Как ты знаешь, что у нее есть детеныши? – недоверчиво спросил он.

– Не знаю… Просто чувствую, что это так.

– Откуда ты знаешь, что у новой росомахи тоже кого-нибудь не будет? – вдруг заупрямился Уилл.

Я задумалась и не нашла, что ответить. Я действительно не могла этого знать.

Его лицо менялось, словно он обдумывал мои слова. Ему явно не хотелось расставаться со своим животным.

– Сделай это ради меня, – попросила я, и, вздохнув, он все-таки согласился.

– Отлично, – я просияла. – Спасибо, Уилл.

Поддавшись внезапному порыву, я протянула ладонь над столом и накрыла его руку.

В глазах Уилла появилось престранное выражение. На секунду он замер, а потом вдруг нагнулся вперед и переплел пальцы с моими. Его рука была необычно теплая и нежно, очень бережно сжимала мою. Мой жест был чисто дружеским, но прикосновение Уилла… Оно было другим. Я почувствовала, как в животе что-то перевернулось. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, наши сплетённые на столе руки отзывались во мне волнующим трепетом.

Однако волшебное мгновение было нарушено внезапным оглушительным скрежетом – кто-то резко отодвинул стул. Выхватив свою руку, я увидела, что Джейк с еще более мрачным лицом, чем утром, а за ним двое его друзей направляются к выходу.

– Должно быть, устали от просьб взять к себе в группу, – прокомментировал Уилл, тоже повернув голову на шум. – Красные спят и видят, как бы к ним попасть.

– Да… наверное, – я опустила глаза, изо всех сил пытаясь скрыть обуревавшие меня чувства. В этот момент мне было абсолютно плевать на красных и на соревнование. Кожей я все еще ощущала теплое прикосновение Уилла, отчего мои щеки пылали, а в голове творилось нечто невообразимое.

– Я… я, пожалуй, наелась и мне надо… кое куда заскочить, – мне надо было срочно привести мысли в порядок, а рядом с Уиллом это не представлялось возможным. – Встретимся наверху, хорошо?

По-прежнему избегая смотреть на него, я поспешно подхватила сумку и поднос с почти нетронутой едой.

Выходя из столовой, я увидела, как, сидя за столом учителей, Карл фон Рихтер приподнял в мою сторону бокал с шампанским. Под его подрагивающими пышными усами затаилась озорная улыбка.

Выходные пролетели быстро, а я еще так и не придумала, как помочь Джин. В доме уже которые субботу и воскресенье царила необычная тишина: дядя уехал, а Николь, воспользовавшись его отсутствием, пропадала у своих подружек.

Дожидаясь, пока сгустятся сумерки, я посматривала в школьный чат. Посмеявшись над новым роликом, в котором полностью раздетого парня Эрик с Диланом изваляли в снегу и чуть не придушили, засунув головой в сугроб, красные перешли на обсуждение соревнования.

До него оставалось полтора месяца, и напряжение, связанное с ним, нарастало у всех. Но особенно у тех, для кого его собственно устраивали. Красные не особо церемонились в выражениях и не скрывали своих планов. Наверно, настолько привыкли к мысли, что чат принадлежит им, что даже забыли о том, что мы тоже можем его читать. Особенно, их занимало то, кого выберут в «охотники».

«Говорю тебе, Джейк наверняка возьмет к себе Паттерсона. Колись, Брайн, он тебе уже что-нибудь об этом говорил?» – В конце Кэйл Мерфи поставил несколько злорадных ухмылок.

Тот, кого звали Брайн, отреагировал отрицательно мотающим смайликом.

«Да ну, ты просто отмалчиваешься. Готов поставить что угодно на то, что там уже все давно решено», – снова вставил Кэйл.

«Ты, Кэйл, вечно только гадаешь, да без толку, – написала кто-то по имени Саманта Эддингтон. – Лучше наберись терпения, чем всех тут вечно будоражить своими догадками. Сегодня у тебя один, завтра – второй. Ты только зря даешь нам надежду или, наоборот, разочаровываешь. Сейчас все и так переживают, кто попадет в списки, а кто нет».

«Ему просто нравится чувствовать себя в центре всеобщего внимания, верно, Кэйл? Как еще ему добиться такой популярности? Уж не своим же умом», – появилась в чате Кьяра Бэнетт. Из всех красных она мне чем-то нравилась. Наверно, своим острым языком, которым она любила поддевать остальных. Особенно доставалось Кэйлу. А может и тем, что она была единственной, кто тогда не смеялся над роликом с моим наказанием.

«Заткнись, Кьяра, – разозлился Кэйл. Из всех остальных только у нее получалось вывести его из себя. – А ты, Саманта, забываешь, что в прошлом году это я предсказал, что Джейк возьмет в группу Стива Расселя. Хоть того и угораздило при этом облажаться», – он поставил презрительную рожицу, которая хохотала, схватившись за невидимый живот. При этом после каждого приступа смеха ее тошнило вполне видимой зеленой блевотиной.

Если Стив и читал это, то ничего не ответил. Будь я на его месте, мне бы стало очень неприятно.

«Естественно, после того, как перебрал с полдюжины остальных, – не отставала Кьяра. – И каждый раз предсказывал себе дикий успех. Просто смех. Предсказатель, тоже мне».

«Ты меня доведешь, Кьяра, клянусь, – окно чата запестрело бесившимися и взрывающимися от злости смайлами. – Сидела бы да помалкивала. Тебя это вообще не касается, ты-то не особо хороша на тренировках. Можешь только мечтать, чтобы тебя кто-нибудь да взял». Оно снова презрительно блеванул зеленой жидкостью на весь экран.

«Это мы еще посмотрим», – с вызовом ответила она, но больше не стала его задирать.

«Что-то ты нас совсем не берешь в расчет, Кэйл, – некто по имени Эштон Хэмпфри лениво зевнул. – У нас тоже есть хорошие игроки».

«Уж не на себя ли ты намекаешь, Эштон?» – снова оживился Кэйл, забыв о своей злости на Кьяру.

«А может и так».

«Ха-ха, забудь».

«Это еще почему?»

Смайл Кэйла пританцовывал. Все остальные затихли, ожидая услышать его мнение. Похоже, несмотря на то, что сказала Кьяра, его все-таки слушали. Он снова оказался в центре внимания, и вовсю наслаждался этим.