Чтение онлайн

Рома и Сергей молодцы, я почти уверен, что возьму их, а вот лейтенанта… Озлобленный он, никому не верит. Его конечно понять можно, и я его не осуждаю, но нужен ли мне такой человек? И даже не в том дело, что он против отца и нашей семьи настроен, это как раз не проблема, журналисты в погонях за сенсациями столько разных помоев на нас льют, что я перестал на это обращать внимание, а в том, что он похоже смирился. Я смотрел досье лейтенанта. Герой, без сомнений. Держал со своим взводом оборону от бармалеев почти трое суток, выжил из всего взвода один, не отступил, не сбежал, и в итоге вызвал огонь на себя. Может дать ему шанс? Как же тяжело решать судьбы людей!

Через месяц отбора, у нас набралось почти сто пятьдесят кандидатов. Сейчас личные дела этих людей, с полным досье, с медицинскими картами и психологическими портретами составленными профессиональными психологами, лежали перед нашей троицей. Ну как лежали? Перед нами планшеты, а уже в них загружена информация, хотя мне этот примитивный прибор и не нужен вовсе. В моих имплантатах информации по кандидатам куда как больше, я могу мгновенно вспомнить каждую реплику, каждое движение или жест отобранных бойцов, я знаю про них всё, даже то, что они сами про себя не знают…

Ради личной встречи с ветеранами в санаторий прибыли и отец с дядей Андреем. Одеты они были необычно для меня, оба полковника сейчас сидели передо мной в своей форме, со всеми наградами и нашивками за ранения. Представительный иконостас у каждого, просто броня из медалей и орденов! Я сам настоял на том, чтобы бывшие чекисты предстали перед ребятами в своём истинном обличии. Ветеранам между собой будет легче договорится, и к тому же, вбитая ещё в учебке или в училище в подкорку головного мозга каждого военного субординация, должна нам помочь построить разговор с бойцами и направить его в правильное русло. На мне кстати тоже форма. Дорогой камуфляж, без знаков различия. Я хоть наград и не имею, да и погон не носил, но повоевать мне довелось как бы не побольше всех тех ребят, что сейчас предстанут перед нами. И ранений у меня было наверняка больше. По мне так-то не скажешь конечно, моё тело идеально и не имеет даже шрамов, но я терял и конечности, получал ожоги, меня по кускам собирали! Да если на вскидку припомнить, то левой руки я лишался как минимум четыре раза! Так что я тоже ветеран! А форма… Пусть вместо кителя я носил комбинезон и штурмовой комплекс, но я всё же военный, так что без формы никуда. Я будущий командир этих ребят, и они должны видеть во мне своего!

— Начнём? — Батя нажал на планшете на файл под номером один, и на экране появилась фотография и краткая информация о кандидате. — Андрюха, заводи!

Мой брательник, которого ради такого случая вытащили в санаторий, кивнул и скрылся за дверью. Никто кроме кандидатов и нашей семьи не должен видеть, что сейчас будет происходить в этом кабинете, так что моему брату выпала роль разнорабочего. Он и за санитара сейчас, и за охрану, и за секретаршу… Страшную правда секретаршу, за сто килограмм весом, но другой у нас нет, Кира в этих делах не помощник, а маму с сестрой мы решили не привлекать.

Между тем дверь открылась и в кабинет вкатилось инвалидное кресло, которое толкал Андрей. Я заранее знал, кто будет первым, так как сам составлял список. Лейтенант — десантник, Витя, с него я и решил начать собеседование.

— Не понял… — Витёк растерянно уставился на комиссию из двух полковников и странного парня в непонятной форме — Я что, не туда попал? Мне сказали, что тут будет собеседование по поводу моего дальнейшего лечения…

— Вначале стоило бы поприветствовать старших по званию лейтенант, а потом задавать вопросы! — Батя хмуро посмотрел на Витька — Можно даже сидя и честь отдавать не обязательно!

— Издеваетесь? — лейтенант тут же собрался, от былой растерянности не осталось и следа, он зло смотрел на отца — Не хорошо, товарищ полковник!

— Значить здороваться не желаем… — Отец сделал вид, что что-то пишет на планшете — Так и запишем!

— Здравия желаю — криво усмехнулся лейтенант — а что тут вообще происходит?!

— Писать можешь? — по-еврейски, вопросом на вопрос ответил батя.

— Справлюсь если надо будет — кивнул головой Витя.

— Ну тогда распишись! — брательник сунул под руку лейтенанту планшетку, на которой был закреплён лист бумаги.

— Что это?

— Это подписка о неразглашении сведений составляющих государственную тайну и об ответственности за их разглашение. Пока вы её не подпишите, дальнейшего разговора не будет. Впрочем, можете не подписывать. И ничего объяснять я вам не буду. Если вы отказываетесь, то можете быть свободны!

— Вот как… Интересно! — лейтенант бегло пробежал глазами по бумаге, поморщился, очевидно дойдя до того места где ему обещали все кары небесные за разглашение, и тут же подписал. — Готово, а теперь я могу узнать, что тут происходит?!

— Теперь можешь — Кивнул головой отец — скажи мне лейтенант, ты готов продолжить службу?

— Службу?! А вы ничего не замечаете? Я же инвалид, у меня одна рука и нет ног! — лейтенант выглядел ошарашенным.

— Это я вижу прекрасно, и тем не менее, хотел бы ты вернутся на службу по основному своему профилю? А именно в штурмовое подразделение? Просто да или нет!

— Да черт возьми, хотел бы, но как это возможно?!

— Это возможно, было бы желание. — Отец удовлетворённо кивнул головой — Сейчас я расскажу тебе то, о чём тебе не стоит говорить ни с кем кроме нас. Сведенья под грифом совершенно секретно! Я не шучу, тут на кону твоя жизнь! Носителей этой тайны можно по пальцам одной руки пересчитать. А тайна эта из категории тех, за которую пустят в расход не задумываясь! Мы собираем отряд, который будет подвергнут экспериментальному методу лечения. Полная регенерация организма! Твои ноги и рука будут полностью восстановлены, тебя вылечат от всех болезней.

— Но это же невозможно… — в глазах лейтенанта я заметил борьбу, он очень хотел верить в то, что услышал, и между тем не верил.

— Посмотри на этого человека — Батя некультурно ткнул в меня пальцем — только левую руку он терял четыре раза, я сам неоднократно терял конечности и как видишь, сейчас мы сидим перед тобой абсолютно целые! Так что это возможно.

— И что я за это должен буду сделать? — лейтенант, не отрывая глаз смотрел на полковника как мышь на удава.

— Ты должен будешь исчезнуть навсегда. Никаких контактов с родственниками, друзьями и знакомыми, ты просто перестанешь существовать. Впрочем, у тебя и не получится с ними встретиться. Ты продолжишь службу в секретном подразделении. И даже больше того, ты будешь служить не на Земле! Придётся воевать сынок, много и с тем, на кого тебе укажет командир! Возможно ты погибнешь уже через несколько месяцев, задание опасное, скрывать от тебя я не буду. Мы требуем беспрекословного подчинения! Скажут идти под пули, придётся идти! — Батя нарочно сгущал краски.

— Не на Земле?!

— Совершенно верно — Батя усмехнулся — ты разве в детстве не мечтал стать космонавтом? Ты конечно…

— Я согласен! — лейтенант перебил старшего по званию, его глаза горели.

— Над дисциплиной придётся поработать. — Отец укоризненно покачал головой. — А теперь можешь задавать свои вопросы, у тебя есть десять минут.

— Так этот санаторий, где вы собрали столько инвалидов горячих точек… — лейтенант задумался — Это было сделано специально всё? И все эти сказки про олигарха, лечение и реабилитацию были просто прикрытием?

— Собрали вас специально, реабилитацию и лечение пройдут все приглашенные, даже те, кто отбор не прошёл. Всем, кому можно помочь — помогут. Операции, протезирование, всё это ребята действительно получат. Всё оплачено, тем самым олигархом. — Кивнул головой отец.

— Я так и знал, что всё это не просто так! — лейтенант счастливо заулыбался — Не может эта богатая сволочь на простых пацанов деньги тратить из своего кошелька! Можно узнать, на чём таком вы поймали Найдёнова, что этот бандит готов столько денег платить? Не просто же так он вам помогает?