Чтение онлайн

10.Свадьба с радиореверсом.

...иль перечти "Женитьбу Фигаро".

Пушкин.

Шестнадцать рабочих-украинцев вторую неделю старались, спеша закончить в срок приготовления к пышной свадьбе. Старая дача, доставшаяся Жениху по наследству, через десять дней должна была засиять подобающим великолепием. Но пока ещё в крыше были внушительные дыры, и шёл монотонный июньский дождь, и мне, пытающемуся уснуть, наличие прорех в кровле доставляло немало неудобств. Рядом мирно похрапывали намаявшиеся за день работяги, им всё было по фигу. Я ворочался под всё более промокавшим брезентом и думал о Лене, с которой не виделся уже почти месяц. Связаться с ней я не мог - до ближайшего телефона было не менее ста километров, никакой транспорт туда не ходил, своих машин у нас не было. На предстоящем торжестве я подвизался Летописцем. Первый раз слышу про такую должность на свадьбе, но две тысячи долларов, мне кажется, стоят такого изобретения. Пока что я помпезным слогом описывал для будущего потомства Жениха подготовительные работы для обеспечения помпезности церемонии, долженствующей узаконить их появление на свет. Описывать, честно говоря, было особо нечего, и я изворачивался, как только мог, и мок я под дождём сейчас, проклиная всё на свете и те зелёные бумажки, из-за которых ввязался в это бездарное предприятие. Степная трасса, проходившая в полукилометре от дачи, делала вокруг неё весьма резкий поворот, и сейчас , судя по истошному визгу тормозов, очередная машина слетела с мокрой дороги в кювет.

– Шестая.- пробормотал спящий работяга, перевернулся на другой бок и захрапел в три раза громче.

Через три дня с инспекционной проверкой приехали Жених и Свидетель. Темпы приведения имения в порядок их явно удовлетворили, и, полистав на последок мои наброски, они выдали каждому по бутылке водки в качестве поощрения и укатили восвояси. Один человек из их свиты, впрочем, остался. Фотограф Людвиг Зигфридович Кулебякман, из обрусевших немцев. Одет он был довольно чудно даже по нашим временам - сорочка цвета морской волны, стильный оранжевый галстук и жёлтый костюм в чёрную клетку. Голову этого замечательно выглядевшего человека венчало старое английское кепи времён Шерлока Холмса. Конечно же, мы сразу подружились.Днём, пока работяги вкалывали, мы с Людвигом бродили по степи, беседуя на самые различные темы.Поначалу меня слегка шокировали его манеры одержимого механика, на память сразу же приходил некий старик из романа Маркеса, говорил Людвиг очень быстро, захлёбываясь собственными фразами, словно боясь, что не успеет вбить мне в голову весь тот хлам из области гипотетических технологий - это его определение - за те несколько дней, которые нам отведены Судьбой для общения. Да, ко всему прочему, он был ещё и фаталистом. Но постепенно я привык к его non-stop болтовне и научился извлекать из этого сплошного потока более-менее рациональные зёрна. Уже на второй день таких интеллектуальных прогулок мы забрели километров за десять от места дислокации и упёрлись в деревню.В деревне отыскался магазин, где мы немедленно разжились водкой и солёными огурцами. Посуды не было, пришлось опуститься до пьянства прямо из бутылки. После третьего мощного глотка местного термоядерного напитка, Людвиг, безумно и страшно вращая глазами, открыл мне тайну своего самого главного и самого страшного изобретения. Оказалось, что этот фотограф, второй уж день как мой приятель, изобрёл ни много ни мало - машину времени. Более того, он даже построил и испытал этот агрегат. Результаты оказались, мягко говоря, потрясающими. Сразу же после нажатия пусковой кнопки аппарат исчез. Само это событие уже стоило всего оставшегося Нобелевского фонда, но это было, к сожалению, только начало. Людвиг строил свою машину исключительно по собственным догадкам,и, так как она исчезла сразу после запуска, отладить или отрегулировать её возможности не было. Но какой-то рабочий элемент этой конструкции, названный Людвигом "персонификатор", изначально был настроен на своего создателя...Кулебякман заподозрил неладное, когда в половине шестого вечера пошёл за хлебом и застал у дверей булочной очередь, смиренно ожидающую окончания обеденного перерыва, после чего три с половиной часа Людвиг прожил в одной квартире с самим собой, только этот второй был моложе на три с половиной часа. В половине шестого двойник, не заметивший, кстати, самого фотографа, растворился в воздухе. Дальше началось вовсе нечто невообразимое. Примерно раз или два в неделю радиопередачи в течение какого-то времени шли задом наперёд, после чего порядок восстанавливался и информация повторялась в обыкновенном виде. Тогда-то Людвиг и обозвал своё детище радиореверсом. Потом та же канитель стала происходить с окружающей обстановкой - некоторое время - но не более двух часов - время шло назад. Причём проклятый радиореверс включался без какой-либо системы когда ему вздумается и творил беспредел лишь в радиусе километра вокруг своего создателя - а как же иначе, ведь именно на него он и был настроен. Сама машина при этом ни разу визуально не наблюдалась.

– Представляешь,- закончил свою историю Людвиг,- если эта хреновина включится на свадьбе, что будет! Память-то работает нормально! Мою соседку упрятали в психушку - не справилась, бедняга, с ситуацией. Жаль, видеокамера мотается тоже в обратную сторону, не снимешь толком, хотя позже я, конечно, придумаю что-нибудь. Видел ты когда-либо что-нибудь подобное?

Я покорно соврал, что нет, хотя неоднократно пользовался аналогичным, но гораздо более совершенным аппаратом - я имею в виду, конечно, Лифт, будь он проклят. Мне вовсе не хотелось подвигать Людвига на новые изыскания. Допив водку, поплелись за десять вёрст спать.

И вот настал день свадьбы. Двумя днями раньше всех работяг, успешно справившихся с поставленной задачей, увезли на автобусе. За нами с Людвигом прислали машину - видавший много всяких видов "Шевроле" 1956 года выпуска серебристого цвета. Помимо водителя - молодого разбитного парня с простым русским именем Христофор, в этом чуде техники прибыла подруга Свидетельницы по имени Галя, ей не терпелось увидеть "таинственную дачу", где и будет проводиться неофициальная часть торжества. Ещё день назад дождь, наконец, перестал, и теперь, несмотря на достаточно раннее время - без чего-то восемь - солнце начинало уже припекать. Поехали. Машина чихала и громыхала, глушитель давно отвалился, и чтобы общаться друг с другом, нам приходилось орать. Людвиг, сидевший на переднем сидении, что-то агрессивно кричал Христофору, тот ему отвечал, влезать в их оживлённую беседу мне не хотелось, и я решил завязать с Галей светский разговор. После пяти дежурных вопросов-ответов Галя мне напрямую так проорала в ухо:

– Слышь, мужик, я трахаться хочу!

Беседа тут же потеряла всю свою светскую привлекательность, а мой интерес к этой представительнице прекрасного пола стал испаряться на глазах. Дело не в отрицании предложенного вообще, а лишь в неэстетичности способа подачи. Я ясно выразился? И, уже собираясь так же грубо ответить ей что-нибудь вроде "Да ты мне не катишь, старуха, уж больно у тебя сиськи маленькие!", я ушёл в подпространство, сразу за которым обычно начинался Лифт, когда он забирал меня обратно. Так было и на этот раз. Ощутив стремительный ход моего мучителя, я даже расслабился, предвкушая близкое пробуждение в своей постели или ещё что-нибудь, но дома.И напрасно тешил я себя такими мыслями. Лифт меня и тут обломал.

11.Свадьба с радиореверсом.(продолжение)

Я снова оказался в том же "Шевроле", только задние двери были привязаны проволокой, что не мешало им хлопать на каждом ухабе, а на лице у Гали появились очки, и, как чуть позже выяснилось, теперь она звалась Мариной.

– ... итак, - мягко проорала Марина, - На чём мы там остановились? Ах, да, Эрих Фромм! "Адольф Гитлер и некрофилия". По-моему, это- гениальная работа, вы не находите?

– Да, безусловно, но, Марина, прошу вас, давайте поговорим о чём-нибудь более приземлённом.

– Что ж, давайте, вы, правда, лишаете меня редкого шанса блеснуть начитанностью.

– Начитанность - не самое главное качество для девушки вашего возраста.

Марина покраснела.Я понял, что слегка сглупил, и попытался исправить положение.

– Ну, ладно,- сдался тогда ваш покорный слуга,- а что вы думаете о психоанализе вообще?

Вы бы видели её гримасу!

– Должна Вам заметить, что окончила факультет психологии Московского университета, и дедушка Фрейд со всеми присными типа Юнга и компании мне осточертел до последней степени. Что ВЫ думаете о транзактном анализе - о Харрисе, Бёрне?

– Игровая психотерапия, лечение в общении? Тогда уместно вспомнить и Леви, как-никак, а всё же наш соотечественник!

– Бёрн, на мой взгляд, всё же сделал больше.

– Тогда давайте поиграем в его - и Харриса,, кстати, тоже,классическую игру. Не возражаете?

– Отчего же, я согласна. Кто первый спрашивает?

– Предоставляю Вам.

– Спасибо. Итак, почему бы Вам не посмотреть сегодня телевизор?

– Да, но сегодня я пью на чужой свадьбе.(Чистая правда, между прочим.).

– А почему бы Вам не жениться самому ?

– Да, но я уже женат._

– Чертовски жаль, вы лишаете меня ЕЩЁ ОДНОГО ШАНСА....Но почему бы Вам не домогнуться до такой прелестной во всех отношениях девушки, как я?

– Да, но Вы чертовски торопите события.

– Да неужели? Впрочем, ладно, продолжим. Ого, Вы уже покраснели! Что ж, почему бы Вам не поторопить события?

– Да, но тогда исчезнет всё очарование нашего чудесного знакомства....

– Зато появится кое-что другое. Да, кстати, а как же Ваша драгоценная супруга?

– Протестую, Вы нарушаете правила игры.

– Это уже вопрос вне игры.

– Тогда я и отвечу на него уже ПОСЛЕ игры.

– О'кей. Почему вы так подчёркнуто не обращаете внимания на мою очевидную привлекательность?

– Да, но то, что я не сказал вам ещё ни одного комплимента, ещё не подтверждает ваше обвинение.

– Но... Но... НО ПОЧЕМУ МЫ СЕЙЧАС ДВИЖЕМСЯ В ОБРАТНОМ НАПРАВЛЕНИИ?!!!

– Исключительно потому, что включился проклятый радиореверс.

– ЧТО ЭТО ТАКОЕ, ЧЁРТ ПОБЕРИ?!!!

– Без паники. Молчите и наблюдайте. Надеюсь, что ЭТО скоро кончится. Ничего страшного не должно произойти.

– Да, но ВСЕ машины на трассе пятятся назад!

– В радиусе километра..И, кстати, не пытайтесь поменяться со мной ролями - думаю, что ещё не ответил на все ваши вопросы.

– И вам не страшно?

– Страшно, причём очень.

Она замолчала, наверное, задумалась о чём-то своём. Я тоже думал о многом, почти физически ощущая, как время движется в обратную сторону.Не будь у меня опыта Лифта, я, наверное, был бы сейчас в таком же шоке, как Христофор. Он судорожно вцепился в баранку и, как мантру, повторял:"Я еду вперёд, я еду вперёд, я еду вперёд..."