Чтение онлайн

— Кто там в доме? — спросил я.

— То они есть, то их нет, мужик. У них такая, блин, здоровенная яхта, ты не поверишь, — сообщил Рик.

Его черные маслянистые волосы были густыми, словно ворс персидского ковра, и свисали кольцами на плечи, напоминая парик семнадцатого века на узкой голове.

— Если яхта стоит на якоре на другой стороне острова, значит, они здесь, тут и мозги трахать нечего, — добавил он.

— Именно этим мы и занимались, когда вы пришли, — сказала Сибил.

При разговоре она открывала рот шире, чем нужно было, и вместо смеха фыркала.

— Чем занимались? — спросил Клет.

— Тем, что Рик только что сказал. Трахались, — невинно ответила девушка.

Мы с Клетом переглянулись.

— А почему вы в палатке, а не на лодке? — спросил я.

— Меня укачало, и я проблевалась, — ответила Сибил и фыркнула, — меня всегда укачивает, когда идет дождь, и тогда я блюю. Надо бы зубы почистить.

— Кому принадлежит это место? — спросил я.

Рик повернулся к Сибил.

— Как зовут того старого чувака?

— Не помню, — она потрогала свою голову, — у меня волосы намокли. Не погода, а дерьмо. Так вы откуда будете?

— Новая Иберия, Луизиана. Я работаю в полицейском управлении.

— Это не Луизиана, мужик, — сказал Рик.

— Тогда где мы? — спросил Клет.

— Хер его знает, — ответил Рик.

Сибил расчесывала волосы ногтями, ветер откинул рукава ее рубахи, и я увидел татуировку в виде колючей проволоки, обвитой вокруг левого плеча. В центре рисунка красовалась алая свастика, вытатуированная в виде застежки.

— А старого чувака, случаем, не Алексис Дюпре зовут? — спросил я.

— Я не знаю, мужик, это простой добродушный старикан, может, и со странностями, но у всех свои тараканы в голове, — ответил Рик. — Хотите хот-догов? Они немного подгорели, но с горчицей очень даже ничего.

— Так, ребята, сидите тут и не высовывайтесь, пока мы с другом осмотримся, — сказал я. Кстати, мисс Сибил, красивая у вас татуировка, где вы ее сделали?

Она опустила голову и принялась разглядывать свои руки, как будто только что их обнаружила.

— У меня был парень-байкер, так он тащился от всякой нацистской символики и подобного дерьма, ну я ему и сказала как-то, что у меня для него типа сюрприз на день рождения. А он дурак так разозлился — думал, что я ему вместо татушки минет сделаю.

— Вот урод, да? — выдохнул Рик, ткнув в мою сторону пальцем, словно пытаясь подчеркнуть свое разочарование миром.

— Как сказал Дэйв, сидите и не отсвечивайте. Мы скоро будем, надо будет еще кое-что перетереть, — сказал Клет, — и не укуривайтесь пока.

— У нас же проблем из-за дури не будет? Потому как, если будет, мы от нее избавимся, — сказал Рик и улыбнулся пустой улыбкой идиота, — мы вообще-то сейчас вроде как на реабилитации, может, нам и не стоит дымить.

— Крайне мудрая мысль, — заметил Клет.

Персел буркнул себе под нос «боже мой», и мы отправились вверх по уступу. Вокруг стоял смрад разлагающихся мертвых птиц, чьи потускневшие перья шелестели на ветру. Клет закашлялся и поднес платок ко рту.

— Видел следы от уколов у девчонки на бедрах? — спросил он.

— Да, — буркнул я, не отводя глаз от дома.

— Думаешь, она со своим дружком сюда ширяться приплывает?

— Вероятно. Может, у Алексиса Дюпре прислужники — наркоманы.

— Эти пальмы явно не с побережья Мексиканского залива.

Он был прав. Вероятно, деревья трансплантировали сюда из Южной Флориды. Они толком не укоренились, их побитые ветром желтые листья грустно тянулись к земле. Весь компаунд был пропитан духом ухищрений и искусственности, представляя собой убогую попытку воссоздать атмосферу Карибских островов в недружелюбной среде, куда питьевую воду надо было доставлять морем и закачивать в резервуар, покоящийся на стальных опорах позади дома. Это было похоже на декорации к какому-то фильму. Это место, казалось, олицетворяло собой семейку Дюпре, людей, предпочитавших быть первыми среди убогих, но только не вторыми среди равных.

— Какой план? — спросил Клет.

— Постучим в дверь и посмотрим, кто откроет, — ответил я.

— У меня от этого места мурашки по спине.

— Это просто здание.

— Нет, в нем скрыто что-то очень плохое. Я чувствую это. Может, дело в вони. Ты видел глаза этих детишек? Они даже еще не начали жить, а уже превратились в зомби, — Персел вытер рот платком.

Я знал, что Клет не думал о наших новых друзьях Рике и Сибил. Он думал о Гретхен и о том, какой паршивый из него отец.

— Да ладно, вот увидишь, лет через пять у них все будет в порядке, — ответил я.

— Ага, еще скажи, они будут управлять «Голдман Сакс». Не заговаривай мне зубы, приятель. И не хрен стучать в дверь.

Дверь была сделана из тяжелого дуба и была перетянута тремя заржавевшими металлическими лентами. Прикладом винтовки Клет выбил стекло у дверной ручки, засунул руку внутрь и аккуратно, чтобы не порезаться, открыл задвижку. Я ногой распахнул дверь и зашел внутрь. Бесконечная могильная пустота дома завораживала. Высокие потолки, огромные стропила и канделябры, висящие на натянутых лебедками цепях, напоминали заброшенный собор. Наши шаги гулким эхом раздавались по всему зданию.

— Да что это за место, мать его? — прошептал Клет.

— Что бы это ни было, оно заброшено, ответил я.

— Послушай, — сказал Клет.

Я слышал, как ветер задувает через разбитое окно или дверь и как, вероятно, птицы хлопают крыльями, но ничего больше.

Клет пошел вперед, «AR-15» настороженно свисала с его плеча. Затем он замер, поднял руку и сжал ее в кулак по своему обыкновению пехотинца, таким образом приказывающего всем остановиться на месте. На этот раз мне удалось уловить звук, напоминающий бряцанье и лихорадочное трепыхание живого существа в западне.

Мы вышли из главного зала и отправились по коридору в сторону кухни. Полки, шкафы и холодильник были пусты. Я щелкнул выключателем, но электричества не было. Через окно на внутренний двор я увидел полуразрушенный кирпичный каркас того, что, вероятно, когда-то было маяком. Затем я почувствовал дуновение ветра через боковой проход и вновь услышал позвякивание и трепыхание. Клет снял винтовку с плеча и двинулся по коридору впереди меня, роняя капли со шляпы и плаща и закрывая свет своим массивным силуэтом. Он ступил на голую бетонную площадку внутри небольшой комнаты, в одной из стен которой мы увидели зарешеченное окошко с мертвым пеликаном, застрявшим между разбитым стеклом и решеткой. Три бетонных ступеньки вели вниз в каморку, которая располагалась ниже уровня пола в остальной части здания. Не было никаких сомнений — звуки доносились именно оттуда.