Чтение онлайн

– Я по-прежнему становлюсь марионеткой?

– Да, - Исани кивнула с сочувствием. Толку мне от него. Лучше бы на Бочке остался, Каната убивал.

– Как долго продержится блок?

– Обычно держится дня два, но при необходимости можно снять раньше.

– Мартин говорил, процесс подчинения можно замедлить.

– Можно. Для этого и нужны анализы.

С анализами провозились не долго. Сцедили пару литров крови, срезали несколько миллиметров стружки с колонии на затылке и просветили всевозможными лучами буквально за четыре часа. Время подошло к обеду и меня угостили пудингом в местном кафетерии. После этого была встреча с Затоновым в его кабинете. Ученый усадил меня в мягкое кресло из непонятного материала, а сам уселся через стол, напротив. Для человека преклонного возраста выглядел он довольно молодо. Я бы не дал больше сорока, и то, только из-за морщин на лбу и вокруг глаз, выцветших до цвета серого льда. Род Затонова обладал наследственной мутацией по мужской линии, замедляющей процесс старения в три-четые раза. Сейчас он научился успешно прививать эту мутацию десяти процентам человечества, но данных об ее наследственной передаче пока не было. Вот с другими мутациями все шло куда веселей. Особенно хорошо удавалось прививать сопротивляемость токсинам как у Мартина, который кстати мог еще и мимикрировать лучше любого хамелеона. Эта способность была основана на химических преобразованиях в кожном покрове, так что я зря считал способность видеть сквозь иллюзии непогрешимой. Было такое, что и я не видел. Все это мужчина поведал мне за чашкой терпкого чая во время бестолковой вроде бы беседы. Но я не сомневаюсь, что он узнал обо мне как минимум втрое больше, чем я о нем.

– Мартин сказал, что ты держишь свое положение в тайне от Мари и хочешь сохранить его впредь.

– Так и есть.

– Ты собираешься сотрудничать с кукловодом? – перешел к делу Затонов.

– У меня есть план, как выбить из него противоядие.

– Противоядие – первое, что обещает эта братия после заражения. Но еще ни одна важная марионетка его не получила.

– Я читал об его применении. Были прецеденты.

– Не прецеденты, а демонстрация, чтобы такие как ты верили.

– И что же мне делать?! – я не выдержал эмоционального накала, покинув кресло, подошел к окну и уставился на крупные желтые цветы, которыми была покрыта ближайшая лиана. – Сдаться властям какого-то полиса, или отдаться вам на опыты?

– Просто учитывай это в своем плане. Я дал слово отпустить тебя и отпущу, но не хотел бы, чтобы пострадали Болаты. Этому роду сильно досталось, но они не сломались и все еще питают глупые надежды на возрождение Андорума.

– Возрождение Андорума… Канат упоминал это как название благотворительной организации. Подозреваю, это не совсем так.

– Далеко не так, хотя благотворительностью они тоже занимаются. Исключительно для своих.

– И что это меняет? Я должен зажечься праведной ненавистью к андроидам и пожалеть Болатов? Они ведь использовали меня. Не знаю точно как, но вложились в это по-крупному.

– Хорошо, а если я выкуплю тебя?

Предложение сбило меня с агрессивного настроя. Чего бы я еще хотел, да вот только царские подарки за просто так не делают. Во всех тех ямах с дерьмом, куда я успел вляпаться, по два-три дна и никогда не знаешь куда приведет следующее движение: наверх или еще глубже, где погуще дерьмо и запахи.

– Детали, - потребовал я.

– У меня есть что предложить за твою свободу, - уклончиво ответил профессор.

– Какую цену должен заплатить я?

– Практически ничего. Поживешь у нас с годик, возможно тебе понравится. Нет – свободен идти куда захочешь.

– Вот примерно так же говорил и Канат, а потом меня сделали марионеткой.

– Ты отказываешься?

– Нет конечно. Попробуем.

– Вечером. Надо все подготовить.

Скучать оставшееся время не пришлось. Исани прогнала меня еще через одну пару тестов. Что-то похожее я наблюдал дома в фильмах о психах. Мне показывали картинки с зеркально отраженной на две половинки ляповицей и просили определить на что они похожи. К концу теста я тоже начал чувствовать себя если не психом, то довольно недоразвитым существом, поскольку большинство картинок напоминало бабочек. Второй тест был с загадками и головоломками. Здесь я частично вернул веру в себя, протащив скрепку через несколько других, сложив фигуру из спичек и пирамидку из спаянных шариков. Всегда любил головоломки. Не думаю, что последний тест имел практическое значение, поскольку Исани отсутствовала, а прыщавый парень делавший в блокноте пометки о моих успехах, тянул максимум на лаборанта. Скорее уж это занятие было призвано успокоить и отвлечь меня.

Когда Исани позвала меня к Затонову, я был спокоен как удав. Мы расположились за тем же столом друг напротив друга, а девушка заняла место за моей спиной. Как оказалось, это она пинала ирландца, а не Затонов. Исани была телепатом – самым редким и чертовски опасным видом псиона. Она должна была обеспечить разговор профессора с кукловодом, как сделала это в развалинах и остаться по возможности незамеченной. Я не понимал мотивов этих людей, но осознавал, как они рискуют. Затонов был для андроидов он не просто человеком, а одним из создателей. В случае моего полного подчинения, Андорум получит всю доступную информацию по Фотадреву. Исани тоже не рядовой прохожий, а один из рубежей защиты полиса, своими силами заменяющая целый отдел спецслужб.

Ее руки легли на мой затылок и теплота сопровождавшая меня весь день разом исчезла, уступив место ледяной игле, медленно прошившей затылок и хребет до самого копчика. От боли я даже зажмурился.

– Ну наконец-то! – раздраженно произнес ирландец. – Что у тебя творится?

Вместо ответа я открыл глаза и посмотрел на Затонова.

– Настало время поговорить, - сказал он.

– Кто это? – спросил голос в моей голове.

– Меня зовут Демид Го Затонов.

– Он меня слышит? – взял себя в руки кукловод.

– Слышу.

– Что вам нужно?

– Николай. Он станет ценой за отряды Ламберта и Фаршван.

– Кто это?

– Террористы, прикрывающиеся именем Зеленого братства и очень плотно сотрудничающие с вашими нанимателями. Я еще могу поверить, что вы не знаете Фаршван, - улыбнулся Затонов, - но с Ламбертом вы знакомы еще по Сэквойе, Айк Киллиан О’Лири.

– Кто ты такой? – спросил ирландец. Злость и угроза так и сочилась в каждом коротком слове вопроса. Нет не злость, это была холодная и огромная как айсберг ярость. При этом Айк держал ее в узде.

– Не столь важно. Мне нужен Ник, тебе нужна анонимность и свобода. О’Лири, я могу разорвать тот поводок, на который тебя посадили.

– Невозможно. Мне прекрасно объяснили, чем чревата попытка.

– Этот метод слежения разрабатывался для высшего руководства Андорума, лет семьдесят назад. Андроиды просто воспользовались старыми наработками, но наука не стоит на месте. Я препарировал одного из ваших, поэтому могу смело заявить, что легко достану маячок не повредив мозг. Подумай. Времени у тебя до утра.

Затылок вновь потеплел от ментального блока Исани. Девушка устало вздохнула и сняла руки с моей головы. За весь разговор я не проронил ни слова, но сейчас меня разрывало любопытство.

– Откуда вы знаете, его имя?

– Думаю он согласится, но не могу быть уверен, что все пройдет гладко. При текущей скорости образования новых нейронных цепочек, он получит полный контроль над твоим телом через два месяца. Через четыре будет разрушена твоя личность, примерно тогда же он получит доступ ко всей памяти.

– Вы не скажете?

– Не скажу.

***

Демид задержался на работе и коротал время, листая доклад в мягком кресле для посетителей. Сон все плотнее окутывал его голову, и Затонова начали посещать сомнения в том, дождется ли он звонка, но пиликанье программы видеосвязи раздалось раньше. Ученый стряхнул с себя усталость, собрался с мыслями и пересел за компьютер.

– Ты задержался, - поприветствовал он лицо старого друга на мониторе.

– С племянником немножко повздорили.