Чтение онлайн

Корень всех проблем — наше эго, так называемое большое «Я». Я считаю себя большим и важным, ставлю себя на первое место. Пусть я этого не говорю, чтобы люди не сочли меня невежливым, но всегда исхожу именно из этого. Желая не так выпячивать свое «Я», мы употребляем множественное число: «МЫ», имея в виду тех, кто на нашей стороне. Мы — самые важные, а другие к нам не принадлежат. Так что обычно мы никогда не отказываемся от обособления «Я» и «МЫ», и в этих границах все становится преувеличенным: отношения, мысли — все.

У меня есть идея, и я хочу сделать так, как задумал. Но если кто-то другой с этим не согласен, я настаиваю и не уступаю ни на йоту. Что это за отношение? Как раз оно и есть проявление эго. Но если вместо этого я ослаблю напряжение, то сумею считаться с другими, поскольку знаю, что эго есть и у них. Как сказал Будда, «взяв за пример самого себя и свое переживание, ты поймешь, каково другим». Так, благодаря Бод-хичитте, я могу, не задавая вопросов, понимать состояние других людей. В результате я становлюсь менее напряженным и могу сотрудничать с любым человеком, становясь гибким и мягким, а не подобным камню в воде.

Понаблюдав как следует, можно заметить, что большинству из нас это не свойственно. Возможно, мы говорим о Бодхичитте, о том, чтобы действовать на благо других, о многих других прекрасных вещах и видим все в радужных тонах, но остаемся как камень. Обычно все, что попадает в воду, размягчается, но только не камень: он всегда остается твердым, потому что такова его особенность, — он никогда не расслабляется и даже через столетия у него и в мыслях нет объединиться с водой. Даже пробыв в воде тысячи лет, внутри он остается сухим. Так и наше эго никогда не объединяется с учением. Все, на что оно способно, это наговорить кучу красивых слов, подобно ученому профессору, который читает лекцию, а все восторгаются: «Ах, какой вы эрудированный, какая прекрасная лекция!» На самом же деле все его знания поверхностны, а внутренний мир не изменился ни на йоту.

С учением так поступать нельзя: нужно воспринимать его, быть с ним нераздельным. Но чтобы это случилось, нужна большая открытость, то есть нужно наблюдать самих себя и понять свое состояние. Если мы поняли истинный смысл Бодхичитты, то произнесение слов Бодхичитты имеет очень большое значение, в противном же случае мы уподобляемся попугаю, который без умолку повторяет слова, не понимая их смысла.

Буддийская философская логика гласит, что людей характеризует умение говорить и рассуждать. Но одного умения говорить недостаточно, потому что говорить умеют и попугаи. Недостаточно и разума, потому что некоторые животные тоже разумны. Всегда важно еще и понимать, как использовать свой разум. Обычно, приняв обет Бодхичитты или развивая Бодхичитту, мы должны произносить соответствующие слова. В данном случае от нас требуется понимать смысл этих слов и создавать соответствующее им намерение, иначе пользы от них немного. Как правило, когда западные практики повторяют много тибетских слов, не понимая их значения, в этом нет большого толка — намного полезнее правильно понимать смысл. Мантры — совсем другое дело: мантры универсальны и могут использоваться всегда.

Возьмем, к примеру, краткий тун или средний тун. В этих тунах только мантры, в них нет слов, сопровождающих визуализацию. Точно так же и в практиках Гаруды, Ваджрапани, Ваджракилаи и т. д. есть только мантры и слоги для преображения. Там нет даже объяснений, как выполнять эти практики, как происходит преображение, потому что, прежде чем выполнять практики, необходимо получить передачу. Получить передачу — не значит получить только мантры: в нее входят и объяснения, как выполнять визуализацию и всю практику. Многие этого не понимают и просят меня просто дать передачу и лунг, рассчитывая получить подробные объяснения практики у кого-то из учеников. Разумеется, когда у меня нет времени и не остается другого выхода, я так и поступаю, но каждый раз, когда у меня есть такая возможность, я объясняю интересующимся практику, потому что это тоже входит в передачу. Иначе было бы достаточно просто прослушать кассету и все было бы проще. По той же самой причине недостаточно иметь книгу, в которой объясняется все, что нужно делать. В Учении Дзогчен особенно подчеркивается, что главное — не визуализация, а необходимость обрести знание и все объединить с ним. Например, в нашем туне мы делаем мгновенное преображение в стиле Ану-йоги, произнося только семенной слог. В книге практик на этот счет нет никаких объяснений, потому что они не нужны. Будь там множество объяснений, люди придавали бы словам большую важность, чем передаче.

Нередко западные ученики ведут себя довольно странно, принимая учение за нечто такое, что можно отнять или украсть. Как я уже говорил, они относятся к учителю, как к дойной корове. Учителя и впрямь слегка напоминают корову, потому что отдают всю свою энергию, чтобы другие люди смогли понять учение, но с коровой можно обращаться по-разному. Неверно пытаться любой ценой что-то из нее извлечь, а потом забить на мясо, потому что молока она больше не дает. В Лонгчен Нингтиг нёндро говорится: чтобы следовать учению, необходимо иметь три правильных подхода и избегать трех неверных. Правильный подход: видеть в себе больного, в учителе — врача, а в учении — лекарство. Пока больной не выздоровел, ему нужен врач. Наша болезнь — это страдание и состояние сансары, а когда мы обретем реализацию, учитель больше не будет нам необходим. Ведь принимая Прибежище, мы принимаем его до полной реализации и не говорим, что захотим принимать его и после.

Неверный подход: видеть в учителе оленя, в себе — охотника, а в учении — драгоценные целебные панты оленя. В этом случае охотник стремится только добыть панты, а до оленя ему нет никакого дела. Такое отношение свойственно многим людям, видящим в учении добычу, которую можно присвоить и использовать для себя. Некоторые берут один метод там, другой сям, стряпают из всего этого собственное учение и начинают учить. Однако первостепенная цель учения — самореализация. Разумеется, некоторые люди хотят помогать другим, но как они могут помочь, если не достигли реализации и не обладают никакими особыми способностями? Тогда вместо помощи они только создадут множество проблем и заблуждений. Разве может помочь больному не врач, а такой же больной?

Кроме того, учение не следует использовать для лечебной деятельности. Учение — это не метод исцеления. Никто не отрицает ценности лечения, но учение служит для раскрытия своего истинного состояния. Тот, кто обладает этим знанием, достиг реализации и может помогать другим. Если угодно, это тоже можно назвать лечением. Но здесь под лечебной деятельностью я имею в виду открытие врачебного кабинета, рекламу, прием пациентов, то есть профессиональную деятельность, которая дает заработок. А это совсем другое дело.

Одно из имен Будды — Великий Врачеватель, по-тибетски Мэнпа Ченпо (sman pa chen ро), но это не значит, что Будда — светило медицины. Будду называют Великим Врачевателем потому, что он способен исцелить нас от всех клеш и сансарического состояния, а не потому, что он организовывал занятия с группой людей и лечил их массажем и прочими методами. Важно это хорошо различать и не путать одно с другим. Учение имеет свой принцип и свою передачу, а учителя, которые его передают, с величайшим состраданием делают все возможное, чтобы помочь людям, интересующимся учением, но они никогда не использовали бы учение как средство зарабатывать на жизнь, потому что это не согласуется с принципом учения. Разумеется, учителя питаются, живут в обществе и должны каким-то образом зарабатывать на жизнь, но они никогда не будут делать учение источником обогащения.

Не только в Дзогчен, но и во всех учениях, таких как Хинаяна, Махаяна и т. д., следует проникать в суть, а не задерживаться на словах или внешней форме. С этой точки зрения, для того, кто правильно понимает смысл, краткий тун намного лучше, чем длинный тун, потому что он более сущностный. В длинном туне мы работаем с разными аспектами Тела, Речи и Ума, и подчас это необходимо, но принцип заключается не в этом. Я часто говорю, что достаточно просто пребывать в присутствии А, при этом нет нужды делать что-то еще. Но это не подразумевает лень под тем предлогом, что нет нужды что-то делать. Достаточно просто хорошо себя понаблюдать. В сутках двадцать четыре часа. Сколько минут мы способны сохранять присутствие и сколько минут мы отвлекаемся? Тот, кто это замечает, уже великий практик, а тому, кто даже этого не замечает, витает в облаках, грозит опасность облениться.

Практика всегда начинается с Прибежища и Бодхичитты. В Сутрах говорится о семи способах накопления заслуг (tshogs bsag yan lag bdun pa). Первый — это приветствие, обращенное к Просветленным. После мантры очищения элементов мы произносим А, представляем Древо Прибежища и в присутствии всех Просветленных произносим НАМО ГУРУ БхьЕ и т. д. Конечно же, не всегда необходимо использовать слова: мы можем приветствовать Просветленных одним своим намерением, потому что они пребывают в знании как качества, так и количества, и распознают приветствие даже без слов. Есть много вариантов приветствия, например, с простиранием, но в любом случае смысл всегда один — выказать почтение.