Чтение онлайн

– Он внутри у каждого из нас, - добавил Сергей.

– Да. Просто есть люди, которые умеют им пользоваться, а есть те, кто его не замечает... Вот, смотри. Ты можешь играть на рояле?

– Нет.

– Почему? Пальцы же у тебя есть?

– Но ведь нет дара, музыкального слуха, или что там еще надо.

– Вот тоже самое и в случае с магией. У большинства людей их магический ген попросту не активизируется - он остается замороженным с самого рождения и до самой смерти. А если быть точнее, никто из них даже о нем не догадывается. Но те, кто произошел от настоящих волшебников, знают это с самого рождения, и даже если их ген заморожен, делают все, чтобы он заработал. А как научиться применять магию в корыстных целях, зарабатывать ею на жизнь, приносить пользу обществу? Для этого и существуют Магические Академии.

– Но сама магия...
– Дима не знал, что еще привести в качестве аргумента.

– В магии нет ничего необычного. Если говорить чисто технически, то это способность программировать окружающую реальность на структурном уровне. Ты берешь энергию, и направляешь ее на то, чтобы сотворить чудеса - наколдовать плюшевого мишку, сделать себе бицепсы, превратить человека в жабу, и так далее. Этот человек мог бы быть жабой, но природе было угодно родить его человеком. А ты просто влез в программный код, поменял что-то в самом начале, и - оп! Он уже жаба, которой ему могло было быть предназначено родится.

Дима отхлебнул кофе.

– А если все-таки ошибка?

– Чудик, - пробасил Сергей, наклоняясь к нему.
– Тебя в приемной комиссии тестировали? Руку на сканер клал?

– Да.

– Тогда как ты можешь говорить, что произошла ошибка? Если бы сканер не показал в тебе магической силы, тебе бы сразу сказали, что ты не принят, иди, гуляй, а потом бы еще и память стерли, чтобы ты вообще сюда дорогу забыл.

– Я знаю, в чем дело, - Ярослав посерьезнел.
– Вы боитесь Богданова. Наверняка он уже наговорил вам всяких гадостей, да?

– Мне кажется, он немного не в себе, - честно признался Дима.

– А мы вот точно знаем, что он не в себе. Он ведь куратор нашей группы, все время с нами. И он тоже первое время на нас орал, оскорблял, не учил ничему толковому. Но мы кое-что сделали, и он успокоился, - Ярослав оглянулся, и понизил голос до заговорщицкого шепота.
– В его кабинете шкаф видел?

– Угу.

– Там собрана его личная коллекция уникальных артефактов. Большинство из них сломаны и не работают, но мы в прошлом году потихоньку взяли, и починили один из них. Так вот, с тех пор Богданов с нами, как шелковый.

– Да?

– Да. Он уважает каждого, кто способен превзойти его в собственном предмете. Если бы вы сделали тоже самое, он бы тоже вас зауважал, и начал нормально учить. Сечешь фишку?

– Секу, - Дима задумчиво покивал головой.

– Только надо потихоньку, - напомнил Сергей.
– Чтобы он не узнал. А потом, типа, сюрприз ему преподносишь: так и так, Андрей Евгеньевич, вот вам подарок, и трали-вали.

– И ключ к кабинету надо подобрать, - Ярослав сходил в комнату, и вернулся с внушительной связкой ключей.
– Вот, мы в прошлом году дубликаты от всех помещений на третьем этаже сделали. На всякий случай.

– Спасибо, - Дима взял связку.
– А можно вас еще спросить?

– Конечно, спрашивай.

– Кристина... такая красивая девушка с темными волосами, она из вашей группы?

– Понравилась?
– засмеялся Ярослав.
– Подкатить хочешь?

– Просто поближе познакомиться.

– Это тоже не проблема. Слушай, и запоминай.

*************

Но когда он переступил порог родной квартиры (мать была на рынке, а Витя на работе), Дима вдруг неожиданно осознал, что хочет вернуться.

И не просто потому, что ему было стыдно остаться, а потом смотреть в глаза старшему брату и говорить, что он в очередной раз сбежал, не закончив дело даже наполовину.

Стало жутко интересно узнать, как это - быть магом. Творить чудеса, менять мир к лучшему, а потом ехать в автобусе, смотреть на обычных людей, и думать: А знали бы вы, что я волшебник...

И, кроме того, его манила девушка по имени Кристина.

Поэтому он сделал то, что должен был сделать: взял из ящика своего стола фотографии, закрыл квартиру, и заторопился назад.

Потихоньку спустился вечер, жара немного спала, часы показывали четыре вечера. Дима с удивлением понял, что первый учебный день пролетел вообще незаметно. И ускорил шаг, чтобы успеть в приемную комиссию и отдать Татьяне документы.

Он уже почти прошел мимо арки, и посмотрел на третий этаж Академии, когда вдруг....

Арбалетный болт вонзился ему в спину, и тело поглотила слепящая боль.

Не соображая ничего, Дима рухнул на колени, выронив сумку. Его буквально скрутило в бараний рог, изо рта полилась струйка крови. Медленно он завалился набок, и упал, подмяв под себя левую руку.

– Раунд один, - произнес чей-то голос, и в поле зрения появились туфли сорок пятого размера, не спеша приближающиеся к нему.
– Гражданин со стрелой в спине выбывает.

Слепо шаря рукой вокруг себя, Дима открыл рот, чтобы позвать на помощь... но тяжелый удар башмака под дых выбил из него это желание вместе с воздухом.

– Я сказал - выбывает!
– голос был низкий, грубый, не похожий ни на один, что он слышал раньше.
– Проси пощады, боевой маг.

Перед глазами все померкло, и Дима провалился в темноту....

Очнулся он в непонятной темной комнате, лежа на кровати. Спина болела, голова кружилась, к горлу подступала тошнота. Он попытался подняться, но не смог, и упал назад.

– Это что за новости? Ну-ка, лежать, - нежно промурлыкал женский голос.
– Хочешь, чтобы заклинание неправильно наложилось, и тебя парализовало ниже позвоночника?

Дима скосил глаза. В поле зрения появилась девушка, в белом халате, похожая на медсестру. Каким-то краем угасающего сознания он сообразил, что уже видел ее.

– А вы...

– Элариэль, эльфийка. Подрабатываю в Академии лекарем вместе со своей подружкой. Лежи, Колесников, лежи.

– Но кто тогда...

– Ах, это, - она небрежно набросила на него покрывало.
– Гвеллин выпил, и перепутал тебя со старшекурсником. С ним уже разбираются.

Дима глухо застонал, и приложил руку ко лбу.

– Я буду жить?

– Если ты не будешь жить, то меня выгонят. Как ты понимаешь, перспектива не из приятных. Так что, мне ничего не остается, как заставить тебя исцелиться, и не просто, а совсем, - Элариэль включила настольную лампу, и направила свет ему в лицо. Вблизи она оказалась еще более симпатичной - высокая грудь, округлые бедра, тонкая талия, и даже остренькие уши, которые теперь были на виду после того, как она заколола снежно-белые волосы в конский хвост.
– Так-с, больной, раз вы на лечении, то какие еще будут пожелания? Прыщи, родинки, может, старые шрамы удалить не хотите?