Чтение онлайн

– Присоединяюсь.

– Луиза?

– Я не сторонник кардинальных решений, но так, за компанию...

– Дмитрий?

– Может и так, - воспоминание о стреле, вонзающейся ему в спину, было не самым приятным воспоминанием в жизни.
– Но я против убийства.

– Тряпка!
– фыркнула Алиса.

– Тихо!
– Казимир поднял руку.
– Вот, что я вам скажу, ребята. Большинство первокурсников проходят так называемое боевое крещение. Их с первого дня нахождения в Академии закаляют испытаниями, они учатся переносить боль, бороться за свою жизнь, упорствовать, и идти до конца. То, что вчера сделал гном, можно смело назвать одним из испытаний. Диме крупно повезло, он получил бесценный опыт, и теперь знает, что надо всегда держаться настороже, особенно возле гномов, каждый из которых - арбалетчик, по мастерству превосходящий всех вас вместе взятых.

– То есть мне еще и повезло?
– Дима не поверил своим ушам.
– А если он меня топором изрубит, мне ему что, спасибо сказать?

– Если он будет рубить вас топором, а вы будете молча стоять, и ничего не делать, я сам скажу ему спасибо за то, что он избавил Академию от такого бездарного ученика, - сказал Казимир без тени улыбки.
– В будущем вам предстоят сражения с целыми войсками, и лучше уже сейчас начать привыкать к мысли, что за каждую крупицу знания вам придется расплачиваться, что говорится, кровью и потом.

Открыв рты, класс молча смотрел на него.

– Значит, на том и порешили. Открываем тетради и пишем конспект. Да-да, Стрельцова, пишем, и по возможности, запоминаем. И знайте, что вам этот конспект на следующей неделе сдавать.

***********

После пары они вернулись в общагу. Впереди ждала зубрежка - Дима четко осознавал, что недели на то, чтобы выучить весь конспект по артефактам и заклинаниям ему явно будет маловато.

Возможно, даже потому, что с памятью у него было не очень. Апофигеозом стал тот день, когда Дима осознал, что ему не под силу даже выучить наизусть стихотворение Мне мама в детстве выколола глазки... Что уже говорить про конспекты?

– Не знаю, как вы, а я пошла гулять, - Алиса с порога швырнула сумку с тетрадями в гроб, и развернулась в обратном направлении.
– До встречи.

Дима прошел к холодильнику.

– Мальчики, у меня лампочка в комнате перегорела, - Луиза села на диван, и со стоном откинула голову назад.
– Может, посмотрите?

– Я посмотрю.

– Спасибо. А то близнецов вечно не допросишься - то они не умеют, то заняты, то вообще не их работа.

– Между прочим, мы в армии отслужили, - буркнул Ваня.

– Да, были приписаны к батальону аэродромного обслуживания в качестве сантехников, - добавил Валера.
– Так что, нам бытовых проблем за глаза хватило.

Дима между тем уже толкнул дверь, входя в комнату, которую Луиза после переезда Алисы «в могилу» теперь заняла на правах единственной хозяйки.

Комната была больше похожа на творческую мастерскую - в том смысле, что, как и любая творческая она была невероятно захламлена. Везде - на полу, на тумбочке, на второй кровати - лежали предметы (теперь Дима знал, что это артефакты), на единственном свободном участке расположился крошечный стол, буквально заваленный исписанными листками с чертежами и формулами. Он щелкнул выключателем, убедился, что лампочка не работает, и полез ее выкручивать, для удобства подставив единственный стул у стола.

– Осторожно, не раздави, - Луиза убрала что-то, похожее на старинный самовар.

– Что это?

– «Глаз бессмертия». Бросаешь в него специальную травку, а он тебе эликсир, выпил - и живи, сколько хочешь... Шучу, я в нем чай завариваю, от родителей достался.

– А это?
– Дима пригляделся к вроде бы знакомой на вид штуке.

– Сканер измерения силы. Кладешь ладонь, а он проверяет, какой у тебя боевой потенциал, и выдает распечатку со всей информацией. Приемная комиссия таким пользуется, но я решила сделать свой, попроще и подешевле.

– Так ты что, все это продать решила?
– выкрутив лампочку, он заменил ее на другую, которую нашел в коробке под раковиной в ванной.

– Надеюсь. С заказами не густо, но раз в месяц кое-что, да уходит. Сам понимаешь, у меня ни клиентуры, ни громкого имени, денег даже на рекламу нет. Но я мечтаю, что когда-нибудь я открою свой магазин, и буду продавать артефакты всем желающим.

– Круто, - он слез со стула, и аккуратно поместил выкрученную лампочку в ведро для мусора. Свет включился без проблем.
– А это что?

На полу лежал раскатанный пласт пластилина с продавленными отпечатками ладоней.

– Защита против воров. Я его каждую ночь возле дверей креплю, чтобы сообщал, когда кто-то чужой вломится. Но он почему-то не работает - ты вот ночью вломился, и хоть бы хны.

Дима с уважением поцокал языком.

– И как ты их создаешь, все эти... штуки?

– Артефакты. У тебя вряд ли получится.

– Почему?

– Для этого особый дар нужен, - Луиза сунула карандаш за ухо.
– Мне мой от бабушки передался. Правда, для нее это было просто хобби - создавала разные игрушки, и родственникам дарила. А я вот хочу этим зарабатывать. Но родители против.

– Против?

– Артефакторы почему-то в основном все мужчины. Слышал, что Богданов говорил? Родители не хотят, чтобы я ломала жизнь, пытаясь сломать стереотипы. Но я все равно поступила сюда, чтобы посмотреть на боевые артефакты, и на их основе вдохновиться на создание чего-то нового, уникального, того, что еще никогда не было, - она повалилась на кровать с чертежом в руке.
– И когда-нибудь я это сделаю. Надо просто не бросать.

– Тоже верно, - согласился Дима, испытавший еще большее уважение.
– Ну, не бросай.

– Ты тоже не бросай. В смысле, учебу, - Луиза вдруг покраснела.
– Я догадалась, ты хотел сбежать. Но я почему-то думаю, что с тобой наша жизнь изменится к лучшему.

Светозар Евлампиевич был напуган до смерти.

Он сидел в своем кабинете, придавленный к дивану, и трясся от ужаса. Пот стекал по лицу толстяка, рубашка была мокрой, что хоть выжимай, лицо - бледнее мела. Директор был бы рад взять платок, но активированное Вандой заклинание не давало ему пошевелить даже пальцем.

– Вы меня очень разочаровали, господин директор, - паря в воздухе, колдунья неторопливо перемещалась туда-сюда.
– Я вас о чем просила?

– Не-не-не-не-не....

– Ну?

– Не-не-не помню....

– Я вас просила никому ни о чем не рассказывать, - она села на стол, и небрежным жестом поправила маску.
– Но вчера в комнате моей соседки устроили обыск. Искали мои вещи. Вы хоть понимаете, что могло бы быть, если бы они что-то нашли?

– Что-то ужасное?
– пискнул директор.