Чтение онлайн

А после заскулил, закружился, и мне показалось, что вот-вот и вовсе улетит. И я не выдержала. Создала энергетическую петлю да и заарканила ей призрака.

И, притянув потерявшего разум духа поближе, прошипела в лучших традициях матерой гадюки:

— Возьмите себя в руки, Жейцкович, хоть у вас они давно и истлели в могиле! Через несколько ударов колокола, если ничего не сделать, Кернир станет таким же, как вы: покойным и бесплотным. Но ты, — здесь я не выдержала и, наплевав на старость, почтенность и истеричность духа, перешла с высокого «вы» на простое и понятное тыканье, — старый палач, знаешь, как это остановить! Ведь знаешь?

Призрак замер на один томительно долгий миг, а потом…

У духов ведь нет горла как такового, им не нужен воздух, у них не выделяется слюна, чтобы застрять в глотке… Похоже, даже у эфемерных наступает в посмертии такой момент, когда им нужно сглотнуть возникший ком. Именно это Жейцкович и сделал.

— Я… — призрак замялся. — Не знаю…

Вот именно за это я ненавидела духов. Они были похожи на книги: и те и другие могли лгать до последнего, до самой мать ее Смерти и даже дольше. Смотреть на тебя своими бесстыжими глазами или страницами и врать!

— Знаешь! — рявкнула, теряя последнее терпение. Он мне здесь еще и упираться будет? Тряхнула его.

— Не знаю, — меж тем упрямо протянул дух, — смогу ли тебе рассказать все. С призраков тоже берут клятвы о неразглашении!

— И что будет, если ты ее нарушишь? Умрешь? — саркастически уточнила я.

Дух дернулся на аркане, а после попытался открыть рот, но… Не сумел издать ни звука.

Да чтоб тебя! И меня! И тайную канцелярию, додумавшуюся до такого в особенности.

— Но Керниру ты же это как-то сказал? Он же в курсе?

Жейцкович кивнул.

— И как?

«Ты ему все поведал» — я уточнять не стала, дух и так все понял и ответил:

— Он нашел книгу…

— Которую ты ему подсунул? — уточнила я, уже догадавшись, как ушлый призрак смог обойти клятву. И пока я не успела потребовать это же издание на выдачу, Жейцкович добавил: — Она большая, ты не успеешь, там многое между строк…

— Надо будет, и я между строк, и в швах переплета все что нужно отыщу! — выдохнула решительно.

А после мы с Жейцковичем, набравшись терпения и духу (удивительно, для призрака, но все же) взялись за фолианты. Я их пролистывала и на покашливаниях Жейцковича останавливалась на нужных страницах. Так и выяснила, что может помочь Керниру. Тот самый гадский кубок. Не зря за ним шла такая охота…

Пока я лихорадочно проглатывала страницы, пытаясь во всем разобраться, в читальный зал ввалились адепты. Послышались возбужденные голоса, и дух на время отлетел туда.

Мне же было куда важнее то, что чья-то рука столетия назад вывела на бумаге. Из написанного выходило, что если наполнить чашу своей кровью и силой, то она способна перенести твое сознание в прошлое. Его можно будет изменить. Но лишь только тот, кто совершил это перемещение, будет все помнить.

Вот только имелся один нюанс: чашу можно было использовать лишь единожды. После она превратится в тлен и пепел. И да, такая переброска требовала огромной силы. И чем дальше в прошлое — тем больше затраты. Весь мой резерв слился бы за раз на перенос максимум в позавчера… Чтобы переместиться хотя бы на пару дней назад! А после все пойдет прахом. Вернее, не все, а кубок, но с ним — и надежды на то, что Керниру удастся спасти семью…

Теперь-то я понимала, что Беглый задумал. И почему ему так важна была победа. Единственное, в чем я сомневалась, — хватит ли у него сил. Но если брюнет так упрямо, напролом шел к своей цели, значит, все рассчитал и был уверен, что его дара достанет, чтобы прыгнуть в прошлое так далеко.

Вспомнила, как Беглый сжигал себя, спасая меня. Как вливал в меня свою жизнь. Как рисковал…

— Все пропало… — меж тем, зависнув над моим плечом, выдохнул дух. — Кубок украли…

— Я в курсе, — перелистнув очередную страницу, отозвалась Жейцковичу.

— Но… — то ли удивленно, то ли возмущенно выдохнул призрак.

— Но это ничего не меняет, — отозвалась я, принимая решение.

Да, кубок мог подарить мне свободу. Наверное. Если я отдам его Ио.

Или жизнь Керниру, его семье. И то, что я в новой реальности никогда не увижу Беглого, не буду даже помнить о нем, — это малая цена за спасение того, кого я люблю.

На миг прикрыла глаза. С Ио я разберусь. И даже если он решит показательно наказать меня, как тех, кто не оправдает его ожиданий, — значит, так тому и быть.

От принятого решения вдруг на сердце (и в ногах тоже) стало легко-легко, так что до ложи по тайным ходам я домчала в один миг. Тем более что ограду уже сняли, да и зрители за то время, что я была в библиотеке, разошлись. Не без помощи стражей наверняка, но какая в принципе мне разница. Главное — в амфитеатре людей было — раз два и обчелся.

Королевская ложа встретила меня пустотой. Ни охраны, ни служанок, ни, само собой, владыки с супругой и придворных. Уже вынесли походный трон и столики с едой.

И лишь на постаменте лежала невзрачная тряпица… Убрав якорное заклинание, я осторожно взяла ее. На коричневой холстине был вышит кубок. Тусклые нитки, неровные стяжки.

Скомкав ткань, поспешила скрыться и уже в тоннеле, в свете затепленного магического огня, затаила дыхание, на миг прикрыла глаза, разгоняя силы в кончиках пальцев. Ну же! Должно получиться… А после осторожно погрузила руку в ткань, словно в мутную лужу.

Холодную. Вязкую… И в этой липкой густоте ладонь нащупала кубок. Пальцы сжались на деревянной ножке, и я осторожно достала из тряпицы чашу.

И только после этого позволила воздуху наполнить грудь. Ибо не дышала все то время, что доставала чашу: холст Семи воров был артефактом с характером, и, случалось, не отдавал свою добычу.

А вот подменял настоящее на пустышку мастерски. Достаточно было лишь чтобы нужная вещь оказалась стоящей на холстине, которая могла принимать разный вид: от ажурного носового платка и парчовой скатерти до застиранной двунитки.

Для того, чтобы покража нырнула в холстину как в омут, и на месте ценной вещи появилась подделка, нужна была лишь пара мгновений и… чтобы все отвлеклись. Например, на яркую вспышку света…

Так оно и случилось, когда мы с Керниром приземлились. Как итог — король сегодня вручит победителю пустышку, которую и сожрал дракон.

— Так вот ты какой, ключ времени, — прошептала я, глянув на простой с виду кубок, в жемчужной инкрустации и острых гранях камней, как будто впаянных в дерево, в котором отражались блики огня.

А после засунула и холстину, и приз в сумку. Потом только что-то чиркнуло по ладони, наверное, плохо обработанный хрусталь или изумруды, которыми была украшена чаша. Не обратив на это внимания, побежала в лазарет, даже не сомневаясь, что Кернира поместили именно туда.