Чтение онлайн

Первое указание на возможную машинную функцию Великой пирамиды относится к экспедиции Наполеона. Добравшись до верхней части большой галереи и обнаружив, что их голоса слышны в камере, французские солдаты выстрелили из пистолета. К их удивлению, эхо выстрела, многократно усиленное, громом прокатилось по галерее [124] . Акустические свойства саркофага впервые были исследованы Петри, который заметил, что при ударе он издает глубокий, мощный и немного жутковатый звук, похожий на звук колокола [125] . Дэвидсон обнаружил потайное помещение над Камерой царя, заметив, что его голос «сопровождается эхом, которое как будто резонирует где-то вверху» [126] . Из этих фактов следует один неоспоримый вывод: по меньшей мере одна из функций Великой пирамиды состояла в резонансном усилении акустической энергии.

Теперь мы готовы сделать некоторые выводы из этого краткого обзора экзотерических научных исследований.

• Первая из известных нам ассоциаций Великой пирамиды с физическими силами содержится в теории всемирного тяготения Ньютона. Эта связь была установлена самим сэром Исааком как часть размерного анализа, который требовался ему для создания точной математической модели его теории. Вполне возможно, что это согласуется с гравитационными эффектами вокруг этого сооружения, рассказы о которых были обнаружены Ситчином в древних текстах, а также с гипотезой о назначении пирамиды, выдвинутой в книге «Звезда Смерти Гизы».

• Великая пирамида, по всей видимости, была построена как модель известных физических и математических констант и могла функционировать как аналоговый компьютер. Эта функция аналогового компьютера была абсолютно необходима, если сооружение предназначалось для излучения энергии на ближайшие космические объекты. Данная функция требовала необыкновенной точности при строительстве, что является характерной особенностью Великой пирамиды.

• Многочисленные факты свидетельствуют об интересе к пирамиде со стороны тайных эзотерических организаций и/или со стороны армии — об этом свидетельствуют экспедиции Наполеона, Говарда Вайза, а в недалеком прошлом Альвареса и других исследователей, известных своими связями в военных кругах.

И действительно, участие доктора Альвареса и разнообразных правительственных структур, с которыми он сотрудничал, явно указывает на то, что кто-то где-то знал, что в этом сооружении присутствует очень сложная и, возможно, разрушительная и обладающая военным потенциалом физика. Есть все основания полагать, что эти люди и организации сделают все возможное, чтобы отвлечь внимание общества от любых исследований этой физики и от гипотезы «машины» или «оружия». Все усилия будут приложены к тому, чтобы направить любопытство в сторону «древних обсерваторий», «пророчеств в камне», «звездных врат», «вечных бюро стандартов» или, что еще невероятнее, пышных гробниц египетских фараонов.

На мой взгляд, одна из самых загадочных особенностей исследования пирамид — это почти полное отсутствие яростных споров, сопровождаемых экспедициями и экспериментами, которые обычно сопутствуют работам, подобным книге Данна «Силовая установка Гизы». Его гипотеза увлекательна, а аргументация убедительна и производит глубокое впечатление. И что самое главное, Данн единственный из исследователей Великой пирамиды, кто не позволяет себе слишком увлекаться побочными гипотезами об инопланетянах, о пирамидах как звездных вратах или устройствах для воскрешения, о посланиях исчезнувших цивилизаций или внеземных существ. Он стремится лишь объяснить конструкцию и назначение пирамиды на основе известных законов. Это огромное достоинство его книги.

Однако после первой шумихи, появления двух вечерних ток-шоу и нескольких разрозненных статей все успокоилось, и остальные последователи ревизионистской египтологии [127] практически не заметили работы Данна. В конце концов, если это просто машина, то рушатся все фантастические истории о древних инопланетянах-богах, звездных вратах, пророчествах в камне, устройствах для воскрешения и «залов знаний», содержащих тайную информацию, которая «принесет пользу человечеству в периоды кризиса». Работа Данна, как и труды Петри, находится между двух воинственных лагерей — египтологов, защищающих абсурдную гипотезу царской гробницы, и ревизионистов, отстаивающих свои взгляды.

Создается впечатление, что одновременно с намеренным замалчиванием книги Данна была выдвинута другая теория.

Большая часть древних свидетельств, которые позволяют рассматривать пирамиду как оружие массового уничтожения, относятся к интерпретации Ситчином древней шумерской поэмы «Лугаль-э». Сам Ричард Хогланд утверждает, что Ситчин читает клинопись «как древнюю «Нью-Йорк Таймс» [128] . Джон Энтони Уэст жалуется, что Ситчин полностью игнорирует нюансы текста, что «его взгляды по большей части упрощенческие и материалистичные. Он сторонник механистического редукционизма и возвращает нас к позитивизму XIX века» [129] . Однако полностью отбросить интерпретацию Ситчина не так-то просто.

Так, например, перевод Бартона поэмы «Лугаль-э» содержит фразы, которые можно интерпретировать не только как упоминание об оружии массового уничтожения, но и о самой пирамиде. Мы встречаемся с такими выражениями, как «разрушительный Tonop» [130] , «ropa судьбы» [131] , «великая гора» [132] , «недоступная гора» [133] , а также с рассказом об уничтожении города Ура [134] и «сверкающем царском оружии» [135] . И самое главное, что даже в интерпретации Бартона использование оружия массового уничтожения предшествует потопу и каким-то образом связано с ним [136] .

Похоже, Ситчин затронул болевую точку, возможно, слишком близко подойдя к тому, о чем кто-то хотел умолчать. Это предполагает некое ложное направление в исследованиях, нарушающее правила традиционной египтологии.

Ситчин в своей работе «Войны богов и людей» приводит любопытные переводы и толкования древнего шумерского эпоса «Лугаль-э». В предыдущей книге, «Звезда Смерти Гизы», я цитировал большую часть этих переводов в сопровождении комментариев Ситчина. Я уже говорил о том, что всегда испытывал некий страх, размышляя о Великой пирамиде, и меня не оставляло чувство, что это сооружение было использовано — хотя и не обязательно предназначалось для этого — с целью разрушения. Меня с юных лет занимало сходство конструкции пирамид Гизы и фазовых решеток современных военных радаров. Когда я прочел переводы и комментарии Ситчина, то был, по меньшей мере, удивлен.

Удивление было вызвано не только тем, что сам Ситчин в своей общей теории больше склонялся к функции пирамид как средства связи, а не как оружия, но и тем обстоятельством, что больше никто не признавал важности подобных гипотез — по крайней мере публично. Ученые указывали на неправдоподобность отдельных предположений Ситчина, таких как изменение орбиты Земли после столкновения с другой планетой. Другие, как было продемонстрировано выше, критиковали его переводы и материалистический подход. Однако его интерпретация Великой пирамиды как «Великого Бедствия» — действительно, невероятное утверждение — осталась незамеченной. Именно это молчание больше всего удивляет в новых книгах и статьях, посвященных памятникам Гизы и Великой пирамиде. Звездные врата, устройства для воскрешения, электростанции, а в последнее время «герметические приборы» и «учебники», предназначенные для передачи «послания» — всем этим гипотезам уделяется должное внимание, и лишь теория об оружии и сложной палеофизике в той или иной степени игнорируется. Максимум, на что можно рассчитывать, — это модификации гипотезы Данна об источнике энергии и возможном использовании пирамиды как «крупной отметки для радара».