Чтение онлайн

– Это верно, – вздохнул Есмар и наконец присел на краешек лавки рядом с Эгином.

Грохот двери, тяжелые шаги, протестующий вскрик гостиничного слуги-охранника…

Эгин вскочил на ноги. Осторожным, но решительным движением руки уронил Есмара под стол – от греха подальше. Выхватил меч.

В небольшую спальню-гостиную ввалились трое.

– Эгин, свои! – предостерегающе выбросил руку ближайший из вошедших.

Но Эгин в чужих комментариях не нуждался. Он и сам видел: это Милас Геттианикт и с ним двое чернокафтанников. Те самые, с которыми он подрался утром в «Щучьей поживе».

– Сказать, что вам повезло – ничего не сказать, – быстро проговорил Милас. – А, Есмар… Здравствуй. Быстро одевайся.

Эгин кивком подтвердил распоряжение Миласа. Он чувствовал, что от нечего делать к ним эта троица не вломилась бы.

Есмар выкарабкался из-под стола и убежал в свою спальню.

– Если бы вы не сменили гостиницу, – продолжал Милас, – то вас, скорее всего, уже не было в живых. Сейчас мы едем в Нижний Город. Там нас ждет лодья. Опарок сегодня разойдется перед рассветом. Отплываем на плотину. И – уезжаем прочь из Ита.

– Нет! – во весь голос закричал Есмар. Он прискакал к ним на одной ноге, уже продетой в штанину. – Никакой плотины! Я знаю, как достать кольчугу Итской Девы.

– Погоди, – Эгин жестом остановил Есмара. – В самом деле, Милас, к чему такая спешка?

– У нас война с «жемчужниками». Теперь – настоящая война. И, похоже, мы ее проигрываем. Четверо из нашего клана были убиты сегодня вечером.

– Но ведь городская стража на вашей стороне?

– Чересчур сложный вопрос, чтобы ответить в двух словах. Городская стража – на стороне закона. Но сегодня днем неопознанная персона-призрак проникла в Волшебный театр. «Жемчужники», агенты которых, разумеется, там тоже были, немедленно обвинили в этом проникновении нас. Дескать, мы сносились с тем призраком неким надъестественным образом. По итским законам это тягчайшее преступление. У каждой магии – свои дозволенные границы, знаете ли… К сожалению, я был там, а потому фальсифицировать улики им не составило труда.

– Не вижу связи, – Эгин почувствовал, что краснеет.

– Да пожри Хуммер эти связи! – неожиданно вспылил Милас. – Идемте скорее. Есмар, оденешься ты наконец!?

Две огромных трехосных фуры пробирались сквозь мглу предрассветного города. «Царский цех отбросоразвозчиков» – такая надпись на архаическом наречии Ита украшала борта обеих фур. С надписью посредством двух змеящихся голубых лент был соединен цеховой герб: перекрещенные лопата и факел в белом поле на левой половине щита и бобер в красном поле на правой половине щита.

Тонкий слой мусора скрывал под собой вполне комфортабельный салон, освещенный двумя колбами с личинками ската-водолета. Каждая тварь заменяла полсотни горных светляков, как гордо пояснил Милас.

Кто едет во второй фуре Эгин не знал. В первой помимо него находились Есмар, Милас и два давешних ряженых чернокафтанника. Они сидели на больших сундуках, о содержимом которых Милас отозвался неопределенно: «Вещички».

На козлах восседали еще двое членов клана, правивших лошадьми. Оба, разумеется, были выряжены мусорщиками.

Эгин не видел смысла врать. Если из-за их появления в Ите действительно погибли люди, поставившие своей целью освобождение города от магических оков, значит они с Есмаром теперь имеют определенные обязательства перед кланом Миласа. И если только в их силах чем-то помочь клану – они обязаны помогать.

– Ну и дела, – пробормотал Милас, дослушав Эгина. – Так вы и впрямь не знаете, как умудрились призрачно проникнуть в Волшебный театр?

– Нет. И даже не догадываюсь.

– Это вас отчасти извиняет, – буркнул Милас и на некоторое время замолчал.

– Кстати, господа, я прошу не держать на меня зла за ту бесцеремонность, с которой я распрощался с вами в «Щучьей поживе», – обратился Эгин к чернокафтанникам. – Но я был просто обязан вырвать Есмара из лап колдуна. Опасного, как я думал.

– Ничего, бывает, – махнул рукой тот, на лбу которого темнела сочная ссадина. – Мы просто хотели вас задержать на некоторое время, чтобы вы не путались у Есмара под ногами.

«Вот так. Я-то все время полагал, что это Есмар у меня под ногами путается. Оказывается – наоборот», – подумал Эгин.

Милас тем временем принял решение.

– Мы могли бы, пожалуй, поверить сновидению Есмара и задержаться на полчаса на итском плесе, чтобы разрешить ему попытать счастья в последний раз, перед бегством. Однако я, как и вы, понятия не имею, что делать с этим круглым монстром, о котором говорит ваш слуга.

– Есмар мне друг, а не слуга, – твердо сказал Эгин.

Фура внезапно остановилась.

– Чшшш, – прошипел Милас, прикладывая палец к губам.

Сквозь тишину, сквозь подбитые войлоком глухие стены фуры донесся тихий посвист.

– Хвала Зергведу, – заключил Милас. – Приехали. Можно выходить.

Здесь клубился Опарок. Эгин, впервые очутившийся в колдовском тумане, сразу же ощутил, как виски сдавило мягким, но тугим и широким обручем. Словно бы час назад вокруг его головы повязали полосу мокрой бараньей кожи и вот теперь она начала высыхать.

Сундуки с «вещичками» оказались ой какими тяжелыми. Во второй фуре никаких сундуков не было. Зато из нее выбрались аж восемь человек: мужчина, три женщины, девочка и три мальчика.

Выглядели они очень несчастными. Личико девочки было заплаканным, мальчики хмурились и исподлобья поглядывали на Есмара. Эгин подумал, что это, скорее всего, такие же, как и Есмар, соискатели кольчуги. Видимо, дети членов клана.

Все это напоминало эвакуацию из Ваи в миниатюре. Не хватало только преследующей по пятам нежити. Или она была, да только пока ничем себя не проявляла.

Фуры стояли в глухом тупике. Над головой нависали не то скалы, не то балконы третьего-четвертого этажа – Эгин так и не разглядел. Пахло тухлой рыбой. Где-то далеко слышалась частая капель. Безвдохновенно завывала собака.

Милас открыл дверь, обшитую бронзой с зелеными потеками. Они втянулись в узкий лаз.

В правой руке Милас держал меч, в левой – колбу-светильник. Другие светильники достались женщинам. Эгин на пару с чернокафтанником, лоб которого был украшен ссадиной, волок один из сундуков Миласа.

Оказалось, что воды в туннеле местами по колено. Эгина все время не покидали мысли о разных мелких, но опасных гадинах, которые могут гнездиться в этом уютном местечке. Но он помалкивал, резонно полагая, что его спутники – люди опытные. О серьезной угрозе предупредят загодя, о мнимой – и не вспомнят.