Чтение онлайн

Конечно, любовью здесь и не пахло. Конечно, чувству к Лагхе было далеко до чувства к Вэль-Вире или даже к Шоше. И все-таки, чтобы сравнивать, нужно, чтобы было что сравнивать!

Зверда сама точно не могла определить, какую струну в ее душе задел варанский гнорр. Но он был так наивен, так красив и так не по-фальмски галантен! Он, в отличие от Шоши, действительно стоил ее, действительно мог укоротить ее распоясавшееся самомнение. И с ним, чтоб он сдох, действительно никогда не было скучно!

Даже когда гнорр, подобно щенку, глупо расточал свои силы на то, чтобы физически обладать ею, он был мил и удивительно остроумен!

Возможно, если бы не недавнее нападение людей из Свода, Зверда решилась бы на свой страх и риск проделать другую, более сложную и опасную Большую Работу.

Такую, которая вместо обмена телами между Ларафом и Лагхой имела бы другой результат – например, чтобы семя души Лагхи оказалось бы на время плененным в теле глиняного человека. Такую, чтобы убивать гнорра не было необходимости. Но теперь было уже поздно.

На неправильную трансформацию Зверда и Шоша потратили слишком много драгоценной энергии.

Их вместилища личной силы практически опустели.

И ни о каких «выкрутасах», как выразился бы Лоло, не могло быть и речи. Но главное – нападение офицеров Свода было прямым предательством, перечеркивающим все то неподлое, что было между гнорром и фальмской баронессой.

Теперь Зверда почти не сомневалась в том, что проклятых лучников подослал Лагха, чтобы освободиться от своей привязанности к ней. И не в обычаях Зверды было спускать мужчинам предательство.

Тело Ларафа открыло глаза, но все еще было не в состоянии повернуть голову. Зверда стояла над ним с обнаженным мечом в руках. Она знала, у нее есть еще несколько минут. В эти несколько минут единственное, что сможет делать Лагха в своем новом теле – это говорить. Это в лучшем случае. В худшем – будет говорить она сама. Зверде было что сказать гнорру.

– Как вам спалось, мой милый предатель? – холодно спросила баронесса. – Как видишь, я жива и здравствую. Неожиданно, правда?

Тело Ларафа пошевелило губами и издало нечленораздельный хрип.

– Правда-правда, – ответила за гнорра Зверда. – Ты, небось, уже заказал мне гроб и велел доставить сотню розовых тюльпанов, чтобы достойно проводить свою последнюю любовь в Святую Землю?

Тело Ларафа лишь шморгнуло носом. Глаз Ларафа, тот самый, на который покушался ворон, дергало тиком.

– Но я не такая дура, как ты думал, мой милый друг-дружочек. На сей раз я тебя обыграла. Как тебе нравится твое новое тело? И куда только подевались наши богатые кудри? Наши стройные ноги и руки с длинными ухоженными пальцами? Наша кожа цвета топленого молока? Их нет. Вот такой он, новый дом твоей гадкой души, Лагха. Единственное, что я могу сказать тебе в утешение, это то, что тебе не суждено прожить в этом доме долго. Поскольку мне придется тебя убить.

Зверда была так поглощена своим монологом и наблюдением за телом Ларафа, что не заметила, как пол под ней тихонько задрожал. Если бы белый магический порошок покрывал пол совершенно ровным слоем, она не услышала бы вообще ничего. Но из-за того, что в скатерти Большой Работы имелись изъяны, кое-какие звуки она все же пропускала. Правда, эта была лишь одна сотая тех звуков, которые мог слышать Шоша.

Тем временем, лицо Ларафа приобрело осмысленное выражение. Это означало, что времени на выяснение отношений осталось совсем не много. Рисковать и подвергать себя опасности честного поединка с гнорром, пусть даже и пребывающем в теле Ларафа, Зверда не хотела.

А слова лились рекой.

– Одного я не могу понять. И, надеюсь, сейчас, когда ты сможешь наконец-то говорить, а не мычать словно слабоумный, что ты объяснишь мне это обстоятельство. Объяснишь перед тем как умереть. Мы неплохо трахались с тобой, ведь правда? И мы оба получали немалое наслаждение. Для меня это значило не то чтобы много. Но и не то чтобы мало. Я не могу понять, что это значило для меня. Но любопытство донимает меня. Скажи мне, Лагха, что это значило для тебя?

– Фэнеари-ле гайстхай-жу-ле! – прошептали губы Ларафа.

– Что?

– Фэнеари-ле гайстхай-жу-ле чиой?

– Что он говорит? – спросила Зверда, машинально оборачиваясь в сторону Шоши, которого, конечно же, не было видно, поскольку он стоял по ту сторону черты.

– Фу-ты пропасть! – выругалась Зверда.

Уж очень неожиданно было слышать такие звуки от Лагхи.

Конечно, она знала, на каком языке говорит Лагха. Но не ожидала, что Лагха заговорит именно на нем. Неужели она ошиблась и гнорр вовсе не уроженец Юга? Неужели он из Северной Лезы?

А если нет, то какого Шилола он говорит на полузабытом языке отсталого народа, народа колдунов и зверовщиков, народа, прикипевшего задницей к своим нерпам, и росомахам, к своему унылому краю черных заснеженных пустынь?

Зверда, конечно, быстро сообразила, что именно говорило тело Ларафа. А говорило оно всего-навсего «мне больно» или «почему мне так больно». Выметя самые отдаленные уголки своего мозга Зверда, наконец, собрала для себя кое-какие обноски наречия Северной Лезы.

– До-ни гайстхай-их жолай! – сказала Зверда, что означало в первом приближении патетическое «ты заслужил эту боль». – Е-ини жи! («И даже большую»)

Тело Ларафа пробормотало нечто, что Зверда сумела перевести для себя как «я ничего зла не делал для вас богатая госпожа!»

Зверда опешила. Заподозрить Лагху в том, что он придуривается, Зверда не могла. После воплощения в новом теле ни один человек не способен придуриваться. Стало быть, гнорр сошел с ума! Зверде стало страшно. Пол под ней легонько покачнулся влево-вправо. Но ей не было дела до таких мелочей!

– Говори по-варански, Шилол тебя разнеси! – закричала Зверда.

Гнорр поднял голову и уставился на Зверду глазами, которые показались ей совершенно безумными.

– Я нездраво говорю на варанский! Иже во царствии Ре-тарском обретаюси, – сказал гнорр.

Вдруг в голову Зверде закралась страшная догадка. Большая Работа действительно удалась. И она действительно грамотно прочла все указующие на это знаки. Но только телами обменялись не Лараф и Лагха, а Лараф и какой-то другой человек, тот самый, что в «царствии Ре-тарском обретается».

«Постой-ка, – сказала себе Зверда. – Но разве существует сейчас Ре-тарское царство? Да оно уже три сотни лет, как достояние бардов! Ре-Тар – провинция Харренского Союза. Это знают даже дети. „Неужто я влезла в Нижнее Небо Мертвых?“ – содрогнулась от нутряного ужаса Зверда, – „Бедняга Лоло! Будет тебе теперь эрхагноррат и царствие Ре-тарское в придачу!“