Чтение онлайн

Мальчик держал поднос, на котором стоял кубок. Эри передал кубок Ларафу.

– Это что, микстура? – Лараф брезгливо поморщился.

– Нет, это обыкновенная вода, – терпеливо повторил Эри. – Просто вода. Вы ведь заказывали воду?

– Все верно. Я заказывал, – стараясь казаться вменяемым, согласился Лараф.

– Совсем скоро я принесу вам ваше платье!

Когда провожатые подвели Зверду и Шошу к можжевеловой рощице невдалеке от Буковой Горки, где жили гнорр и его супруга, Зверда была взвинчена до предела. Шоша же – напротив, спокоен до заторможенности.

«Это была твоя идея», – процедил Шоша, когда они входили в ворота. Стена, окружающая дворец Сиятельной, степенно проседала и местами разваливалась под напором подземных толчков.

Зверда не стала уточнять, какую именно идею имел в виду Шоша: то ли насчет похищения Ларафа и обмена телами, то ли насчет изничтожения Вэль-Виры, которая потом трансформировалась в идею обмена телами. Да это было и не важно. Поскольку все стоящие идеи баронов Маш-Магарт были ее, Зверды, идеями. Даже когда тщеславный Шоша был убежден в обратном.

– Подождите. Я схожу спрошу, может ли гнорр принять вас сейчас, – сказал тот самый молодчик, которому Шоша так и не пересчитал зубы.

Они снова остались ожидать в обществе конвоя. Наконец, легавый вернулся и кивнул утвердительно. Зверда не знала радоваться этому или нет. Поскольку уверенности в том, что Большая Работа удалась, у нее по-прежнему не было. Ведь с Ларафом они договорились о встрече не раньше следующего утра!

– Гнорр ждет вас там, на лавке.

Зверда положила руку на плечо Шоши. «Я схожу сама», – читалось в ее глазах. Шоша кивнул.

Он знал, что если Большая Работа действительно не удалась и гнорру все известно, а теперь гнорр попросту хочет сказать последнее «прости» перед тем, как утопить баронов Фальмских в Жерле Серебряной Чистоты, то… то если у кого-то из них и есть шансы изменить мнение гнорра на противоположные, так это у Зверды! А он, пожалуй, только помешает.

– Супруга вашего, Шошу велиа Маш-Магарт, гнорр тоже просят…

– У моего супруга сейчас нет настроения. Он переговорит с гнорром несколько позже, – бросила Зверда и смело направилась в можжевеловые заросли.

Гнорр сидел на скамье, укрытый меховым покрывалом.

На расстоянии в десять шагов Зверда остановилась. Сердце ее бешено колотилось, по спине ползли предательские мурашки. Менее часа назад она рассчитывала и была готова без колебаний и страха умертвить Лагху в теле Ларафа. А теперь, глядя на Лагху, она снова трепещет, снова боится и снова не знает как действовать!

Зверда боялась заговорить первой. А шилолов гнорр был так погружен в себя, что просто не замечал ее. Или делал вид, что не замечает, хитрая бестия.

– Добрый вечер… – робко начала Зверда, вложив в эти слова всю сокрушительную мощь своего женского обаяния.

За четыре секунды молчания, которые последовали за этим, Зверда, пожирающая глазами Ларафа, едва не поседела.

В какой-то момент она уже была совершенно уверена в том, что перед ней – Лагха Коалара. Не пострадавший от Большой Работы, хотя, возможно, знающий о том, что она была. Красивый и задумчивый, как всегда. Только малость зашибленный – на лбу гнорра застыл свежий кровоподтек.

– Госпожа Зверда? – вдруг вскинулся гнорр.

Затем Лараф совершил нечто, что затем вспоминал неоднократно. С недоумением, с негодованием, с презрением и просто так – поскольку забыть этот странный поступок было непросто.

Он вскочил с лавки, отшвырнув меховое покрывало. Босой, в одной лишь ночной сорочке, он подскочил к Зверде, бухнулся перед ней на колени, обхватил ее бедра руками и зарыдал.

Лараф даже не мог вспомнить, рыдал ли он так когда-нибудь, когда был маленьким.

И только в этот момент Зверда осознала, что перед ней – Лараф. Ветреный жаворонок удачи вновь сел на конек ее крыши. Бояться нечего, хотя опасаться по-прежнему следует всех и вся.

– Госпожа Зверда… Мне так страшно без тебя… Без книги! Так страшно и так одиноко!

– Не нервничай, мой сладенький. Все получилось. Все хорошо, – тихим теплым шепотом говорила Зверда и гладила роскошные черные кудри варанского гнорра.

– У меня в этой вонючей дыре никого нет… Никого! – причитал Лараф.

– Ну что ты… Лоло! Что это ты разнылся? – Зверда оглянулась – не подсматривает ли кто-нибудь за ними.

– Я все делаю неправильно… Я веду себя как слабоумный… – такой трезвой оценки своих способностей Лараф от самого себя не ожидал. – Я хочу домой. Верни меня, госпожа Зверда!

Зверда снова разволновалась. Эйфорическая радость удачи уступила место трезвому расчету.

Лараф стоял полуголый на ледяной земле и не чувствовал холода. Лараф действительно вел себя, как слабоумный. Он напугал их с Шошей до полусмерти, нарушив уговор насчет встречи. И, вдобавок, он вцепился в нее как гигантский краб, у которого заклинило обе клешни!

– Лоло… Но ведь ты сам этого хотел! Ты ведь хотел этого тогда, в Казенном Посаде! Когда рисовал семиконечные звезды на снегу! Разве ты не хотел исполнения всех желаний? Стать самым красивым и могущественным мужчиной Варана и чтобы твоя нога снова стала ровной? Разве это не твоя мечта – обладать лучшими женщинами Варана, Анагелою, Тенлиль?

– В том-то и дело, что хотел… и просил… – Лараф еще глубже погрузился в водоворот истерики.

Поутешав рыдающего Ларафа еще чуть-чуть, Зверда поняла, что если в ее планы не входит портить все предприятие, она должна принять неотложные меры.

Собрав в кулак всю свою силу, Зверда разжала хватку Ларафа. Следующим движением она подняла его с колен и, не теряя инерции, швырнула Ларафа на ту самую скамейку, где он сидел до этого.

Лараф не сопротивлялся. Точнее, он еще не овладел телом Лагхи в той степени, чтобы сколько-нибудь слаженное сопротивление стало возможным. В теле гнорра было полно разных мышц, многие из которых являлись воистину стальными. Только Лараф пока понятия не имел, как с ними управляться.

Затем Зверда вскочила Ларафу на колени и что было сил стукнула гнорра открытой ладонью по темечку. В тот же момент она прошептала Слова Уверенности.