Чтение онлайн

– Ребята? – встрепенулся Шано. – Они живы?

– А Минд? – вставила я. – Мой кучер, немолодой такой уже, но крепкий?

Сердце радостно трепыхнулось. Неужели я все-таки не зря отправилась на это безумное задание? Верный слуга где-то рядом, и у меня появился хотя бы призрачный шанс его вытащить!

– Вроде того… Так, мне лучше начать с начала, – Брант слегка встряхнулся. – В общем, в степи, когда стало ясно, что вы удрали, наги собрали нас всех: наш отряд, охранников Элентовой невесты и ее слугу – и потащили через Пути. Нормальные Пути. Вывели нас где-то в Ханассе. Единственное, что могу сказать: там жарко и пальмы. Я думал, что мы окажемся в поместье Шета, но, похоже, он не такой дурак, чтобы держать пленников прямо у себя дома. Место скорее смахивает на старую крепость, которую слегка привели в порядок. Не уверен, что вокруг хоть что-то есть, потому что слышал, как наги с досадой обсуждают, когда уже наконец будет очередной подвоз провизии.

– Ты знаешь ханасский? – перебил Бодыга.

– Еще доларский и талланский, и немного балакаю на паре степных наречий. Никогда не знаешь, что может пригодиться в нашей работе, так что хватаю где могу и что могу. Потому принц Баво меня и отправил к Церестину. Наги пока не сообразили, что я их понимаю, а я и помалкиваю. Так вот, сначала нас посадили в яму вроде зиндана. Потом, когда стало ясно, что наемники и слуга с нами скорее случайно, их куда-то забрали. Больше я их не видел.

– Может, они где-то там, в крепости? – с надеждой спросила я.

– Вряд ли. В крепости никого лишнего нет. Их либо уже сбагрили на невольничий рынок, либо Шет отвел их в свое поместье и держит там как рабов. Если они не настолько дураки, чтобы попытаться бежать, то еще живы. Королевская семья Ханассы сейчас настроена на мир с человеческими королевствами. Войны не было уже давно, и люди-рабы ценятся очень высоко, потому что их становится все меньше и меньше.

Я вздохнула. Ну вот, опять провал. Зато хотя бы можно верить, что Минд в относительной безопасности.

– А ребята? – напомнил Шано. – Эйгар, Гарн – что с ними?

– Тоже были живы, когда я последний раз их видел. И им лучше, чем мне, – усмехнулся Брант. – Угадайте, кто раздает советы и не следует им? Я решил, что умнее всех, захотел разведать обстановку в крепости и поплатился за это. Нас вытащили из зиндана, но вместо этого распихали каждого в отдельную комнату в подвале и заперли, чтобы не могли сговориться. А меня сунули сюда, – он обвел рукой тропу и скривился. – Подонки заметили, что я боюсь высоты. В этой дыре мне даже шевельнуться страшно, хотя с Путей с последние два года не вылезал и так привык, что уже, наверное, не хуже путевиков их знаю. Спать тут тоже невозможно. А самое главное – деться отсюда некуда. Первый раз, когда они меня сюда закинули, я пересилил страх, выбрал ориентир вон там, на берегу, и побежал. Бежал, бежал, бежал… И вдруг обнаружил, что я на том же самом месте, откуда начал двигаться. Как в ночном кошмаре. Когда надзиратель за мной вернулся, ржал, сволочь, так, что чуть живот не надорвал.

– Закольцованное пространство, – пробормотал маг.

– Тебе видней. Суть в том, что если у тебя нет особых камушков, то всё, конец, ты всё равно что провалился в Потусторонье – застрял тут навечно.

– Таких?

Шано показал ему два лжеобсидиановых камня. Лицо Бранта на миг сделалось удивленным, потом он сам себе кивнул.

– Ну да, если вы тут откуда-то взялись, стоит предположить, что вас не орты по Божьему велению сюда перенесли… Да, у надзирателя похожие, тоже черные, блестящие и какие-то как будто недоработанные.

– Постой, – насторожился путевик, – наги ими что, могут свободно пользоваться?

– Наги? Нет, мой надзиратель – тролль. Он бывший раб, освобожден Шетом и потому считает его чуть ли не божеством во плоти. Он же со мной, кстати, и говорит на греладском.

Мы переглянулись. Ага, еще один тролль, который способен открывать странные Пути. Неужели это все-таки особенность целой расы?

– Ты еще что-нибудь знаешь об этих камнях? – спросил Элент. – Например, на какие символы он нажимает, чтобы выйти отсюда?

– Дайте-ка мне один посмотреть… – разведчик осторожно принял у Шано камень, повертел в руках и указал на квадрат с загогулиной внутри. – Вот этот. Такой же – на втором. Сначала я думал, что это обозначение тюремной камеры, но, может, это просто выход?

– Спасибо, – Элент забрал у него лжеобсидиан. – Ты спас наши жизни, Брант.

– Выберитесь сначала отсюда, потом благодарить будете. А то если вылезете посреди крепости, как бы не оказалось, что я подольше вас проживу. Она не только нагами нашпигована – Шет посмотрел на успехи степняков в дрессировке псов из Потусторонья и решил, что он может так же. Тут весь двор в клетках, а там злобные тварюги. Если на вас их спустят… – он не закончил, покачав головой. – И насчет камней – это еще не всё. Наги и надзиратель болтали между собой свободно, свято веря, что мы с ребятами не понимаем ни слова из их тарабарщины. Я оттуда вытащил кое-что. Если доберетесь до Церестина, он должен это знать.

– Слушаем, – серьезно произнес эльф.

Брант шумно сглотнул и потер лицо предплечьем. Ладони у него были слишком грязными – только новые разводы ими оставлять.

– Жаль, воды у вас нет, хоть немного глотку смочить… В общем, дело такое. Лаборатория Шета – тут, в крепости. Та, что в поместье и куда он водил Церестина, – это только половина. Эти камушки тоже имеют какое-то отношение к его экспериментам с Путями, и тролль тут не просто так. Он постоянно уходит и что-то там с Шетом делает, а меня сюда закинул для того, чтобы не надо было сильно пристально следить и отвлекаться от его настоящей работы. Отсюда же не сбежишь. Этот Путь – он такой странный тут не один, и они не так работают, как наши, нормальные. Не знаю, какого фьёрта, но надзиратель как-то обмолвился, что вон та гора очень важна.

Он указал на дым, курящийся вдалеке над сушей. Я вдруг подумала, что это немного напоминает тропу, по которой мы шли два или три Пути назад, – ту, что была с разломами в земле. Из них тоже выходил дым, а на фоне высились горы. Не одна ли из них сейчас готовилась к извержению?

– Где-то есть Пути, которые подходят к этой горе ближе, – продолжал разведчик. – Надзиратель сказал, что был там и что-то про них начал понимать. Что – ни малейшего представления не имею. Может, Церестин расколет этот орешек.

– А ты не знаешь, откуда Шет достал эти камни? – спросил Шано.

– Вроде бы где-то у фоморов, но не уверен, что правильно сложил обрывки болтовни. Наги упоминали какие-то раскопки, а один жаловался, что рука, поврежденная в драке с фоморами, болит до сих пор.

– Возможно, это имеет смысл, – маг поскреб подбородок, который за время нашего путешествия тоже начал покрываться темной щетиной. – Фоморы не любят контактировать с людьми и всегда считались отсталым народом, хотя каким-то образом освоили такую сложную операцию, как вживление в тело артефактов. Может, им древняя раса подсобила?

– Ага, древняя раса троллей, – насмешливо вставил Бодыга. – Идеальное было бы совпадение – две самых уродливых и тупых расы на континенте обладают самым совершенным способом передвижения через пространство и время.

Шано отмахнулся.

– Я серьезно, а ты всё к шуткам сводишь! Фоморы никогда не использовали Пути, но это не значит, что где-то у них на островах нет разрушенных арок. Может, Шет попытал счастья – и нашел что-то там, где другие и не думали искать, потому что считали фоморов и троллей тупыми и ни на что не способными.