Боевая подготовка и боевые действия артиллерии
Шрифт:
Большинство батарей группы Балуева стояло на позициях в районе между озерами Нароч и Вишневское еще с осени 1915 г.; знали местность, окопы противника и имели пристрелочные данные. Вновь прибывшие батареи пристреливались по мере прибытия. Тяжелая артиллерия прибывала с большим опозданием; 10-я тяжелая артиллерийская бригада прибыла частью вечером 16-го, частью вечером 17 марта, накануне начала артиллерийской подготовки. Личный состав тяжелой артиллерии не успел ознакомиться с местностью и окопами; телефонная связь была закончена только утром 18-го, в день боя; одна из 152-мм батарей пристреливалась на рассвете 18-го, когда подготовка удара уже началась, а другая 152-мм батарея осталась даже непристрелянной и стреляла 18-го наугад «по тылам».
Несмотря на предварительную пристрелку большинства батарей, все же в 5-м корпусе только артиллерия 1-й и 2-й групп имела пристрелочные данные и могла действовать по общему участку, атакуемому 7-й пехотной дивизией, а для общего содействия 10-й пехотной дивизии (влево) достаточных данных пристрелки не имелось; 3-я артиллерийская группа могла работать в районе атаки 10-й дивизии и только случайное содействие могла оказывать направо, в район 7-й дивизии; 4-я группа Зверева из 76-мм и 107-мм пушек могла действовать только на участке 3-го Сибирского корпуса, между 5-м и 36-м корпусами, и только на больших дальностях, а содействия ближайшей 10-й дивизии оказывать не могла. Таким образом, расстановка артиллерии группы Балуева далеко не в полной мере обеспечивала получение перекрестного и сосредоточенного огня.
Группа генерала Сирелиуса
(схема 18)
Группа Сирелиуса (34-й армейский и 4-й Сибирский корпуса) имела назначением: а) противодействовать возможному прорыву немцев на фронте д. Дуки[124], оз. Нароч (д. Занароч[125]), между активными группами Плешкова и Балуева; б) атакой и огнем на участке Черняты, Лотва (около 3 км) приковать силы немцев к занимаемой ими позиции.
Артиллерия группы Сирелиуса имела в своем составе: 12 легких батарей — 72 полевые 76-мм пушки, мортирные дивизионы 4-го Сибирского и 34-го корпусов — 24 легкие 122-мм гаубицы и приданные три тяжелые батареи — 12 тяжелых 152-мм гаубиц. Расположение этой артиллерии на позициях показано на схеме 18.
Приказами генерала Сирелиуса задачами для артиллерии ставилось: а) «периодически вести беглый артиллерийский огонь, сосредоточивая его по временам на участках, назначенных для прорыва…», «периодически возобновлять беглый огонь на всем фронте, чтобы тревожить противника, что продолжать и ночью», не давать противнику возможности исправлять повреждения в окопах и заграждениях; б) как и в 36-м корпусе, подготовить данные для стрельбы по своим окопам на случай занятия их противником.
Разрушать проволочные заграждения и делать в них проходы артиллерии не приказывалось.
В частности, главным объектом действий артиллерии в 4-м Сибирском корпусе был обстрел окопов и артиллерии противника, орудия которой приказано было «демонтировать», между тем артиллерия противника вовсе не была обнаружена.
В группе Сирелиуса все знали, что задача поставлена пассивная, а потому и артиллерия этой группы, повидимому, не особенно добивалась достичь результатов. В группе вообще не делалось даже попыток централизации управления артиллерией.
ОРГАНИЗАЦИЯ ПИТАНИЯ БОЕПРИПАСАМИ
При разработке плана и подготовке операции расчет количества потребных боеприпасов произведен был не в зависимости от того, сколько нужно снарядов для разрушения атакуемых участков неприятельской позиции, для пробивания проходов в проволочных заграждениях и для обеспечения успеха операции, а механически в том предположении, что бои будут продолжаться в одних войсковых частях до 10 дней, в других от 2 до 5 дней и что ежедневный расход выразится:
на 76-
мм
полевую пушку в
200 выстрелов
на 122-
мм
полевую гаубицу в
100 выстрелов
на 107-
мм
скорострельную пушку в
50 выстрелов
на 152-
мм
тяжелую гаубицу в
50 выстрелов
При составлении расчета не было принято во внимание, сколько боевых припасов мог получить Западный фронт из запасов Упарта, к которому по этому вопросу не поступало от фронта предварительных запросов. Для Упарта было совершенно неожиданным поступившее к нему 9 марта требование Западного фронта о назначении ему к отпуску, сверх имеющихся на фронте, еще 68 легких 76-мм, 20 гаубичных 122-мм и 7 гаубичных 152-мм парков и о принятии мер, в предвидении дальнейшего развития операций, к пополнению запасов фронта в размере 30–35 % от общего числа парков фронта.
По состоянию запасов в резерве главковерха (Упарта) требование это не могло быть удовлетворено в полной мере. Западному фронту вместо просимого было назначено: с 14 по 23 марта — 45 легких парков, лишь 2 гаубичных (122-мм) и 2 тяжелых гаубичных, а с 23 до 28 марта еще 8 — 10 легких парков.
Таким образом, расчет боевых припасов, сделанный Западным фронтом, так сказать, «на-глазок», не был сообразован ни с действительной потребностью, ни с имевшимися средствами. В действительности расчет этот оказался преувеличенным по отношению к 76-мм пушечным патронам и ошибочным в меньшую сторону по числу выстрелов к тяжелым пушкам 107-мм обр. 1877 г. и 152-мм в 120 пуд., а также к гаубицам легким и тяжелым.
Главкозап генерал Эверт, считая одной из причин неудачи мартовской операции недостаток выстрелов к гаубицам, писал 28 мая того же 1916 г. генералу Алексееву в ставку, что в ударных армиях следует считать средний ежедневный расход на орудие по 150 выстрелов 122-мм и по 100 выстрелов 152-мм и что 18 марта в группе Балуева «при определенных целях и задачах было израсходовано на орудие: 122-мм — 200 выстрелов, 152-мм полевых — 250, 152-мм крепостных — 175, 107-мм — по 150; в последующие дни мартовской операции: 20 и 22 марта — около 120 и 21 марта — около 200 на полевую тяжелую 152-мм гаубицу».
Питание боеприпасами было организовано по указаниям штаба главкозапа и происходило в общем неудовлетворительно. Запасы боеприпасов были сосредоточены на больших железнодорожных станциях в 50–80 км от позиционных районов батарей. При батареях, имелся запас снарядов лишь на один первый день. Отдаленное расположение складов боеприпасов сказалось весьма неблагоприятно на ходе операции, в особенности при наступившей весенней распутице.
В частности, питание боеприпасами было организовано так:
В группе генерала Балуева. В д. Талут в 15–18 км от боевых линий был образован передовой склад с однодневным запасом снарядов; на станции Кривичи находился тыловой склад с 4 — 5-дневным запасаем; для подвоза к передовому складу в д. Талут, от ст. Кривичи служила узкоколейная железная дорога длиной 30 км и плохая грунтовая дорога, которая к вечеру 22 марта ввиду оттепели стала почти вовсе непроезжей; распоряжением командира 5-го армейского корпуса был организован небольшой промежуточный склад боеприпасов возле д. Слобода.