Чтение онлайн

Ночью того же 24 марта командующий армией приказал отложить атаку на сутки вследствие дурной погоды и недостатка тяжелых снарядов, но в течение ночи и дня 25 марта всей артиллерии приказано было вести систематический обстрел неприятельского расположения.

Для поддержки атак 1-го Сибирского корпуса артиллерии Закутовского утром 25 марта поставлены были следующие задачи: а) систематический обстрел восточной окраины деревни Бучелишки и прилегающих с юга и с севера участков, с разрушением блиндажей, убежищ и проволочных заграждений; после обстрела первой линии переносить огонь на вторую линию, находящуюся, по показанию пленных, в 300 м от первой; б) обстрел Лапинского леса, направляя главный огонь на северо-восточный выступ леса и полосу вдоль северо-западной опушки леса; цель этого обстрела — затушить пулеметную оборону леса, уничтожить блокгауз и проволочные заграждения в северо-западном выступе и продольным обстреливанием северо-западной опушки потушить фланговый огонь противника; в) обстрел 152-мм 120 пуд. пушками восточной окраины и внутренности Лапинского леса, хотя бы на пределе; г) тем батареям, которые не могут быть направлены на Бучелишки и западную часть Лапинского леса, вести борьбу с артиллерией противника, сосредоточенной между южной опушкой Лапинского леса и Гары; д) от правофланговой группы назначить одну-две батареи для содействия 16-му тяжелому дивизиону в обстреле лесного клина у Вилейты и ближайших окопов у Матишки.

Поставлены были задачи крайне разнообразные, весьма сложные и трудно выполнимые, но на этот раз довольно определенные, что бывало далеко не часто.

На рассвете 26 марта сибирские стрелки овладели двумя линиями неприятельской позиции между деревнями Вилейты и Бучелишки, но дальше не продвинулись вследствие обстрела с флангов и из лесов. Около 16 часов всей артиллерии приказано было продолжать непрерывный обстрел неприятеля, сосредоточивая огонь: артиллерии 1-го армейского корпуса на лесном клине у Вилейты; артиллерии 27-го корпуса на районе перед своей позицией; артиллерии 1-го Сибирского корпуса на перешейке Лапинского леса; артиллерийской группе Закутовского по блокгаузам в д. Бучелишки, по северо-западной окраине Лапинского леса и по участку — перешеек Лапинского леса, д. Можейки и южный берег оз. Можейское.

Задания артиллерии давались письменными приказами, а не лично. При таких условиях артиллерийская поддержка неминуемо несколько запаздывала.

Для выполнения поставленных задач артиллерия не имела времени ни на перегруппировку, ни на переустройство связи, ни на пристрелку.

Вечером того же 26 марта командующий 2-й армией генерал Рагоза, разуверившийся в успехе атаки группы Плешкова, воспретил атаку с фронта Можейки, Курты. Однако всей артиллерии приказано было, продолжая систематический обстрел неприятельских позиций, начать артиллерийскую подготовку новой атаки с 6 часов утра 27 марта.

Артиллерийский огонь в группе Плешкова почти не прекращался в течение всех 10 суток операции, переходя временами по указаниям штабов в «ураганный». Огонь сосредоточивался по тем участкам, которые предполагалось впоследствии атаковать и фронт которых постепенно суживался. По свидетельству пехотных начальников, огнем артиллерии к концу операции проволочные заграждения были достаточно разрушены для беспрепятственного прохождения пехоты. Достаточно были разрушены и окопы первой линии, которые были завалены трупами. Командир 27-го корпуса Баланин телеграфировал 23 марта о действиях артиллерии: «Разбиты козырьки, блиндажи целы, траверсы разбиты, проволочные заграждения достаточно разбиты, допускают прохождение пехоты без расчистки». По донесению начальника 2-й Сибирской дивизии Поспелова того же 23 марта: «подготовку можно считать очень хорошей. Козырьки разбиты, окопы и ходы сообщения завалены трупами, блиндажи пострадали мало вследствие нахождения в лесу и прочности сооружений. Сплошных проходов в проволочных заграждениях не образовалось, но пехота справилась с проволокой легко».

Начальник 1-й Сибирской дивизии Подгурский телеграфировал 24 марта: «полки ворвались без особенного сопротивления противника, подавленного могущественным огнем артиллерии».

Начальник штаба 1-го армейского корпуса генерал Новицкий доносил 24 марта: «Огнем тяжелой артиллерии проволочные заграждения разрушены настолько, что пехота прошла свободно. Окопы были повреждены сильно».

Но артиллерии группы Плешкова не удалось уничтожить пулеметные точки в Лапинском лесу и лесном клине, не удалось также подавить огонь германской артиллерии, так как в течение всей операции она не была обнаружена из-за отсутствия хороших наблюдательных пунктов и воздушной разведки. Вследствие этого атакующая пехота была не в состоянии удержаться в захваченных ею первых линиях неприятельских окопов, попадая под фланговый огонь пулеметов и сосредоточенный огонь германской артиллерии, расположенной кольцеобразно вокруг атакуемого участка.

В общем достигнутый результат — разрушенные проволочные заграждения и разбитая первая линия неприятельских окопов — не соответствовал ни большому количеству стволов русской артиллерии, сосредоточенных на сравнительно небольшом участке, ни огромному количеству израсходованных ею снарядов.

Благодаря умелому расположению на закрытых позициях русская артиллерия не была обнаружена германскими батареями и значительных потерь не понесла.

Группа генерала Балуева. Первая атака в группе войск генерала Балуева была произведена днем 18 марта, причем в атаку пошли лишь части 5-го и 36-го корпусов.

Хотя в 5-м корпусе была достигнута предварительная договоренность артиллерии с пехотой, но артиллерия была использована в общем неправильно. Тяжелые батареи били по проволоке, легкие — по окопам. Вместо ряда узких проходов в проволоке, пробитых на возможно широком фронте, пробит был лишь один проход на участке около 100 м. Окопы не могли быть разрушены.

В 5-м корпусе атака по всему фронту была отбита ружейным и пулеметным огнем из уцелевших в окопах блиндажей и фланкирующих участков.

В 36-м корпусе атака была назначена на 12 часов дня. К этому времени артиллерийская подготовка закончилась, но движение пехоты для атаки началось лишь в 15 часов. В промежуток времени между 12 и 15 часами артиллерия поддерживала редкий огонь, а пехота лежала под огнем в воде. Таким образом, в 36-м корпусе не было достигнуто предварительное сближение с противником на кратчайшее расстояние под прикрытием огня своей артиллерии, не были заготовлены окопы и укрытия для развернувшейся к атаке пехоты. Атака 36-го корпуса успеха не имела.

Между прочим, нельзя не отметить, что командир корпуса доносил генералу Балуеву около 12 часов 18 марта, что «корпус готов к атаке», а в приказе от 24 марта по поводу той же атаки он указывал, что «артиллерийская подготовка атаки велась слишком спешно, между тем никто не торопил ее, а потому следовало вести ее более педантично и основательно, проверяя чаще результаты попаданий наблюдением и пехотной и артиллерийской разведкой».

Артиллерийский огонь немцев против обоих атакующих корпусов был 18 марта слабый.

Следующая вторая атака в группе Балуева была произведена на рассвете 21 марта.

В 36-м корпусе успеха не было.

В 5-м корпусе, на участке 10-й пехотной дивизии, артиллерийская подготовка атаки велась в течение всего дня 20 марта. При этом к разрушению проволоки в трех местах привлекалась легкая 76-мм артиллерия, а три прохода проделывались 122-мм гаубицами. Все остальные 122-мм гаубицы и все 152-мм орудия были обращены на разрушение окопов, блиндажей и фланкирующих участков. В течение ночи с 20 на 21 марта по окопам и проходам в проволоке поддерживался артиллерийский огонь шрапнелью. В 7-й пехотной дивизии ночная атака подготовлялась 76-мм снарядами с удушливыми газами, а тыл противника обстреливался снарядами с ядовитыми газами.

В результате такой артиллерийской подготовки войска 5-го корпуса сначала на участке 10-й, а затем и 7-й дивизии легко ворвались в окопы противника, в штыковом бою прошли и удержали три линии окопов и заграждений первой оборонительной полосы, захватили 1 300 пленных, пулеметы, минометы и другое имущество.

Пройдя первую полосу обороны, войска 5-го корпуса остановились перед второй полосой на линии д. Мокрица и леса, что западнее г. дв. Августово. Часть легких батарей из 2-й и 3-й групп (Скерского и Белимовича) выдвинулась вперед вечером 21 и утром 22 марта.