Чтение онлайн

Старше, значит, быстрее устанут, если начать их выматывать.

Опытнее, значит, будут ожидать хитрых и сложных ударов, в то время как Вайн выдаст им самые простые.

Крупнее, значит, неповоротливее. Вайн сможет выкрутиться за счет своей легкости и ловкости. Это тоже неплохо.

Но самое лучшее было в том, что они все до единого пьяны, а Вайн — трезв, как стеклышко.

Он со звоном вытащил меч из ножен, в то время как мужчины чуть разошлись в стороны, пропуская вперед голого по пояс мужчину — едва ли не самого молодого из присутствующих, лет на десять старше Вайна. Его длинные волосы были уже затянуты в хвост на затылке, а в глазах светился абсолютно ясный разум. Пьянеют ли вообще эти дикари?

Противник Вайна был горой мышц, и судя по лицу, не самым добрым человеком на свете. Вряд ли он пощадит такого никчемного короля, когда тот запросит о пощаде. Этого Вайн, конечно, делать не собирался, но кто знает, какой еще бред мог посетить его голову с минуты на минуту?

Мужчины осыпали своего претендента на трон радостными подбадривающими криками, и с каждым мгновением Вайн все отчетливее понимал, в какую передрягу он влип.

Парень скинул плащ на пол, но рубашку снимать не стал, хоть и с первого взгляда было понятно, насколько неравны противники — Вайн был значительно худее и меньше ростом. Единственное, на что он надеялся, так это на то, что у него получится максимально долго уворачиваться от атак противника.

В руке мужчины уже был меч, а остальные гости, включая Харва, расступились по периметру комнаты, освобождая место для поединка. Вайн краем глаза взглянул на Эндина, на лице которого появилось непривычное выражение легкой тревоги. Что ж, генерал пытался его образумить. В любом случае, Вайн будет виноват сам.

Его разум превратился в невнятное месиво, когда начался бой, и их мечи столкнулись друг с другом впервые.

— Равир! — Скандировали мужчины, подбадривая своего воина, пока он выматывал Вайна бесполезными отвлекающими маневрами.

Зря Вайн это затеял. Все мужчины Алага обучались искусству войны с детства, а не как он — всего несколько месяцев, и то, по ночам. За свою жизнь Вайн научился только разве что не подыхать от голода, и то, в последние дни перед убийством Данги это плоховато получалось.

Он понимал, что во второй раз чуда не произойдет — не прибежит Рейва, не потребует остановиться. Даже Эндин вряд ли что-то придумает, тем более, на кой черт ему спасать такого легкомысленного идиота, коим выставил себя сейчас Вайн?

И все же Вайн попробовал провести атаку, но наткнулся на глухую непробиваемую оборону противника. Равир обманом провел еще один удар, который Вайну едва удалось парировать в последний момент, а потом напряжение боя прервал голос Харва:

— Да что вы как дети в учебном бою!?

— Давайте на кулаках! — Выкрикнул кто-то.

Харв, стоящий ближе всего к противникам и способный видеть ошарашенное лицо Вайна, хищно улыбнулся. Настоящий стервятник.

— Или боишься, Величество? — Брызгая ядом, процедил он.

Вайн оскалился в довольной улыбке и бросил меч на пол, с вызовом глядя на противника. Естественно, в его голове сейчас царили совсем другие мысли. Поэтому-то парень и не оборачивался на Эндина, чтобы не увидеть в его лице их отражение.

Равир отдал меч кому-то из мужчин и повернулся к Вайну, разминая руки перед боем. В наступившей тишине парень слышал хруст его костяшек пальцев, стыдливо потирая свои — сбитые когда-то до мяса, но уже довольно подзажившие. Бои с Крамом, больше похожие на дружеские выяснения отношений, не шли ни в какое сравнение с тем, что предстояло ему пережить сейчас. Отделаться бы парочкой сломанных ребер…

Они сцепились по команде Харва, и кулак Равира сразу же неведомым образом нашел челюсть Вайна. Удар был несильным, но сбил парня с толку, и ему пришлось уворачиваться от следующих атак, не имея шанса ударить самому. Вайну приходилось пригибаться, отступать назад, едва не спотыкаясь о нервные доски пола. Пару раз он почти упал, удержав равновесие только каким-то чудом, а Равир, казалось, ничуть не устал — он дышал так же ровно, как до боя, на лбу не выступило ни капельки пота, а лицо его было спокойно, словно море в безветренную погоду.

Наконец, и Вайну удалось добраться до лица противника, заехав ему костяшками по носу, но тут же ему в колено врезалась твердая нога Равира, и парень повалился на пол от внезапной боли. Он едва держался, чтобы не закричать — даже когда Данга зацепила ему грудь своим кинжалом, было не так больно. Сейчас же Вайну казалось, что его сустав разбили тяжелым камнем, скинув его с высоты.

Нога Равира со всей силы врезала ему по ребрам, заставив скрючиться от боли. Вайн уже не мог это терпеть — он стонал, и ему было плевать, что о нем думают. Он все еще пытался подняться на ноги, хоть и почти ничего не видел из-за застилающих глаза слез, но удары противника снова и снова возвращали его на пол. Вскоре Вайн почувствовал еще что-то, кроме боли — по его лицу текла теплая кровь. Он едва мог нормально дышать и уже просто ждал, когда сознание наконец покинет его.

«Королем быть больно» — подумал Вайн, проваливаясь во тьму.

Кто-то яростно тряс Вайна за плечо, когда он едва разлепил глаза и увидел перед собой тесную комнату, чем-то напоминающую его родную, из бедного домишки в Грери. В полутьме он разглядел лишь деревянные стены и грубо сколоченный стол со свечой возле окошка. За окном виднелось ночное небо.

Вряд ли это рай. Но и для ада здесь слишком хорошо.

Вайн закашлялся. Перед ним сидела девушка, на несколько лет постарше Рейвы, но все еще напоминающая подростка. Она-то и пыталась его разбудить.

— Ты…ты кто? — Хрипло выдавил Вайн.

— Никто. Потому что это неважно. — Ответил ее почти детский голосок.

Вайн не мог толком разглядеть ее лица, потому что перед глазами у него все расплывалось, а голова будто обратилась в колокол, по которому неустанно били. Колено истошно стонало в память о том ударе Равира. Все его тело ныло от побоев и казалось тяжелым, будто ноги и руки выкованы из железа. Даже похмелье ощущалось приятнее.

Он снова зашелся в приступе кашля, и тогда девушка положила свою холодную руку ему на лоб:

— Температуры нет. А в остальном… ты сам виноват.

Она обращалась к нему на «ты». То ли Вайна не уважал никто в этой провинции (хотя, может, он уже и не в Алаге?), то ли девчонка просто не знала, кто он такой. Вайн решил не заострять на этом внимания — ему даже больше нравилось такое «дружеское» отношение.

— Где я вообще? — Поморщился Вайн, пытаясь сесть.

Тело отозвалось новой волной боли, и Вайну захотелось взвыть от нее, что он бы и сделал, не будь здесь этой девчонки.