Чтение онлайн

— Это слишком опасно, Талия. Это обычная остановка для Ремуса и его людей.

— Сколько вмещает каждый баллон с газом?

Его губы плотно сжимаются, говоря мне, что он уже все рассчитал и знает, что я собираюсь сказать.

— По пять галлонов на каждого.

— Даже десяти галлонов недостаточно, чтобы добраться до панелей. Ты собираешься тащить все это топливо пешком в одиночку?

— Нет. Я собираюсь собрать достаточно, чтобы загнать туда машину, и заполнить оставшийся бак. Оттуда мы направимся к панелям.

— Тогда почему бы просто не наполнить один бак?

Приподнятая бровь, похоже, он тоже об этом уже думал.

— Двойка лучше уравновешивает вес.

Выбираясь из ванны, я сажусь к нему на колени и обхватываю обе стороны его лица.

— Мы. Мы собираемся заполнить оставшуюся часть бака и направиться к панелям, верно?

— Да. Я обещаю, что не оставлю тебя позади.

— Я знаю. Я доверяю тебе.

Я лежу на боку лицом к огню, в то время как Титус прижимается грудью к моей спине. Оцепив периметр, как он делает каждую ночь перед тем, как мы ляжем спать, он притягивает меня к своему телу, которое пылает, как ад. Легкий поцелуй в мое плечо — лишь незначительное отвлечение от мыслей, кружащихся в моей голове. Мысли о том, что он захвачен Ремусом и его людьми, и я не знаю об этом, пока он, в конечном счете, не вернется.

Мысли о том, что Ремус мог бы сделать, чтобы наказать его.

Если они вообще потрудились сохранить ему жизнь.

— Твой разум где-то в другом месте, — говорит он, прижимаясь к моей коже.

— Твой — нет?

— Не тогда, когда я с тобой.

— Прости, я просто…. Я слишком много думаю. Это проклятие.

— Тебе нужно перестать думать об этом. Я вернусь, прежде чем ты успеешь оглянуться.

— Я хочу, но не могу. Если Ремус… Рука, зажимая мне ртом, обрывает мои слова, в то же время пальцы скользят между моими бедрами. Синяки на моих щеках — всего лишь небольшая боль под давлением его руки.

— Ты тоже слишком много болтаешь. Его пальцы прокладывают себе путь вдоль моего шва, кружа по моему чувствительному клитору.

Звук моих стонов, зажатых в его ладони, доставляет неожиданное наслаждение. Как бы я ни пыталась это отрицать, мне, кажется, нравится быть в невыгодном положении рядом с Титусом. Зубы задевают край моего горла и прикусывают изгиб шеи, в то же время тихое рычание раздается у меня в ухе.

Глаза закатываются, я выгибаюсь навстречу ему, когда он проводит языком по нежному месту, мои движения ограничены его непоколебимой хваткой.

Упираясь коленом в заднюю часть моих бедер, он широко разводит мои ноги и погружает пальцы внутрь меня.

У меня вырывается всхлип, и я протягиваю руку назад, чтобы крепко ухватиться за что-то, обнаруживая, что его член прижат к моему заду. В том же темпе, в каком он вводит и выводит из меня свои пальцы, я поглаживаю его по всей длине, наслаждаясь его мужским ворчанием и стонами мне в ухо.

— Ты — лучшая пытка, Талия. Чего бы я только не отдал, чтобы трахнуть тебя прямо сейчас.

Его восхитительные слова только разжигают пламя внутри меня, в то время как он сжимает мой рот в такт каждому движению моей ладони, как будто представляет там свою собственную руку.

Мне нравится быть во власти этого человека. Этого зверя, который мог бы легко сломать меня, если бы захотел. Он мог бы насиловать меня любым способом, и я бы приветствовала это.

Однако он этого не сделает. Сколько бы раз я ни умоляла его об этом, и даже сегодня утром, когда у него мелькнула эта мысль, я знала, что он откажется. Этот человек упрям и защищает меня до крайности.

Скользкими от моих соков пальцами он проводит липкую жидкость вверх по моему животу и втирает ее в один из моих сосков. Я выгибаюсь навстречу ему, мои стоны шипят на его коже. Два пальца проникают в меня, на этот раз сильнее, и он раздвигает меня шире.

— Представь, что я погружен глубоко в тебя. Черт возьми, ты была бы такой мягкой, такой тугой. Его голос срывается на последнем слове, когда я сжимаю его член, демонстрируя его фантазию.

— Ты делаешь меня слабым, женщина.

Его пальцы толкаются быстрее, и, как он и сказал, я представляю его у себя между бедер. Его большое тело поглощает мое, когда он входит в меня, его бедра ударяются о мои. Долгий гудящий стон гремит в моем сознании, и я мотаю головой взад-вперед, извиваясь рядом с ним, когда мои мышцы напрягаются. Мои соски становятся твердыми, как скала, и я продолжаю поглаживать его член. Резкие вдохи вырываются из моего носа, ударяясь о его пальцы, все еще удерживающие мой рот.

— Приди ко мне на руки. Я хочу слизать каждую твою каплю со своих пальцев.

Его слова!

Я снова выгибаюсь, мое тело сотрясается от нарастающего внутри меня жара, готового взорваться. Я дрожу, пытаясь сдержать его, противостоять надвигающемуся краху, но не могу.

Я не могу.

По моей коже пробежали мурашки, и я издала приглушенный крик в ладонь Титуса.

— Черт возьми, да, — хрипит он мне в ухо и поднимает руки, чтобы показать мне их гладкую поверхность, потирая пальцы друг о друга. Рисуя круги на моем клиторе, он распространяет ту влажность, которую он выработал, и вдавливает свои бедра в мой зад.

Краем глаза я вижу, как Титус закрывает лицо руками и сосет мои пальцы. От вида этого мой живот сжимается, а внутри все пульсирует.

Оставив мой рот, он забирается на меня, заставляя меня выпустить его член, и зарывается лицом между моих бедер, посасывая мою набухшую плоть, как будто жаждет большего. Он немногословен, но его жизнерадостность говорит сама за себя.

Я вскрикиваю, хлопаю бедрами по его ушам и провожу пальцами по его волосам.

— Давай притворимся.

Давай просто притворимся.

— Притворится?

Толкая его в плечи, я подталкиваю его встать на колени, где беру его член. Я провожу его кончиком по своему все еще скользкому шву и наблюдаю, как его глаза закатываются. Он двигает бедрами в сексуальных движениях, в то время как я прижимаю его член к своей плоти, позволяя ему скользить по моей коже. Пальцы крепко обхватывают его толстый ствол, я сжимаю его с каждым толчком в своей ладони.

— Представь, что наполняешь меня, Титус. Подумай, как это было бы приятно. Облегчение, которое мы оба почувствовали бы.