Богами становятся
Шрифт:
– А он не разобьётся? Скорость очень высокая, – обеспокоенно спросил Дарниэль.
– Для Пантеры это не скорость. Может и быстрее, но страхуется, – отмахнулся Грэг, складывая руки на шлем и зачарованно следя за чёрной точкой.
Та проходила трек, влетая в спиральные тоннели, крутя мёртвые петли, почти ложась на бок при виражах, резко сбрасывая и набирая скорость, и было заметно, что пилот не напрягается. Вот появилась очередная голограмма. Резко подпрыгнув и отпустив дотоцикл, гонщик вытянулся стрелой и пронзил мишень прямо в яблочко. Упав, оседлал машину. Следующая мишень была выше, но и здесь всё повторилось. Последний красный диск светящегося препятствия был расположен горизонтально треку, прямо под мёртвой петлёй. Пилот набрал скорость и на самой вершине петли оттолкнулся вниз, в середину алого круга. На миг зрителям показалось, что время замерло. Машина продолжала ехать вниз, по кругу петли; пилот, вращаясь волчком, устремился к твердыне трека. Пронзая алый диск, он раскинул руки и, паря, подхватил дотоцикл. Дар выдохнул.
Тем временем гонщик закончил круг и, постепенно сбавляя скорость, подкатывал к своим оппонентам. Грэг странно улыбался, не сводя взгляда с подъезжающей фигуры, и в голову стажёра стали приходить странные догадки. Пилот подъехал к мужчинам, заглушил двигатель и потянулся к шлему. Понимание пришло внезапно, за мгновение до того, как обнажилось лицо. По плечам черного гонщика рассыпались каштановые кудри, зелёные глаза сияли радостью, губы растянулись в довольной улыбке.
– Рад видеть, что ты в форме, – поднимаясь с дотоцикла, протянул руку Элен Грэг.
– Не совсем, торможение хромает. Ты заменил ускорители? – стащив с рук перчатки и пожимая протянутую руку мужчины, спросила Рика.
– Не только.
– Ещё балансировка и гидравлика. Руль просто сказка! – подтвердила девушка.
– Я рад, что тебе понравилось, – сиял белозубой улыбкой Грэг.
– Дар, что с тобой? – переведя взгляд на ошалевшего юношу, спросила Рика.
– Ты Пантера? – уточнил он.
– Да, это старое прозвище, – согласилась Рика.
– Где ты этому научилась? – кивая на трек, воскликнул Дар.
– Была возможность, – пространно ответила Рика, косясь на Грэга.
– Почему раньше не говорила?
– А ты спрашивал?
Дар смутился. И задумался. Видя его замешательство, леди в чёрном перевела своё внимание на Грэга.
– Я могу брать “Глорию” изредка?
– Когда угодно. Ключи у тебя есть.
– За ней следят?
– Не сильно, вы справитесь, – отмахнулся Грэг.
– У тебя есть сигареты? – обратилась Рика к Грэгу, слезая с дотоцикла.
Он протянул ей пачку сигарет и зажигалку. Вынув одну сигарету и поднося её ко рту, девушка вздрогнула от возгласа синеглазого:
– Зачем ты это делаешь? Ты же не куришь? Прекрати!
Рика замерла на мгновение и очень внимательно посмотрела на юношу. Он не отвёл взгляд. Тогда она медленно подошла к нему и, глядя в глаза, спросила:
– Это приказ?
– Это просьба, – спустя минуту отвёл взгляд Дар. – Не делай это.
Рика ещё посмотрела на румянец, появившийся на щеках стажёра, после чего вернула сигарету в пачку и протянула ту Грэгу, затем покатила дотоцикл в ангар.
– Ты послушалась? – изумился Дар, поднимая на девушку взгляд своих сапфировых очей.
– Да, – и, вновь подойдя почти вплотную к юноше, она прошептала: – Я ведь говорила тебе: только попроси, и ты получишь желаемое.
Он вновь отвёл взгляд от пронзительной зелени очей. После они обменивались фразами о работе, да Грэг подшучивал над Рикой, говоря о том, что слегка поправившееся тело, обтянутое комбинезоном, выглядит весьма аппетитно.
Домой ехали молча, поужинав, разошлись по комнатам.
====== Глава 46 Помощь ангела ======
Следующие выходные наступили незаметно. По обыкновению, Рика сидела на террасе и раскрашивала ноготки, когда услышала странный вой: будто какое-то животное, не переставая, выло на одной ноте. Звук шёл от сада, дальней его части, где был храм и вела дорожка на внутреннюю улицу квартала. Ри пошла на звук. Светила нещадно палили, и девушка была в лёгком белом платье, скрывающем ноги до щиколоток. Подойдя к небольшому мостику через декоративный пруд, Рика услышала возню, после чего вновь раздался жалобный вой. Заглянув под мост, в дальнем тёмном углу она заметила съёжившегося мальчика лет пяти; он был весь мокрый, с разбитой в кровь коленкой и с размазанной по лицу грязью. Заметив девушку, ребёнок забился ещё дальше и сменил тональность плача – теперь он стал пронзительнее и громче. Присев на корточки, Рика протянула руки к мальчику и, улыбнувшись, поманила его к себе. Он опять начал прятаться глубже и закрыл глаза руками. Озадаченная поведением ребёнка девушка решила не пугать чадо, а дать привыкнуть к себе.
Элен заозиралась вокруг, пытаясь понять, откуда здесь взялся ребёнок. Но сад был пуст, в храме звучали тихая музыка и молитва, пели птицы, и журчала вода в маленьком водопаде неподалёку. Задумавшись, Ри начала тихо напевать мелодию, подражая звукам из храма. Ребёнок затих и испуганно посмотрел на девушку. В надежде закрепить результат, она стала петь чуть громче и вновь протянула руки к мальчику. Он смотрел на неё во все глаза, но не двигался с места. Продолжая петь, Рика заметила, что на мальчике только один башмачок, и принялась искать взглядом второй. Тот лежал неподалёку, у берега пруда, весь грязный и в тине. Удивившись, белый ангел направился к нему, сняв предварительно свою обувь. Вытаскивая башмачок из трясины, девушка увидела на обрывистом берегу следы от барахтанья. Видно, мальчик упал в воду и вылезал здесь, так как в других местах берег выше, хотя сам пруд был неглубоким. Всё ещё думая, зачем ребёнок полез в воду, ведь для него здесь глубоковато, Рика вдруг заметила на дне пруда, почти на середине, золотистую вещицу. Она искрилась в лучах светил и пускала цветные блики.
Уловив на себе внимательный взгляд малыша, Элен подобрала юбки повыше и шагнула в воду. Та была тёплая и удивительно прозрачная – настолько, что даже радужные блики на чешуйках проплывающих рыбок можно было пересчитать. Продолжая напевать, девушка дошла до вещицы и достала её. Это оказалась большая заколка для волос с цветными капельками камней, паутиной металлических кружев и острыми краями гребня. Выйдя из воды, Ри вновь присела перед мостиком и протянула пропажу мальчику. Он перестал плакать, но ещё боялся девушки и не выходил. Улыбаясь и напевая, Рика бросила украшение ребёнку. Он поймал его и прижал к груди бесценную находку. В надежде всё-таки наладить контакт, белый ангел вновь протянул руки к несчастному. Подумав немного, малыш робко пополз на выход, опасливо косясь на неизвестную. Рика осторожно вытащила ребёнка из-под моста и попыталась обнять, но тот побоялся испачкать её и вырывался. Весело засмеявшись, Элен подхватила чадо на руки и понесла его в апартаменты – мыться.
Разглядывая с открытым ртом ванну и пену, в которую посадила его девушка, мальчик не выпускал из рук заколку. Искупав ребёнка и постирав его вещи, Элен завернула кроху в огромное полотенце и пошла лечить храбреца. Мальчик стойко вытерпел розовую лечебную пену и обматывание бинтом коленки. Затем, развесив на шезлонге вещички водолаза, Рика понесла малыша в столовую. Мальчик и здесь смотрел на всё удивлённо, но не боялся только тогда, когда девушка пела, поэтому приходилось мурлыкать мелодию постоянно. Усадив кроху себе на колени и пододвинув ближе шоколадный торт, спасительница принялась кормить ныряльщика, благо аппетит у того был зверский. Насытившегося ребёнка начало клонить в сон – видно, нервные переживания взяли своё.
Мирно посапывая на руках у девушки, мальчик даже не заметил, что со стороны сада послышались крики и шум. К храму бежала вся в слезах молодая женщина, за нею следом неслись ещё трое подростков. На крики вышел старый монах, успокаивая собравшихся. Вся четвёрка рыдала, говорили все сразу, и в какофонии причитаний ничего было не разобрать.
Вдруг послышалось пение. Тихая проникающая мелодия лилась не из храма, а от столовой, из дверей которой выходила Рика. Прижимая к себе белый свёрток, ангел в белых одеяниях плыл по дорожкам, улыбаясь стоящим у храма людям. Те замолчали. Рика подошла к ним и внимательно посмотрела на молодую мать. Это была старая знакомая, Ириме, официантка, с которой уединялся в кладовке Дар. Та смотрела на девушку с ужасом. Не дожидаясь, пока девица упадёт в обморок, Рика передала ей свою ношу.
Мальчик завозился и высунул нос из полотенца, а, разглядев мать, улыбнулся и потянул к ней руки. Ириме не верила в происходящее и хотела упасть на колени, но Рика не дала. Продолжая напевать мелодию молитвы и вспомнив о чём-то, она побежала к террасе. Вернулась с вещами мальчика, ещё мокрыми, но чистыми. Сунув их в руки стоящих рядом подростков, Элен подошла к матери и сыну и, погладив чёрные волосы малыша, поцеловала того в лоб. Потом улыбнулась всем, чуть склонилась в поклоне перед монахом и развернулась в сторону террасы.