Чтение онлайн

— Эй, ты куда? — крикнул мне в спину Нергал, но я только неопределенно махнул рукой и потолкался дальше.

Все, ребята. Даня сдулся.

Нету Дани.

Есть пустая тряпочка. Миссия, блин, выполнена.

И тут я откуда-то сверху услышал смутно знакомый голос:

— Даниил?..

Етить я знаменитость!

— Ну допустим, и что? — поднял голову, пытаясь найти, кто это вообще и откуда говорит.

И увидел Шиву, парящего над толпой в позе лотоса. В этот раз он выглядел как какой-нибудь индийский принц — золотой головной убор, подведенные сурьмой глаза, на обнаженной груди — бусы из драгоценных камней. Вокруг бедер была обернута ниспадающая складками парчовая ткань, на стопах и ладонях виднелась роспись хной, которая на голубоватой коже приобрела странный оттенок. В одной руке он держал свою флейту, а в другой — мундштук от причудливого кальяна, который парил рядом с Шивой.

— Действительно, ты, — дружелюбно улыбнулся он мне. — Прекрасный смертный, умудрившийся сломать целый мир! Сколько же веселья ты подарил мне своей легкой рукой. Крики богов и людей до сих пор звучат в моей памяти, лаская слух, да будет трижды прославлен великий отец наш Сотот!..

Люди справа и слева отвлеклись от приветственных речей и уставились на меня. На их лицах так и читалось недоумение, мол, а это что еще за покемон?

Я кашлянул. Покосился на Шиву.

— Приветствую. Вижу, тебя не сдуло во время падения Верхнего мира?

Тот ничуть не обиделся. Мелодично рассмеялся и покачал головой.

— О нет. Наоборот, я оказался последним, кто успел зачерпнуть энергии из Чаши — причем безо всяких ограничений. Так что мне повезло. Не желаешь подняться, воспитанник пса войны и сын смерти? У меня есть к тебе вопрос.

Я усмехнулся.

— Вот если бы у твоего кальяна был не один мундштук, а два… — начал было я, но тут Шива положил свою флейту на колени и щелкнул пальцами.

Из кальяна, как живая змея, вытянулась еще одна трубка с мундштуком. Она причудливо изогнулась и замерла, приподняв свою голову.

Шива с улыбкой гостеприимно протянул мне руку. Мол, забирайся. Твое желание выполнено.

Тут уж на меня уставились абсолютно все вокруг. Видимо, наша беседа с Шивой сейчас оказалась куда более занятной, чем монологи городского совета.

Я не стал ломаться и ухватился за протянутую руку. Шива с легкостью втащил меня на твердый воздух рядом с собой.

— Спасибо, — сказал я. — Вид отсюда и правда шикарный!

— Это ты еще мой кальян не пробовал, — с многозначительной усмешкой отозвался Шива, растянувшись на боку. — С ним происходящее кажется куда как забавней…

Я потянулся было к мундштуку, как вдруг меня буквально пронзила острая боль в солнечном сплетении. В ушах, перекрывая все остальные звуки вокруг, раздался бормочущий невнятный голос.

«Забрать свое,» — шелестел он. «Забрать свое…»

Хватая воздух ртом, как рыба, я рефлекторно схватился за больное место, всеми силами стараясь не заорать на всю площадь и не испортить важный официальные момент, происходивший на ней прямо сейчас.

А через мгновение, с хрустом разрывая рубашку, из моей груди разом высунулись пять огромных щупалец, переливаясь всеми цветами радуги, как новогодняя гирлянда. Под испуганные крики горожан они хищно вытянулись в стороны, а в голове прозвенело:

— Азатот!!!

Это было так громко, что у меня заложило уши. Я уже не понимал, откуда исходит голос, изнутри или снаружи, и может ли его слышать кто-нибудь еще кроме меня. — Я — Азатот, и я заберу свое!

Люди бросились в стороны, инициируя начало большой давки. Старческие голоса на площади смолкли.

А мой Чужой вдруг всеми щупальцами вцепился растерявшегося Шиву. Гибкие отростки разом обвились вокруг мерцающих нежной лазурью рук и ног божества, а пятый потянулся к шее.

— Отпусти! — прохрипел Шива, неловко заваливаясь на спину, как если бы невидимый пол под ним пошатнулся.

Ну а вместе с Шивой пошатнулось и все остальное.

Кальян проскользил по невидимой поверхности и шлепнулся вниз кому-то на голову, роняя в темноту пыхнувшие оранжевым угольки. Следом улетела и флейта.

Меня тоже хорошенько качнуло, и я бы кубарем укатился вниз, если бы щупальца не держали Шиву мертвой хваткой.

— Отдай мое!!! — громыхал голос. — Отдай, отдай!

— А-ааа! — взревел бог, раскинув руки и вырастая буквально на глазах. Но не тут-то было, мой Чужой казался просто резиновым!

Невидимая плоскость вместе с нами, накренившись, как подбитый самолет, рванула в сторону храма Флоры.

— А-ааа! — продолжал орать Шива.

— Отдай, отдай! — перекрикивал его Азатот.

— Да исчезни ты, сволочь! — завопил я, в порыве самобичевания ударяя кулаком себе в грудь, прямо в открытую сердцевину Чужого. — Исчезни, сгинь! Ты же меня позоришь!!

А между тем святилище Флоры, угрожающе раскачиваясь из стороны в сторону, с бешеной скоростью мчалось на нас…

Хрясь!

Хрустнув украшениями, Шива приложился о стену, и мы под дружный вздох толпы помчались в противоположную сторону, как отпружинивший мяч.

В это момент все уже и думать забыли про въезд короля.

«Держись!» «Беги!» «Ложись!» — вопили где-то снизу.

Ага, ложись.

Очень умное предложение, когда толпа начинает бешено метаться из стороны в сторону, как табун испуганных лошадей.

Шива по-йоговски извернулся и принялся босыми ногами фигачить по пятому щупальцу, которое все еще пыталось схватить его за шею.

И нас несло прямо на высочайшую делегацию!

— Хватит! — орал я Азатоту. — Что за хрень ты творишь? Довольно, сгинь!

— А-ааааааа! — ревел Шива, превращаясь из синего бога в фиолетового.

На площади засверкали конструкты. Полыхнул огонь, лизнув мне пятки и опалив левую штанину.

— Твою ж ма-аааать! — выругался я, уже забывая о приличиях.

Мы вошли в штопор, и земля с небом замелькали у меня перед глазами попеременно, вызывая тошноту.

— Никому не атаковать! — прозвенел голос Альбы. — Защитный заслон, сейчас!

И прямо перед нами с Шивой выросла сияющая зеленоватая стена.

С размаху долбанувшись об нее, мы оба рухнули вниз.

Шмяк!

— Даня, я спасу тебя! — раздался голос Оракула.

И я увидел, как он, протянув руки вверх и рванулся к нам. Простыня эпично соскользнула на мостовую, и в этот миг неожиданно крепкие объятия Оракула настигли меня.

— Спокойно, брат, — проговорил он, и щупальца тут же ослабили свою хватку и начали втягиваться обратно мне в грудь. — Успокойся. Все будет хорошо. Все будет…