Богиня на цепи
Шрифт:
В голове Гидеона раздались одобрительные аплодисменты.
И тут же тревожное:
«У одного из мальчиков – выброс! Держи потоки, пока не доберусь до звезды!»
***
Он подскочил среди ночи. Держась за голову, нахмурив брови.
Опять к черепахе поползем, подумала Дита.
Но поползли в башню, на пентаграмму.
Опять совет?
Властелин тяжело посмотрел на нее. Взял нож, окутавшийся тьмой. И порезал ей запястье.
Дита вскрикнула и принялась вырываться.
– Времени нет. – Щелкнул пальцами маг, тело перестало ее слушаться. Опять пришло чувство страха. Воздух прекратил проникать в легкие. За это время Рибелиус уже нацедил целую чашу ее крови и лизнул рану.
Быстро подрисовал узоры на полу.
Уселся в позе лотоса на сердцевину пятиконечной звезды, нарисованной кровью.
Диту усадил между своих ног и обнял обеими руками.
Воронка закружилась вокруг их, обвивая коконом силы. Вихрь больно щипал кожу.
От потери крови или от избытка магии вокруг Дита потеряла сознание.
Она не видела, как тьма тонкой струйкой потянулась в воронку к возникшему в пентаграмме Гидеону.
Первый помощник стоял посреди огненной бури, волосы и одежда дымились. Ладони раскалены, очки разбиты, в глазах алое пламя. Постепенно бедствие затухало. И с каждой волной тьмы, которую Гидеон пропускал сквозь себя, огонь становился меньше. Пока, наконец, не исчез совсем.
Гидеон к этому времени стоял на коленях, уперев руки в пол.
«Все сделано. Благодарю, великий Феос!» – С трудом передал он.
«Это последние. Все вычерпал без остатка. Школа цела?»
«Почти. Он успел взорвать башню. Шеймус замедлил взрыв. А я остановил распространение волны. Но огонь вышел из-под контроля. Моих сил не хватило, чтобы…»
«Все закончилась, Гидеон. Ты справился».
«Сейчас парень спит. Привезу его, как только остыну», – стараясь, чтобы Феос не заметил ликования в мыслях, пообещал Гидеон.
«И Шеймуса. Он знатно помялся сегодня.»
«Слушаюсь, мой повелитель».
Воронка схлопнулась, оставляя Рибелиуса наедине с девушкой. И с пустым резервом.
13. Приручение
– Итак, мне нужна сила. – Великий Феос сидел прямо на полу, опершись спиной на край кровати, и листал книгу с обгоревшими страницами. Его голый торс украшали капли крови.
Девушка, цепь к которой ныряла под одеяло, свернулась клубком на темных простынях. Лучи восходящего солнца протыкали комнату кроваво-красными иглами.
– Я потеряла слишком много крови. Ты настоящий вампир! – Дита прикрыла глаза. Под веками роились черные точки. Голова кружилась.
Управляющая, заставшая эту странную картину, расставила еду и помогла Рибелиусу принять ванну. Ее руки, знавшие тело повелителя лучше всех, нежно касались мускулистой груди без единого волоса. Но повелитель смотрел в сторону. Валерия оглянулась.
Новая рабыня стояла, прислонившись к стене, ела приготовленную для повелителя выпечку и наблюдала за процессом.
Валерия Фиди замедлила движения, добавив соблазна и страсти. Но Рибелиус неотрывно следил за новой игрушкой. Как облизывает губы, как двигается ее грудь.
Управляющая ужаснулась невоспитанности новой рабыни владыки.
– Еще какие-то приказания, мой властелин? – Проворковала женщина, вытирая Феоса пушистым полотенцем. В мыслях управляющей билась навязчивая идея о пленнице и Всемогущем, и об их совместном посещении уборной.
Рибелиус отмахнулся. Он оденется сам. С такими фантазиями ни один блок не выдержит.
Дита улыбнулась, выскочила в спальню и схватила следующую булочку с подноса
– Очень вкусно. – Поблагодарила девушка, делая глоток из мелкой фарфоровой чашечки.
– Эта выпечка сделана по специальному рецепту, только для всемогущего Феоса, и содержит яд василиска. Он смертелен для людей. – Четко проговорила Валерия, дождавшись, когда девушка все доест. – Если ты не заметила, рацион Великого Феоса несколько отличается от привычного простым людям.
Дита поперхнулась, а ей даже нравилась странноватая еда в замке.
Темный маг поддавил довольную усмешку и приказал:
«Принеси противоядие, Валерия. Только не быстро, к обеду…»
«Да, мой повелитель», – выпорхнула прочь управляющая.
Дита вытерла губы салфеткой и спряталась под одеяло. Если она умрет, бледнолицему неоткуда будет брать кровь. От этой мысли стало еще обиднее: ее так легко и неинтересно отравили. Эта Фиди – настоящая змея!
– И каково же время действия этого яда? – Не выдержала Дита после недолгого молчания.
– Пара часов! – Ответил ее мучитель, отбирая одеяло у рабыни. Заставил встать и протянул ей левую руку. – Как себя чувствуешь на пороге предстоящей смерти?
– Предвкушаю новый этап издевательств. Убьешь и опять воскресишь? – Дита завязала шесть бантиков на рукаве и недовольно осмотрела мага. Жилет синий с серебряной обстрочкой, камзол чуть темнее с драгоценными пуговицами. Зачем так наряжаться то каждый день!? – Но кажется мне, что ты не допустишь моей гибели в ближайшее время.
– Я предупреждал: ты не имеешь права говорить без моего приказа, есть без моего приказа, спать, пить и даже передвигаться.
Дита ехидно прищурилась:
– Спасибо хоть отравиться могу самостоятельно.
– Сначала ты перестанешь чувствовать ноги и руки, затем у тебя откажет слух, тактильные ощущения. – Феос растягивал букву «р», словно мурчал. Но звук этот был полон опасности и возбуждал почти осязаемой вибрацией. – Потом отключатся вкусовые рецепторы и зрение...
– Неужели, ты еще не понял, что смертью меня не напугать? – Дита поправила сбившийся бант на рубашке властелина.
– Даже такой страшной и мучительной? – Он убрал её волосы за спину и так же осмотрел. Поправил ошейник.