Чтение онлайн

Блин, и не загуглишь ведь! Ладно, разберусь. Удерживая внимание на лиловой нити, я пошла по ней, чтобы выяснить, за кого же просил Макс. Почему-то у меня и тени сомнений не было, что на том конце “провода” я встречу нужную девушку.

Нить вела в один из самых престижных районов города, где жили только самые именитые и самые обеспеченные. Вторые, кстати, могли быть и не “голубых” кровей. Аристократы, особенно старой закалки, морщили носы, но все же мирились с тем, что делят власть с выходцами из простого народа, обладающими недюжинной деловой хваткой. Без нее невозможно было бы разбогатеть до уровня Лилейного (какая ирония!) района. Назван он был так за большое количество клумб с этими цветами (а не потому, что туда вели соответствующие нити).

Чем дальше мы отходили от мужчины, тем сложнее мне было удерживать внимание на нити. Это в принципе было справедливо и для золотых, и для белых. Но эта чертовка была особенно верткой. Ведь не зря я рассмотрела ее только с третьего раза. Да и то может быть, что совершенно случайно.

Спустя долгих минут двадцать, когда я уже была вся вспотевшая от напряжения, мы дошли до шикарного особняка. Нить вела к окну на первом этаже, и все так же невидимые, мы прошли на частную территорию и подкрались к нужному месту.

Моему взору предстала помпезная гостиная, в которой расположились две девушки, попивая чай. Нить уходила не в сердце, как положено, а была привязана к запястью потрясающе красивой брюнетки. Она была одета в соответствии с модой, но более официально, а не просто и повседневно. Синее платье-русалка без рукавов, с плотным корсетом и расширяющимся от колена подолом. Поверх атласного футляра шла тонкая сетка, усыпанная сверкающими камушками. Мне сложно было думать, что это бриллианты, но особняк и обстановка заставляли склониться именно к этому варианту. Напротив брюнетки расположилась довольно привлекательная русоволосая девушка, но видно было, что она попроще статусом, характером, да и вообще всем.

– И цветы только натуральные! Никаких искусственных. Моя свадьба должна стать событием не просто сезона, а десятилетия.

– Вообще-то император женится в следующем году.

– И? – брюнетка взяла с подноса пирожное, поднесла было к губам, но в последний момент передумала и вернула сладость на место.

– Твоя свадьба не сможет затмить его.

– Не сможет? – искомая невеста заломила бровь.

– Анджела, твоя свадьба, как бы ты ни старалась, не будет шикарнее свадьбы императора. Это невозможно! Ты понимаешь?! Мы говорим об императоре!

Надо сказать, я удивилась. В моем мире стереотипов у таких стервозных красоток, как Анджела, подруги – молчаливые и поддакивающие. А эта наоборот – ставит на место, говорит довольно резко и прямолинейно. Неожиданно.

– Алоиза, я выхожу замуж за герцога Ложского, и теперь для меня не существует слова “невозможно”, – самодовольно улыбнулась Анджела. – Если я сказала, что моя свадьба станет событием десятилетия – так и будет.

Названная Алоизой девушка закатила глаза, но продолжать спор не стала. Вряд ли ее убедили аргументы собеседницы, скорее она решила не связываться с чужим самодовольством.

Я отошла от окна и переместила нас с Дончиком в библиотеку.

Виконтесса Анджела лон Шакун и ее жених герцог Имануил лон Ложский. Об их предстоящей свадьбе мне не сказал разве что ленивый. Все визитеры, жаждущие познакомиться с недавно приехавшей из провинции графиней, обязательно вываливали на меня эту новость. Наверное, императора им все же не затмить, но вот все остальные события этого года парочке удалось переплюнуть. В конце концов – Ложский был сыном троюродного брата нынешнего правителя, единственным холостым герцогом, прославленным дипломатом и неприлично богатым человеком. А Шакун, хоть и аристократка, не могла похвастаться ничем, кроме яркой внешности. Приданое за ней давали не сказать, чтобы большое. Титул – всего лишь виконтесса. Если на Земле виконтессами называли жену и дочь старшего сына графа, то на Чейрконе это был полностью самостоятельный титул. И он был ниже графского и, соответственно, значительно ниже герцогского. Так что Анджеле удалось запрыгнуть довольно высоко – обычно герцоги женились на герцогинях, маркизах и графинях. Да и в остальном невесте похвастаться было нечем. Конечно, нравы и среди аристократии не были пуританскими, и двадцать шесть считается еще юным возрастом. Но, как мне шепнула леди Инесса, Шакун была скорее из категории “не котируется для приличного мужчины”. Но, несмотря на все это, о ней молится Макс – талантливый, успешный, богатый и очень красивый граф, и на ней женится герцог.

Черт, надо было хоть посмотреть на ее нити!

Тут я нахмурилась. Все-таки не нравилась мне эта лиловая дрянь. Во-первых, о ней ничего не говорится в местном фольклоре. Во-вторых, ее сложно разглядеть и удерживать. В-третьих, она уходит не в сердце, а наматывается на руку. С последним у меня только одна ассоциация – как собака на привязи. Только идет от сердца Макса, а не затянута на его шее.

Пока размышляла, я поставила пионы в вазу с водой и сделала зарубку в памяти – забрать их в главный храм.

– Дончик, а в этом мире существуют любовные зелья?

– Конечно.

Мы обменялись понимающими взглядами.

– Ходили какие-нибудь слухи про эту Анджелу и Максимиллиана?

– Если и было такое, то не особо активно. В скандальную прессу не проникало, активно не обсуждалось.

Итак, план действий. Первое – собираю сплетни и слухи про Макса и эту стерву. Второе – выясняю, что значит лиловая нить. Хотя пока не представляю, как это сделать. Третье – если все же приворот, то избавляю Макса от него. Богиня любви я или кто?! Четвертое – выясняю, есть ли нити между Шакун и Ложским. Если нет – выражаю свое недовольство. Как сказал купидон, благословение богини любви это не просто “красивые спецэффекты”, а реальная сила, защищающая и поддерживающая влюбленных, их отношения и чувства. Но есть и обратное явление – этакая анафема. Она, наоборот, реальной силы не имеет, а является частным мнением. Но когда сама богиня любви высказывается против брака – последствия этого для брачующихся весьма реальны и ощутимы.

Мы расположились в главном храме. Дончик смотрел очередную постановку, на этот раз из империи амафемов. Я не особо любила эту расу, считая их крайне странными. Во-первых, у них мужчин было в разы больше, чем женщин. Во-вторых, их слабая половина был реально слабой. Все в империи держалась на плечах сильной половины, несмотря на то, что во главе находилась императрица – этакая пчелиная матка. Мужчины выполняли всю работу, женщины только отдыхали, ели и рожали. Из-за чего стройностью ни одна не могла похвастаться. Но чем женщина дороднее, тем она считалась прекраснее. А поскольку мужчин было гораздо больше, то для возможности быть в паре они старались вовсю. Одевались ярко, обтягивали задницы и подчеркивали бицепсы, постоянно держали себя в форме, худели и занимались спортом. И если мужчина состоял в паре – у него не было карьерного потолка. Но если не удавалось завлечь ни одну из “прекрасных пышек” – ему не доверяли ничего достаточно ответственного. Но на низкой должности сложно прокормить постоянно жрущий бульдозер, поэтому шанс вступить в отношения стремился к нулю. Какой-то порочный круг. В общем, они мне не нравились. И я не понимала, почему по местному мироустройству они считаются отдельной расой, хотя внешне от людей не отличаются ничем. Кстати, в их театре играли исключительно мужчины – опять же по причине, что женщины не занимались ничем, кроме отдыха и поглощения пищи с перерывами на роды.

Понаблюдав с пару минут за батальной сценой, я отошла в “рабочую” зону с письменным столом и книжным шкафом. Попытка представить инструкцию по применению божественных сил провалилась. Хоть в главном храме я была практически всемогуща, но все равно не смогла создать методичку с ответами на интересующие меня вопросы. Ладно, пойдем другим путем. Если в инфополе нет ничего про лиловую нить, это значит лишь то, что о ней не известно широким массам. Но возможно где-то все же имеется хоть какая-нибудь легенда или предание про нее. Я впилась взглядом в висевшую над столом карту и начала желать мифы и легенды каждой страны, империи и конфедерации Чейркона. Спустя полчаса передо мной лежала куча книжек на всех возможных языках. Хорошо хоть благодаря инициации у меня не было проблем с их чтением и пониманием.

На минуту в душу закралось сомнение – зачем мне все это? Может, я напридумывала сама себе, что Макс влюбился в Шакун из-за приворота. Ревность во мне взыграла. А даже если моя догадка верна – мне-то какое дело. Его вроде все устраивает, иначе бы просил расстроить ее свадьбу, чтобы самому жениться. Или он настолько благороден, что желает ей лучшего, хотя ему от этого будет несладко?

Так, Элька, взялась – делай.

– Дончик!

Я решила, что будет несправедливо, если купидон будет отдыхать в то время как я – впахивать словно являюсь лошадью, а не богиней. Напарник верно почувствовал мое намерение, и притворился глухим. Наи-и-ивный!