Чтение онлайн

На прииске пленного колоть по горячим следам не стали, поскольку пребывал оный наполовину в своей нирване, наполовину — немного не в себе. Почувствовав сзади погоню, этот Цинский вариант самурая развернулся, схватился за меч и сдуру решил встретить преследователя ударом снизу вверх. Почти, как в иай-дзюцу. Но сработавший на рефлексах Митяй Козловский разрушил гармонию поединка. С разворотом вправо подставив под железяку винтовку, с левой ноги пробил по китайскому «нефритовому жезлу», затем, закручиваясь обратно, закончил классическим «Прикладом сбоку — бей!» в голову противника. После чего, приходя в себя от такого хамского поведения, пнул пару раз по рёбрам и спеленал уже неподвижную тушку.

Теперь незваный гостюшка денёк-другой словит отходняк от сотрясения мозга (про распухшие причиндалы я уже и не говорю). Медпомощь ему оказали, в смысле, смазали на голове след от приклада йодом, воду и сухари два раза в день дают, пусть теперь поразмыслит над первой половиной тезиса «Чистосердечное признание облегчает вину». Про увеличение срока ему знать необязательно.

Прилетит Полыхаев, вот тогда и будем разговоры разговаривать. А пока наш разлюбезный штаб-ротмистр не появился, мы с Григорием Михалычем по очереди играем в Кощея Бессмертного. Ну того, который согласно народной традиции над златом чахнет.

К моменту нашего появления на прииске вся добыча была приготовлена для отправки с обозом. То есть взвешена, распакована по мешочкам вощёной кожи и уложена в ящики, просто так стоявшие под топчаном у главаря. И теперь наша задача была свести дебет с кредитом, то есть, используя великодушно одолженные местным Айболитом аптекарские весы, перепроверить врут ли цифры, начёрканные химическим карандашом на мешочках весу вложенного мытого золотишка, или нет. А так как таких мешочков было целых девятнадцать, да в каждом — по фунту с чем-то, процедура оказалась длительная и муторная.

На круг получилось чуть больше девяти с половиной килограмм. И нам, блин, придётся ещё раз перевешивать, когда приедет Полыхаев. Нет, вот пусть сам Павел Андреевич и возится с весами, грузиками, мешочками. Когда-нибудь в будущем снимут «Золото Маккены», где будет звучать моментально ставшая тогда суперпопулярной песенка о том, что «Золото манит нас, золото, как всегда вновь манит нас». Так вот меня оно не манит. Мысли не о нём, а о наших дальнейших «шалостях», о будущем разговоре с китайцем, да о том, что за Емельянов такой завёлся в Благовещенске. Который работорговлю устроил. Очень хочется встретиться с ним и поговорить по душам. Если, конечно, таковая у работорговца имеется в наличии. А потом то, что останется после беседы пустить на удобрения.

От сих философских размышлений меня отвлекает нарастающее тарахтение в небесах. Ага, наш «небесный тихоход» явился. Сейчас в очередной раз попытается напомнить местному населению о том, что рождённый ползать летать не может, нарежет пару кругов над станицей и пойдёт на посадку. И через каких-то полчаса наш штаб-ротмистр будет рассказывать нам последние новости. Пора идти переодеваться, а то встречать дорогого гостя «в домашнем» как-то не комильфо…

— Ну-с, господа хорошие, выпили, закусили, а теперь о делах наших скорбных покалякаем. — Немного переиначиваю популярную фразу известного персонажа Джигарханяна.

— Репетируете под блатного работать, Денис Анатольевич? Хотя, не исключено, что может пригодиться. — Улыбается в ответ Полыхаев. — Расскажите сначала, если не трудно, как всё прошло.

— Полевая партия в ходе выполнения топогеодезической привязки заданного района случайно наткнулась на нелегальный золотой прииск, охранявшийся бандой. Отъюстировали бандюков в минус, тунгусы, бывшие там дармовой рабсилой, отпущены. Потери противника — двадцать восемь человек, включая семерых из обоза, который привёз продовольствие и, по-видимому, должен был забрать намытое золото, оно уже было взвешено и приготовлено к транспортировке. Описание лошадей, возниц и телег Илья Алексеевич скоро закончит и передаст Вам. Я думаю, Отдельному Корпусу не составит особых хлопот узнать в Благовещенске кто и куда отправлял сей караван, вот какая-никакая ниточка и появится, можно будет разматывать клубок дальше. Да, один китаец взят в плен. Через пару-тройку дней можно будет допрашивать.

— Китаец?! Наверняка один из подручных генерала Вань Ды?

— Скорее всего его доверенное лицо.

— Так давайте сразу, по горячим следам его допросим! — Оживляется Полыхаев.

— Вряд ли сейчас это разумно, Павел Андреевич. Он в том бою головкой своей неразумной о приклад винтовки сильно ударился, теперь сотрясением мозга мучается. Пусть оклемается, а там и поговорим.

— Ну… Хорошо. Вам виднее, Денис Анатольевич…

— К тем двум десяткам можно ещё тринадцать лиходеев добавить. — Михалыч пользуется паузой и перехватывает инициативу. — Мои пластуны две засады на золотонош вырезали к северо-западу отсюда. Залезли, правда, при этом на земли Буссинской станицы.

— А мы их этим под удар не подставим?

— Нет, Пал Андреич. Ежели правильно службу несут — вовремя спохватятся. А коль нет — кто ж им виноватый?

— Вернусь в Благовещенск, оповещу станичного атамана. Мол, по агентурным данным, возможно нападение, ну и всё такое. — Принимает решение Полыхаев. — Да, и ещё по прииску… Как Вы считаете, Денис Анатольевич, что нужно сделать, чтобы его… законсервировать?

— А вот тут, Павел Андреевич, начинается та самая мистика, о которой Вы уже упоминали. После того, как все собрались возле дороги, внучка Говорящего с Духами исчезла где-то на час, потом вернулась. Обмолвилась мимоходом, что таёжный дух Салэй по её просьбе закрыл то место от людей. Я, естественно, не поверил и отправил двух человек сбегать до прииска и потом догнать нас по дороге. Они вернулись обескураженные. Дойти удалось только до первого ориентира, срубленной ели. Потом, по их словам, они шли той же дорогой, но вместо прииска вышли на берег речки. Вернулись на исходное, попробовали снова — и с тем же результатом!

— Вы знаете, господа, я про пару похожих эпизодов уже слышал. Так что — верю. Ладно, оставим это… Ну-с, теперь моя очередь докладывать…

— Одну минуту, Павел Андреич. На прииске в рабстве кроме тунгусов была одна русская женщина, Белковская Екатерина Михайловна. Во время боя пыталась нам помочь задержать главаря. Получила тяжёлое ранение, скончалась у нас на руках. Но перед смертью рассказала, что в рабство её продал в Благовещенске некто Алексей Емельянов.

— Так-так-так… Денис Анатолич, как Вы думаете, два снаряда в одну воронку могут попасть? — Интересуется штаб-ротмистр.

— А тут всё зависит от плотности огня. — Отвечаю старой армейской присказкой.

— По моим данным купец третьей гильдии Емельянов Алексей Миронович является одним из двух фигурантов, подозреваемых в оптовой скупке и переправке золота через границу. — Поясняет Полыхаев. — А тут ещё и торговля людьми… Интересно!

Ну, судя по всему, этот урод в каждой помойной яме изгваздается, не пройдёт мимо. Прям как в пословице про свинью, которая везде грязь найдёт. Что ж, тем хуже для него.

— Да, и ещё. Екатерина Михайловна рассказала, что на вокзале у неё какой-то оборвыш стащил ридикюль, а когда она попыталась его догнать, где-то за складами её ударили по голове и очнулась она только у Емельянова. Может, с этой стороны к нему подобраться?

— Даже и не знаю, что ответить… — Павел Андреевич зависает в раздумье. — Трясти всю шантрапу на вокзале — результат, скорее всего, будет нулевой, да и купчишка этот затаится… Ловить на живца?.. У меня нет подходящей кандидатуры, все «контакты» только мужского пола…

— У меня есть подходящая кандидатура. — Подаёт голос Михалыч и, видя недоумённые взгляды, поясняет. — Да ты её, Денис Анатолич знаешь, совсем недавно тебе глазки строила.

— Васька?!

— Она самая. — Подтверждает Митяев и специально для Полыхаева даёт развёрнутые пояснения. — Василиса Андреевна Замятина, семнадцати лет отроду, сестра одного из моих казаков. Чёрт в юбке, а не девка! Командир отдельного бабского взводу, бой с оружием и без оного — на «отлично».