Чтение онлайн

Шайдов был ранен в плечо, но поля боя не оставил..."

И тут же, рядом с рассказами о героических делах наших; славных воинов, мы слышим со страниц газеты могучий, гневный голос великого советского народа. Рабочие, инженеры, техники и служащие Московского автозавода имени Сталина и Ленинградского завода "Красный треугольник", приветствуя славных защитников, советской родины, выражают огненное чувство возмущения подлостями японских бандитов. Во весь-голос пламенные патриоты заявляют, что все они, "как один, готовы встать на защиту нашей родины".

От слова до слова прочли мы газету, рожденную на боевых: позициях. С ее страниц набатом звучал голос народа и его армии. Здесь, в далеком уголке нашей необъятной страны, он был. так же могуч и грозен, как, могуч и грозен он был в сердце страны - в Москве, в колыбели пролетарской революции - в Ленинграде, в Киеве, в солнечном Тбилиси, во всех городах и селах одиннадцати советских социалистических республик.

На защиту родины! Этот клич, вдохновенный, идущий из глубины души, овладевал каждым без остатка, звал, воодушевлял на подвиги.

Там, где делалась газета

Сейчас же по приезде в Краскино я встретился с ответственным редактором газеты "На защиту Родины" полковым комиссаром тов. Баевым. Тов. Баев был мне знаком еще по Москве, где я, будучи слушателем Военно-политической академии РККА, имел с ним две-три встречи. Я доложил тов. Баеву, что прибыл в распоряжение начальника Политуправления РККА, тов. Мехлиса.

– Вот и хорошо!
– сказал, улыбаясь, тов. Баев.
– Очевидно, будем работать вместе. Видели нашу газету? Ну, как она?

Я рассказал о своих впечатлениях, о коллективной читке первого номера в Посьете. Он был очень рад за успех газеты в массах. Коротко рассказал, как и в каких условиях делался первый номер, и тут же предложил:

– Идемте, посмотрим, в каком состоянии третий номер нашей газеты. Газета создана по указанию тов. Мехлиса. Ему же принадлежит ее название: "На защиту Родины!". Лучше не придумаешь, это голос самой жизни, голос народа!

Мы пришли с тов. Баевым в маленький кирпичный домик, где ранее помещалась небольшая типография, приспособленная для случайного рода работ. Теперь здесь делалась красноармейская газета "На защиту Родины". В одной комнате помещалась небольшая плоскопечатная машина, в другой - наборная. И тут же, кое-как примостившись, ютились работники редакции. Было два корреспондента-красноармейца и тов. Офицеров - корректор. С красноармейцами-газетчиками тов. Баев встретился, будучи на позициях. Они работали в многотиражных газетах. Тов. Офицеров сам пришел в редакцию из лазарета. Он был ранен в ногу. Рана заживала, но на фронт его еще не отпускали. И он, пока окончательно не заживет нога, решил работать в газете. Раньше работал в полку учителем.

Вечером я был у тов. Мехлиса. Он был очень доволен газетой, говорил о том, как вести ее дальше. Тут же я получил назначение на работу в редакцию.

В выпуске первых двух номеров активное участие принимали корреспондент "Правды" тов. Вигдорович и корреспондент "Красной Звезды" тов. Хирен.

В типографии работали комсомолка-наборщица, жена командира, два наборщика и один печатник-красноармеец. Шрифтов и многого другого не хватало. Пришлось собирать и использовать все, что было ранее заброшено, запущено. Привлекли к работе задержавшуюся в пути на фронт передвижную типографию.

Люди работали буквально день и ночь. Особенно тяжело приходилось ночью: тесно, полутьма, - помещение слабо освещалось керосиновыми лампами:. Печатную машину крутили вручную.

Вскоре стало ясно, что нужна помощь людьми. Райком комсомола выделил нам для работы трех товарищей. Придя в типографию и узнав о характере предстоящей работы, они очень обиделись.

– Неужели мы только на то и способны, чтобы крутить вот эту ерунду, с горечью говорили они, указывая на печатный станок.
– Мы думали, нам важное дело поручают, на фронт пойдем, японцев, бить будем. А тут вот проливай пот у колесика...

Чуть было не ушли обратно. Пришлось разъяснить товарищам важность порученного им дела, убедить. Согласились. Работали добросовестно. Но не переставали лелеять затаенную мечту о том, чтобы попасть на передовые позиции и с оружием в руках бить ненавистных налетчиков.

О том, в каких условиях делалась газета, ярко свидетельствует такой факт. Познакомив с обстановкой и работой в газете, тов. Баев задал мне вопрос:

– Вы внимательно просмотрели первый номер?

– Внимательно и с увлечением, - ответил я.

– И ничего не заметили?

Я замялся. Достал первый номер, стал пристально всматриваться в знакомое уже содержание.

– Нет, вы посмотрите первую и вторую полосы и сравните их, - заметил тов. Баев.

Только после этого я обратил внимание на внешний вид газеты. Оказалось, что первая ее полоса имела пять печатных колонок, а вторая четыре.

– Дело в том, - объяснил мню тов. Баев, - что этот номер делался в двух местах, и колонки оказались разной ширины, и пришлось сверстать по-равному.

– Задерживать газету мы не имели права, - говорил он.
– Ее ждали бойцы в окопах. Нам был дан срок выпустить первый номер за сутки. Вы, очевидно, знаете, что в обычных условиях первый номер вновь выходящей газеты готовится пятидневками и даже декадами. А здесь боевые условия. Втроем с товарищами Вигдоровичем и Хиреном мы сделали его за сутки. В этот же срок разыскали и создали из имеющегося оборудования типографию. Постепенно подбираем людей. Ваш приезд очень кстати.

Наши военкоры

В эту ночь мы делали третий номер нашей газеты. Казалось, что газету еще слабо знают, и мало будет материала. Но эти опасения быстро рассеялись. О рождении новой газеты успели узнать даже там, где ее еще и не видели. С попутчиками - связными, с направляемыми в лазарет ранеными, по телефону, через телеграф - отовсюду и всеми доступными путями направлялся в наш адрес богатый военкоровский материал.

Писали бойцы, командиры, комиссары и политработники. Писали, лежа в густых зарослях камыша, сидя в окопе, наспех, на клочках неровно оторванной бумаги, корявым, нервным, торопливым почерком. Писали перед очередной атакой на врата, выражая свою готовность умереть за родину, но победить; писали после атаки, рассказывая о том, как били подлых самураев, о мужестве и храбрости, о беззаветной любви и преданности наших бойцов матери-родине, отцу и учителю - великому Сталину.

Если в первом номере были помещены корреспонденции шести военкоров, главным образом непосредственных участников боевых действий, то в следующем номере приняли участие восемь новых товарищей, в третьем - четырнадцать. Кроме того, были помещены пять писем родственников героев, письмо колхозников, которые привезли на фронт два грузовика овощей и двести килограммов меда, письмо патриоток - жен героев-пограничников. Для многих корреспонденции не оставалось места в газете, количество же их росло изо дня в день, из номера в номер.