Чтение онлайн

Я люблю его. Лаки. Его одного. Наконец-то.

Я опьянена, и оргазм всё ещё пульсирует в моём теле тлеющими угольками. Я смотрю на лицо Лаки, и он выглядит зачарованным. Он начинает трахать меня ещё мягче и слаще. Он сгибает одно моё колено и скользит в меня всей своей длиной. Его член восхитителен, это то ощущение, которого я всегда жаждала — быть взятой им; моё собственной тело предоставлено ему для его удовольствия.

Он проскальзывает руками под меня и хватает мою попку, затем снова набрасывается на мой рот жадным поцелуем. Я тяну его язык в свой рот и мягко посасываю, отвечая на его толчки: наши бёдра встречаются при каждом выпаде, увеличивая темп его движений. Его яички бьются о другой мой вход, разжигая вихри удовольствия, которые пугают меня. Я хочу чувствовать Лаки внутри меня во всех возможных отверстиях, любым возможным способом хочу, чтобы он взял меня.

— Белен, я больше не могу сдерживаться. Ты убиваешь меня, — выдыхает он, скрипя зубами.

Я нежно целую его в ответ, и он стонет в мой рот. Я двигаю бёдрами быстрее, и его лобок задевает клубок нервов, зарождая ещё один оргазм, который поднимается из основания моего позвоночника.

— Я собираюсь кончить, Лаки. Я кончаю!

Мои слова перерастают в крик, а я даже не осознаю этого. Оргазм граничит с насилием — настолько стремительно он проносится через меня. Моя киска сокращается вокруг Лаки, и я могу ощущать его толстую длину.

— Малышка, я собираюсь кончить, — говорит он шепотом, будучи на пределе.

— Кончи в меня, Лаки, — отзываюсь я, вонзая ногти здоровой руки в плоть его спины.

— Не сходи с ума, — возражает Лаки, пытаясь выглядеть строгим, но на его лице лишь похоть и скептицизм. Я могу сказать, что и он хочет этого.

— Я на таблетках. Пожалуйста? Я хочу, чтобы ты кончил в меня, малыш. Я хочу, чтобы ты пометил меня, — не знаю, кто я, когда говорю подобные вещи, но это и не важно. Я в экстазе, на небесах. Я так низко пала в любви к нему.

— Бей, о, боже! Черт! — он выстреливает горячей спермой внутри меня, и я чувствую лишь благодарность. Он засаживает мне так сильно и быстро, что его собственные крики вибрируют вместе с движениями его тела. Я чувствую, как его член дёргается и пульсирует, будто он готов кончить во второй раз. Затем всё его тело расслабляется, и он всем весом опускается на меня.

— Ауч! — выкрикиваю я, когда он сминает мою руку.

— О, блин, прости, Бей, — извиняется он и откатывается на бок. Я опускаю взгляд на его пенис, и он всё ещё в идеальном эрегированном состоянии и набухший. Лаки видит, как я наблюдаю за ним, и хватает основание своего члена, сжимая.

— Теперь, когда мы занялись любовью, я планирую трахать тебя всяко разно, как только смогу заставить его подняться снова, — говорит Лаки с ухмылкой на лице.

Я улыбаюсь ему, и он возвращает мне улыбку. Кажется, будто туман рассеивается. Словно солнце выжгло всю тьму. Небо в моём сознании прояснилось. Здесь, под пристальным взглядом Лаки, я чувствую себя здоровой. Свободной. Идеальной. Наконец-то я чувствую себя настоящей.

Лаки

Белен засыпает, уткнувшись в изгиб моей руки. Мы и раньше спали вместе, но это приятное чувство послевкусия полностью принадлежит мне. Я взял её тело под свой контроль и не хочу возвращать его обратно. Я трахну её тысячью разными способами и испробую все её девственные места. Ибо, бл*дь, они всегда предназначались мне в первую очередь.

Не знаю, почему ждал так долго. Если бы я знал о том облегчении, которое увидел на её лице, когда трахал её, я бы сделал это грёбаную вечность назад. Может мне показалось, но я увидел на лице Белен, что она нашла во мне подтверждение своей правильности. Как спящая красавица, которая наконец-то проснулась. Даже её губы и щеки порозовели сильнее, чем когда-либо.

Возможно, она ждала меня всё это время, чтобы я освободил её. Думаю, я был слишком напуган, чтобы увидеть это. Словно я не был достаточно мужчиной, чтобы справиться с этим, чтобы принять все эти чувства. Поэтому Белен пришлось ждать, пока я целую вечность упорядочивал всё в своей голове. Я мог трахать её с шестнадцати лет, а вместо этого уехал и испортил всё к чертям. Когда все, что ей нужно было, чтобы я убедил ее в том, что она прекрасна, что она желанна. Она не хотела слышать это от кого-то другого. Важно, чтобы это было именно от меня, а я был слишком трусливым, чтобы просто сказать, не говоря уже о том, чтоб показать ей.

Её уверенность, её счастье — Боже! — да даже её душевное равновесие пострадали. Не могу поверить, что мучал её подобным образом. Всё потому, что был напуган до чёртиков. Я потратил годы, трахая шлюх, когда мог любить кого-то, кто любит меня.

Опускаю губы и прижимаю их легким касанием к её шее. Она такая нежная и мягкая, каждая часть её тела идеальна. Легонько покусываю линию её подбородка. Затем бужу её глубоким изучающим поцелуем. Она едва отвечает на него; она истощена, вымотана и её здоровая рука взлетает вверх за голову, пока она машинально старается снова заснуть.

Я облизываю её сосок и мягко посасываю. Она стонет во сне, и её ноги раскрываются для меня. Мой член так чертовски твёрд только от одного её вкуса. Я знаю, какая она тёплая, насколько шелковисто скольжение в её влагалище. Но это сладкое местечко может быть горячей ловушкой жадных мышц, я никогда раньше такого не испытывал. Четырьмя пальцами пробегаю по её складочкам. Она мягко дёргается и бормочет «Лаки» — моё имя на её губах так чертовски сексуально.

Хватая свой член, я приподнимаю его и проникаю прямо в неё, пока она ещё спит. Её глаза быстро распахиваются и затем смягчаются, когда она видит моё лицо. Она вспыхивает, и я знаю, что ей снился я. Развратные сны, судя по её лицу и влажности её киски.

— Я хочу трахнуть тебя грязно, детка. Ты готова для всего меня?

Она сладко кивает, не имея понятия, о чём я думаю. То, что она соглашается на всё, заставляет мой член дёрнуться и затвердеть ещё больше.

— Хочешь быть моей шлюшкой?

— Лаки, ты можешь делать всё, что захочешь.

Мой член дёргается вновь, и маленькая улыбочка проскальзывает на её лице. Я жёстко толкаюсь в неё, заставляя принять член до самого основания. Вдавливаюсь, вращая бёдрами, оказавшись в ней полностью, потирая клитор. Её рот раскрывается от удивления и глаза застилает пелена.

— Сколько у тебя дырок, Белен?

— Три, — отвечает она с прикрытыми от желания глазами.

— Сколько из них мои? — спрашиваю, снова с силой толкаясь бёдрами. Поднимаю её ногу вверх и размазываю её соки прямо по заднему входу. Она извивается, когда я прижимаю свой большой палец к этой дырочке внизу.

— Сколько? — допытываюсь, проскальзывая в её тугую дырочку пальцем до сустава.

— Все три, — говорит она прерывающимся голосом, и я засовываю все четыре пальца, влажные от её влагалища, ей в рот.

— Собираешься сожалеть об этом? — задаю вопрос, проталкивая пальцы глубже, пока она рефлекторно не давится.

— НЕТ! — выкрикивает она, наконец-то полностью проснувшись. Затем она резко отстраняется, оставляя меня нависать над кроватью. Белен резко наклоняется ко мне и наносит удар, попадая мне прямо по лицу.

От удивления я отшатываюсь назад и прижимаю руку к месту удара.

— Святое дерьмо, Бей! Что с тобой не так? — моё лицо болит там, где она врезала. Это моя вина, она использовала проклятый правый хук, которому я её научил.