Чтение онлайн

У большинства критиков была одна главная претензия. Они утверждали, что выборы в КС с самого начала готовятся как инструмент узурпации контроля за протестным движением со стороны Алексея Навального и его союзников. Причем, в рамках этой концепции, техническую подготовку сознательно поручили Леониду Волкову, который в то же самое время готовил учреждение «партии Навального» (она была создана в декабре под именем «Гражданский альянс»). Многие отмечали непрозрачность подготовленной Волковым технологии. Так, журналист и общественный деятель Олег Лурье писал: «Никто не может проконтролировать то, как происходит голосование, как считаются голоса, т. к. все происходит в электронном виде. Наблюдатели в принципе не могут ни за чем наблюдать. Решает все только тот, у кого имеется код программы, и он может проставить любые результаты, и это будет непроверяемо. Программа по выборам и их результатам находится в распоряжении председателя ЦБК Волкова, который назначен на эту должность Навальным и является его давним другом и политическим партнером, в том числе по „Народному Альянсу “ и другим проектам… Я призываю всех кандидатов, не состоящих в „списке Навального-Волкова“, также отказаться от участия в этом спектакле и не позориться. Не дайте авантюристам пройти по вашим головам к формальной легализации. Всеуже давно предопределено, решено и расписано. Голосуй — не голосуй, все равно получишь… Навального и его Комиссаров» [177] . Лурье также опубликовал «список Навального» из 30 человек, из которых 28 впоследствии прошли в состав КС оппозиции [178] . Действительно, на этих выборах использовалась технология, при которой проконтролировать волеизъявление граждан было практически невозможно.

Сам Леонид Волков не скрывал своих пристрастий в политике. Дело не ограничивалось его ролью фактического создателя «партии Навального». У председателя ЦВК были более широкие взгляды на пути развития оппозиционного движения. В своем интервью документалистам, снимавшим фильм «Срок», он излагал свое видение сложившейся в России общественно-политической ситуации:

«Есть адекватные люди из бизнеса, которые понимают, что им надо сохранять активы, передавать их по наследству… Безумные православные силовики составляют в российской элите все же меньшинство, а более или менее liberal mind бизнесмены и политики составляют, конечно, большинство. Раскол элит вдоль этой линии виден невооруженным взглядом. Его надо усиливать. Как?. Гипотетическая ситуация прихода к власти оппозиции для бизнеса является абсолютно непонятной и непрозрачной. Они реально боятся условно говоря Удальцова, условно говоря левых, условно говоря идеи русского бунта, бессмысленного и беспощадного, идеи все отнять и поделить, экспроприации, нарушения режима частной собственности и т. д. um. д… Для любого бизнеса, для крупного бизнеса, плохой сценарий лучше, чем неопределенный… От нас зависит вторая часть этого уравнения. Если мы покажем, что, грубо говоря, революционный сценарий тоже понятен, предсказуем, и он лучше, чем путинский сценарий, то мы тем самым сформулируем эту самую публичную оферту для либерально настроенной части крупного бизнеса, что спровоцирует раскол элит и ситуация закончится очень быстро дворцовым переворотом в стиле Павла I… Важнейшая часть всей этой истории — это выборы в Координационный совет оппозиции, которыми мы сейчас и занимаемся» [179]

Таким образом, глава Центральной выборной комиссии свою главную задачу видел в том, чтобы продемонстрировать крупному бизнесу и либерально настроенной части российской элиты способность умеренных и «договороспообных» сил не допустить победы «условно Удальцова» и «условно левых». Таким образом, политические оценки, данные выборам Форумом левых сил и другими критиками, в целом соответствовали действительности.

Внимание общественности накануне выборов в КС, назначенных на 21–22 октября, было привлечено еще к одному интересному явлению. Еще в августе Сергей Мавроди, создатель знаменитых финансовых пирамид «МММ», призвал участников его финансовой сети в массовом порядке участвовать в выборах КС оппозиции, чтобы «получить весь совет» [180] . Впоследствии он объяснил и свою мотивацию: «А сейчас мы им <властям> покажем, что мы полезны даже для них можем быть. Оппозицию развалим. Что нас можно — использовать. (Т. е. это они так думают. И пусть. А у нас свое мнение. На этот счет. Кто тут кого использует.: — )) Т. е. нас не гнобитъ, а наоборот — хранить и лелеять надо! Мы вообще для них находка!», — написал он на своем сайте [181] .

Всю осень ЦВК и его председатель Леонид Волков боролись с угрозой вмешательства МММщиков. Зарегистрированные участники этой сети снимались с выборов, причем деньги им не возвращались. В результате своих кандидатов у Мавроди в общегражданском списке не осталось. Тогда он опубликовал список тех из числа зарегистрированных кандидатов, за кого он призывал проголосовать своих сторонников (а ведь многие люди напрямую зависели от создателя пирамиды в финансовом отношении!) [182] . Мавроди честно признался, что часть этого списка — это кандидаты, попросившие его о поддержке, а другие — «случайные. Просто кто мне понравился».

В списке были 30 человек из общегражданского списка, 3 человека из националистического и 5 из левого. В результаты голосования по либеральной курии Сергей Пентелеевич решил не вмешиваться: «Пофиг. Голосуйте, за кого хотите. Не могу выбрать! Один другого лучше» [183] .

В итоге на выборах проголосовали чуть более 81000 избирателей. По признанию Леонида Волкова 22 % из них (18000) были идентифицированы в качестве участников пирамиды МММ (сам Мавроди утверждал, что эта цифра гораздо больше). ЦБК принял странное решение аннулировать половину голосов идентифицированных МММщиков — тех, чьи личные кабинеты были заблокированы Сергеем Мавроди (что интерпретировалось как «давление на избирателя») и кто в то же время проголосовал в точном соответствии с предложенным Мавроди списком [184] .

В результате на итогах выборов в КС по общегражданскому списку участие МММщиков почти не сказалось. В топ-30 общегражданского списка оказался только один кандидат из списка МММ — Гельфанд, который, впрочем, вполне проходил в тридцатку и без учета адептов Мавроди. Другие 29 кандидатов от МММ расположились рядом друг с другом и заняли с 31 по 73 места.

Первое место занял, конечно, Алексей Навальный (без малого 44000 голосов). Более 30000 голосов получили Дмитрий Быков, Гарри Каспаров, Ксения Собчак, Илья Яшин, Михаил Гельфанд, Евгения Чирикова и актер Михаил Шац. Среди остальных преобладали либеральные политики и журналисты. Были среди них и Сергей Пархоменко, и Максим Кац, и даже малоизвестный активистам Александр Винокуров, совладелец телеканала «Дождь», на котором проходили дебаты кандидатов. Сергей Удальцов занял лишь 20-е место с 22,5 тысячами голосов [185] .

Либеральная курия счастливо избежала вмешательства «великого комбинатора». Зато по националистической и левой куриям кандидаты, поддержанные Мавроди, прошли почти в полном составе. У националистов все три кандидата, рекомендованных Мавроди, прошли в КС. А в левой курии прошли четверо из 5.

Большинство из них (во всяком случае, с левыми) отличалось тем, что не были представителями каких бы то ни было активистских сообществ. Аким Палчаев, Екатерина Айтова и Александр Николаев, прошедшие в КС по левой курии, были практически неизвестны в левом движении. Про Айтову вскоре появилась даже информация, что она являлась одним из организаторов проправительственных молодежных лагерей на Селигере [186] .

Получалось, что оказанная Мавроди «услуга» российской власти заключается ни больше ни меньше в том, чтобы отсечь реальных представителей левых организаций от координирующего центра протестного движения. И эта услуга была принята Центральным выборным комитетом и его председателем Леонидом Волковым, который видел свою задачу ровно в том же самом — в отсечении «условных левых» от оппозиции. Бойкот выборов со стороны многих организаций, входящих в Форум левых сил, стал дополнительным фактором, облегчившим эту задачу.

В остальном, вне зависимости от того, стали ли итоги голосования результатом того, что интернет-аудитория осталась гораздо менее радикальной, чем активистское ядро протестного движения, или на них сказались какие-то манипуляции (проверить итоги было фактическиневозможно), политический итог выборов в КС оказался однозначным. В руководство протестом оказались возвращены все те, кого отсеял майский подъем. Те, кто сознательно дистанцировался от уличной оппозиции после мартовских выборов Путина, — Собчак, Пархоменко, Кац и другие, — оказались теперь в звездной палате. Наоборот, левые силы, с которыми были связаны майские успехи, — радикализация и подъем движения - очутились вне Совета [187] .

Разочарование итогами голосования захватило многих. Даже весьма далекие от левых симпатий люди, такие как представитель «Белой ленты» Алексей Блиндул, были разочарованы итогами выборов, проведенных Леонидом Волковым: «Я не собираюсь делать оценку Л. Волкову и его манипуляциям, но вывод у меня напрашивается один — обеспечивать выборный процесс впредь должны абсолютно независимые лица под тщательным контролем со стороны различных политических сил», — написал Блиндул в своем блоге на «Эхо Москвы» [188] .

В интернете даже делались попытки создать «народный КС» в противовес созданному Волковым, не получившие, впрочем, большой поддержки [189] . Даже Денис Билунов, один из авторов самого проекта выборов КС оппозиции, сказал автору этих строк вечером после подведения итогов голосования: «Да, состав тяжелый…». А известный журналист Олег Кашин, также прошедший в состав Координационного совета, написал в своем Твиттере: «А нормальных парней и мужиков, которые и ассоциируются с протестом, и которые и должны были там оказаться, послали но...» [190] . Чуть позже он написал об итогах этих выборов большую статью под названием «Команда чьей-то мечты»: