Чтение онлайн

– Вот ты, Степан, отчего выбрал самую непривлекательную бабу в селе?

Вопрос, обращенный к собирателю, позволил Аде уловить нить текущей беседы.

– Так потому, что не дурак, – последовал полный самодовольства ответ. – Я ведь часто не бываю дома. Зачем мне головная боль, что её таскали по всей округе в моё отсутствие? А так я спокоен. Кто на неё позарится-то? Да и старается ведь всё время угодить мне. Понимает, что некрасивая. Мне только одна выгода от такого союза.

– А всё ж дурак ты, Стёпа, – последовал неожиданный ответ косматого. – Молишься каждый день, поклоны бьёшь, а далёк от Бога. По любви не женился. Красоты боишься. От твоей бабы завсегда уйти можно без сожаления. Бог – одно из обличий красоты, а ты городишь меж вами каменну стену. Разве ж можно так стать ближе к Богу?

– Вот прицепился ты к этой красоте. У Савелия тоже жёнка некрасивая, а скажи слово о ней, так он за топор сразу хватается. Вон как любит.

– Так в том-то и дело, что любит. Для него она краше всех, потому как в ладу живут. Любовь даёт красоту. Ты-то свою бабу не любишь.

– Ох, чья бы корова мычала. Сам-то как с бабами хороводишься. Люди всё знают. Все о шашнях твоих говорят. Учить меня будешь еще.

– Да мало ли что говорят! Во мне-то любовь Божья живёт. Я люблю мир, люблю людей. Ну и баб, конечно, как часть мира. Бабы-то несчастные, в большинстве своём. За помощью, утешением идут. Вот и помогаю.

Мужчина взвалил на спину вязанку хвороста, и, бросив на косматого полный нескрываемого скепсиса взгляд, побрёл прочь.

Убедившись, что собиратель покинул их, Ада вышла на поляну.

– Дружок твой тоже пущай выходит, – кивнул в сторону деревьев крестьянин, подзывая и Ларта, решившего остаться в отдалении.

Как только гостья приблизилась, глубоко посаженные глаза мужика расширились, выражая крайнее удивление. Но стоило Адель заговорить, лицо его сделалось спокойным и добродушным.

– Мы ехали к пристани, но заблудились. Надеюсь, мы не побеспокоим вас недолгой беседой.

Крестьянин насквозь видел её лукавство. Но Ада и не старалась провести его. Она, скорее, прощупывала способности человека с таким уровнем духовной энергии. Кроме того, искала способ завести разговор.

Мужик перевёл любопытный взгляд на Ларта, который нехотя вышел из-за деревьев и, скрестив на груди руки, опёрся о сосновый ствол.

Косматый совсем не боялся этих странных, явно не случайно оказавшихся здесь, незнакомцев. Он лишь шире улыбнулся и удобнее устроился на своём месте.

– Почему вы один сидите посреди леса? – очаровательно улыбаясь, поинтересовалась Ада.

– Беседую, – без тени иронии ответил он.

– Ваш собеседник едва ли вернётся в скором времени, – ухмыляясь, заметил Ларт.

– А что, разговаривать только с людьми можно? Тот, что ушёл – дурак. Чего с ним говорить? Я здесь с самим Богом. Бог везде. В деревьях, в земле, в реке, по которой вы поплывёте в скором времени. А что создано Богом, в том он сам и есть.

– И как успехи? Бог вам отвечает? – с издёвкой спросил шевалье.

Сидящий усмехнулся.

– Вы что же, в Бога не верите?

– В то во что верю я, откликается мне. Я знаю как это действует, и умею использовать. Но поверьте, никакого мужчины с бородой, подобно вашей, на небе не сидит. Там вообще никто не сидит.

– А разве я упоминал, как выглядит Бог? – косматый бросил вопросительный взгляд. – Бог – есть Верховное. Как же можно научиться говорить с великим, не умея говорить с малым? Ты смеёшься над тем, что я беседую с деревьями, но каждое деревце, ручей и камень имеют силу. Сливаясь с ними, понимать их начинаешь. Вы становитесь едины. С людьми сложнее. Относятся друг к другу, как к вещам. Управляют да используют. Понять их порой непросто. Правильнее сказать, не всем это дано. Обычно ты думаешь, что понимаешь кого-то, но это лишь твои домыслы. Если ты не способен понять деревья, то людей и подавно не поймёшь. Это всё равно, что немой замахнётся на песню.

Ада одарила Ларта многозначительным взглядом, и тот одобрительно кивнул. Из беседы стало очевидно, что крестьянин явно разбирается в том, как устроен мир и понимает его основополагающие принципы. Конечно, он интерпретирует всё по-своему, но это не так уж важно. С высокой долей вероятности можно было утверждать, что перед ними не просто духовно сильный от природы человек, реализующий свой потенциал не более чем интуитивно, а самый настоящий маг, способный управлять дарованным ему знанием.

Энергия крестьянина – открытая и тёплая, что редко встречалось даже у магов. Впереди подстерегают опасности, и совсем неплохо заиметь здесь знающего союзника.

– Звать-то тебя как? – пронзительный взгляд устремился на Аду.

– Адель. А это Ларт, мой защитник.

– Что за имена такие дрянные? – с лёгким недовольством поморщился мужик. – Я ж вижу, что вы свои.

– Ну, так бывает, – беззлобно усмехнулась магирани, пожав плечами.

– Защитник? – крестьянин скривился, метнув короткий взгляд на шевалье. – Кто кого еще защищать будет.

Ларт нахмурил брови, недовольно покосившись на косматого, чьё отношение беспричинно сменилось с дружественного на придирчиво-недовольное.

– Он не так слаб, как выглядит на первый взгляд, – вступилась Ада.

– А то я не вижу, – последовал уверенный ответ.

– Ты нравишься мне, – обратился он к магирани. – Но зачем искала? Из любопытства или помощи ждёшь?

– Возможно, – уклончиво ответила она.

– Может и мне от вас польза выйдет. Людей, как вы, редко встретишь, – задумчиво протянул мужик.

– И как же нам найти вас в случае необходимости? Мы проездом в этих краях.

– Свидимся, – многозначительно пообещал крестьянин.

Магирани подняла левую бровь, сомневаясь, не поспешила ли она обрадоваться новому союзнику. Возможно, от них просто пытаются отделаться.

Крестьянин встал, готовый уйти. Очевидно, беседа была окончена, но Ада не выяснила еще кое-что важное.

– Не скажешь своё имя? – напоследок крикнула она.

– После. Сказано же, свидимся, – проворчал тот, скрывшись среди деревьев.

Ада и Ларт проделали путешествие до Тюмени на пароходе, планируя здесь сесть на поезд, который доставит их в Москву, а после в Петроград.

Они прибыли на железнодорожный вокзал, словно муравейник, кишащий людьми разного достатка, нетерпеливо ожидающими своего долгого путешествия.

– Может, зайдём внутрь? – Ларт кивнул на двухэтажное здание вокзала из красного кирпича, скорее похожее на особняк именитого семейства, чем на постройку общественного назначения. – Твой нос уже достаточно красный. Отвалится еще, как у снеговика по весне.