Чтение онлайн

Читая о детстве игроков, замечаешь и другие сходства. Так, местом рождения всех являются два региона: Ливерпуль и восточный Лондон. Иногда кажется, будто северо-восток перестал быть источником английских футбольных талантов.

Первый клуб, за который играл Коул, — футбольная школа «Сенраб», расположенная в лондонском Ист-энде, — явил миру и Ледли Кинга, Ли Бойера, Джона Терри, и Бобби Замора. Лэмпард играл в Эссексе за конкурентов — «Хит Парк». Как-то Фрэнка, которому исполнилось тринадцать или четырнадцать лет, отправили на тренировочный матч «посмотреть на одного мальчишку, так как, по некоторым заверениям, он — самый перспективный игрок за много лет». Тогда Эшли было всего десять лет.

Кстати, все авторы начинают активно приобщаться к миру профессионального футбола почти в одном и том же возрасте. В восемь лет Джеррард тренируется в «Ливерпуле» с Джейсоном Кумасом и блистательным бомбардиром по имени Майкл Оуэн, впоследствии ставшим его другом. Коул и Руни поступили в академии «Арсенала» и «Эвертона», когда им исполнилось девять…

Исключение составляет Лэмпард, который был погружен в мир игры с рождения. Его отец — Фрэнк Лэмпард-старший, бывший игрок «Вэст Хэма». Дядя — Гарри Реднапп [42] , а старший двоюродный брат — Джейми Реднапп [43] . Маленький Фрэнк гонял мяч вместе с Джейми в саду дяди Гарри и ходил в местный парк на тренировки вместе с отцом. Иногда в дом Лэмпардов заходил Бобби Мур, чтобы выпить чаю с бисквитами и поболтать о футболе. «Я никогда не думал о том, что у нас на диване сидит человек, когда-то поднявший над головой Кубок мира, капитан английской сборной».

Будущих звезд сближают и игры в футбол с обычными сверстниками — переступить порог 10 тысяч часов практических занятий, необходимых для достижения вершины, невозможно, если рассчитывать только на академию. Например, Лэмпард не в восторге от знаменитой «Вэст Хэм», несмотря на то что наряду с ним выпускниками академии являются Майкл Каррик, Джермейн Дефо и Глен Джонсон, группа поддержки «золотого поколения». В итоге к подростковому периоду карьера пятерых авторов начинает формироваться. Так, школьника Джеррарда обхаживал Алекс Фергюсон. Кроме того, будущей звезде поступали письменные приглашения и от других тренеров.

Самый важный этап профессионального пути каждого — поступление в национальную академию в Лиллшелле. Джеррарда не приняли: «Меня! Капитана “Ливерпуль Бойз”! Меня даже оценил футбольный клуб “Ливерпуль”!» Футболист признается, что до сих пор переживает поражение. Лэмпард, кстати, тоже туда не попал. Но, как ни странно, там учился их сверстник Каррагер. Очень скоро он дебютирует в сборной Англии для школьников в качестве бомбардира, пока стеснительный нападающий по имени Эмиль Хески находится на скамейке запасных, и, конечно, забивает. «Вратарю итальянцев Джанлуиджи Буффону было нечем ответить на мой смертельный удар».

Спортивные успехи отодвинули школьное образование на второй план. Эти пятеро далеко не глупы. По крайней мере Каррагер, Лэмпард и Джеррард. Но, как восходящих звезд, их учили: все, что не имеет отношения к футболу, только отвлекает от главного.

Кажется, из всех авторов интерес к учебе проявлял лишь Лэмпард, который — уникальный со времен Первой мировой войны случай среди английских игроков — посещал частную школу. Во время учебы он, один из немногих представителей семей «новых богачей» в элитном Брентвуде, играл с командами других образовательных заведений, например Итона. И при этом получил неплохой аттестат, в том числе знаменитое «отлично» по латыни. Однако Лэмпард-старший все же велел сосредоточиться на футболе.

Остальные бросили учебу без постороннего вмешательства. Кажется, вне футбола они чувствуют себя неуверенно. У Джеррарда, например, «почти не было друзей», они появились только в «Ливерпуле». Он неплохо учился, но в ходе заключительного экзамена думал лишь о том, «как сжечь униформу».

В школьных характеристиках, возможно, лучших страницах его книги, а также превосходных доказательствах несомненных преимуществ реформ образования Новой лейбористской партии, Руни обычно называют «популярным и общительным ребенком». Но успеваемостью он не блистал, даже по предмету, который должен был даваться легче всего. В одиннадцать лет он получил «Б» по физкультуре, с комментарием: «Уэйн — очень способный спортсмен и весь год много работал. В следующем учебном цикле ему следует продолжать в том же духе». Интересно, что требовалось совершить, чтобы получить в той школе «А» по физической подготовке?

Руни ушел из школы и сразу стал звездой. Он дебютировал в «Эвертоне» в возрасте шестнадцати лет и расстраивался только из-за того, что клубу пришлось так долго его ждать.

Остальные стали подмастерьями известных футболистов. «Только сейчас я понял: это было самое лучшее время в моей карьере. Я не испытывал постоянного давления», — пишет Лэмпард.

Джеррард чувствует то же. Ему, в свою очередь, нравились розыгрыши в раздевалке. В «Ливерпуле» мальчишки резали друг другу носки, дразнили за немодную одежду, дрались полотенцами и как-то на три часа заперли штатного мастера педикюра. Весело. Особенно учитывая тот факт, что сотрудник пришел в ярость из-за шутки и уволился. Джеррард пишет:

«Если кому-то не нравились наши розыгрыши, начинались ссоры. Стычки стали обычным делом. Если я резал кому-то спортивные штаны, а парень начинал скандалить, я отвечал тем же. “Ты что, черт возьми, шуток не понимаешь?” — кричал я Грегго или Райти».

Розыгрыш — важный аспект футбольной жизни. Но его значимость трудно объяснить обычным людям. Складывается впечатление, что Джеррард и сам не понимает смысла ритуалов. Объединяют членов группы — и хорошо. Но прежде всего подростковые шалости демонстрируют, кто в коллективе главный. Над кем можно издеваться, а кто находится под защитой. Тут интересна роль Майкла Оуэна,

«Майкл часто был зачинщиком шуток и стычек. Но вел себя умно. Он терпеть не мог попадаться. Он хотел стать лидером. Не то что Грегго и Богго».

И где Грегго, Богго и Райти сейчас?

Их профессиональные дебюты достойны голливудских фильмов. Наши герои всегда знали — звездный час непременно пробьет. Так мальчики из состоятельных семей не сомневаются, что поступят в университет.

Пятеро игроков-писателей стартовали в профессиональном футболе в родных местных клубах. Но никто не чувствовал себя настолько комфортно, как Лэмпард. В восемнадцать лет он стоял у боковой линии, готовый к бою против «Ковентри». Дядя Гарри, по совместительству наставник «Вэст Хэма», кладет руки на плечи племяннику, а затем и запасному игроку, тридцативосьмилетнему Гордону Страчану, предупреждая: «Не нападай на него!» Рядом — улыбающийся Фрэнк Сеньор, ассистент тренера.

Руни отметил первый матч в «Эвертоне» так: купил в забегаловке жареную картошку и отправился с приятелями гонять мяч по улицам. Он не в восторге от взрослых товарищей по команде, которые, непонятно почему, сразу после знакомства прозвали его «собакой».

Первая неожиданность, с которой приходится сталкиваться в первом составе, — иностранные игроки. Наши герои провели детство и юность среди англичан. «Я был местным и не воспринимал другие культуры, — признается Лэмпард. — Мои интересы и вкусы ограничивались рамками Лондона и родного района». Экспаты пугают. Подросток Джеррард испытывает тревогу, когда в «Ливерпуле» появляется тренер-француз:

«На первый взгляд он казался неплохим парнем. Но меня доставала его речь. Я гадал, владеет ли он английским… И находился в ужасе от французского порядка. Хотел, чтобы все было по-прежнему, вокруг находились люди, которых я знал и понимал».