Чтение онлайн

Если вы откроете все современные орфоэпические словари, то увидите, что в рамках словосочетания «четверть часа» у часа единственно верным признаётся ударение на последний слог. Вроде бы мы имеем дело здесь с формой единственного числа родительного падежа: четверть [чего?] часа. Почему же тогда словарные фиксации опять противоречат узусу?

Как это ни странно, ответ мы найдём в истории древнерусского языка. Раньше в нём было три категории числа: единственное, множественное и двойственное. Со временем понятие множественного числа вытеснило двойственное, потому что на смену конкретной множественности предметов пришла абстрактная (один – единственное число, два и более – множественное).

Всё это и дальше хранилось бы на задворках памяти поколений, если бы отголоски двойственного числа не проявляли себя в языке по сей день. Среди них – счётные формы таких существительных, как ряд, шаг, час.

На их примере мы и рассмотрим этот лингвистический феномен. Если проведём аналогию с корнем пол-, существительными треть, четверть и употреблением существительного час в счётной форме с количественными числительными, увидим некую закономерность: два, три, четыре часа/ряда/шага, полчаса/полряда/полшага, треть часа/ряда/шага, четверть часа/ряда/шага. Это не формы родительного падежа единственного числа, как кажется на первый взгляд. Мы имеем дело с формами именительного падежа двойственного числа, о котором давно не пишут в современных школьных учебниках, что ведёт к искажённому восприятию подобных словосочетаний.

Теперь вы понимаете, почему словари рекомендуют говорить «четверть часа»? Даже несмотря на то, что 95 % носителей языка предпочитают ставить ударение иначе. Возможно, опять-таки в будущем всё изменится, но сейчас – такой языковой устойчивости можно только позавидовать.

С распространением в мессенджерах функции «Переслать сообщение» многие всё чаще задают вопрос: куда ставить ударение в слове пересланное?

Это объясняется следующей закономерностью: если инфинитив оканчивается на ударное – ать (-ять), то в форме прошедшего времени страдательного причастия с суффиксом – нн- ударение падает на второй слог от конца основы (окончание в основу не входит): переслать – пересланный, написать – написанный, надиктовать – надиктованный.

Не удивляйтесь, если услышите из уст старшего поколения что-то о подростковой инфантильности. Потому что, разумеется, в их время было всё по-другому, даже ударение в этом прилагательном! Ещё каких-то 20 лет назад единственно верным признавался вариант подростковый, хотя, конечно же, в реальности многие говорили иначе. Это и позволило образцовой норме сдаться и пустить к себе допустимое на первых порах ударение подростковый.

Сейчас же, на момент сдачи рукописи, словари наделяют равными правами на существование и старое, и новое ударение. Так что выбор за вами.

У этих существительных похожие одна на другую истории: ещё недавно нормативными считались варианты с ударением на первый слог – форзац и апостроф, они же были единственными. Объяснялось это происхождением и перешедшим ударением из языка-источника: форзац восходит к немецкому Vоrsats, а апостроф – к греческому .

Со временем всё изменилось: сейчас всё чаще можно услышать варианты форзац и апостроф, что и находит отражение в авторитетных источниках. Так, например, в «Словаре трудностей русского языка для работников СМИ» М. А. Штудинера (2016) вариант форзац указан как единственно верный, а в «Словаре ударений русского языка» И. Л. Резниченко (2017) и в «Словаре трудностей русского языка» Н. А. Еськовой (2014) – только форзац. И также во всех перечисленных – только апостроф (и даже со специальной пометой «не рекомендуется апостроф»).

Почему произошла эта трансформация? Из-за сильного влияния одной из тенденций – смещения ударения на конец основы. Этот процесс традиционно называют «прогрессивным перемещением»: вы можете часто его наблюдать в любого рода заимствованиях, особенно в англицизмах (маркетинг -> маркетинг, джентльмен -> джентльмен – сейчас нормативными признаются оба варианта, процесс перемещения ударения ещё не завершился).

Особняком здесь стоит существительное нахзац. Так называется задний форзац, элемент, скрепляющий книжный блок с задней стороной переплётной крышки. Казалось бы, здесь должен был сработать закон аналогии, но нет. Ударение в нём сохранилось на первом слоге и вряд ли изменится, потому что этот термин используется раз в пятилетку – даже издатели называют заднюю часть книги обычным форзацем. [1]

Бытует мнение, что во всех заимствованиях должно сохраняться то ударение, которое было в языке-источнике. Это заблуждение. Не должно! Потому что чаще всего русский язык обрезает таким новичкам крылья и заставляет жить по своим законам. Где-то это происходит сразу (например, нем. Absatz сразу прижилось как абзац с ударением на второй слог), а где-то растягивается на десятилетия: до сих пор нет единой нормы у «бармена» – одни авторы (например, Штудинер, Еськова, Резниченко) фиксируют ударение на первом слоге, как в английском языке, другие (Розенталь и Теленкова) – на втором, как оно постепенно приживается в русском.

Развитие этой тенденции проще всего проиллюстрировать на иноязычных топонимах. Вы наверняка если не участвовали, то точно были свидетелями споров о «правильности» ударений в таких названиях, как Бали, Катар, Шри-Ланка, Флорида, Вашингтон и многих других. Обычно аргумент одной из сторон звучит так: «Я был(а) в США, там никто не говорит Флорида, как у нас. Надо принимать во внимание исторические корни слова, каким бы оно ни было». Другая же сторона с ухмылкой отвечает: «Да? Ну, давайте тогда идти до конца: называть Рим – Ромой, Флоренцию – Фиренце, Париж – Пари и так до бесконечности».

Постойте, ребята. Тут уже какая-то сборная солянка получается, давайте разберёмся с ударениями. Очевидно же: акцентологическая система сама рано или поздно всё переиначит, как бы громко вы ни спорили. Для заимствований, в том числе и в вышеприведённых примерах, характерна борьба двух начал – стремления сохранить своё происхождение (чаще это поддерживается искусственно) и уподобления акцентной парадигме. Второе проявляется гораздо сильнее, что и находит отражение в нормативных источниках, фиксации в которых часто расходятся. Почему? Причина такого разногласия кроется в формально-этимологическом подходе к ударению: часто его придерживаются авторы энциклопедических словарей, которые не берут во внимание сложившиеся в русском языке акцентологические закономерности и фиксируют тот вариант, который соответствует языку-источнику. Но если вы откроете новейшие орфоэпические словари (особенно те, которые предназначены для СМИ), увидите, что рекомендуемыми вариантами как раз являются те, где ударение стремится к окончанию.