Чтение онлайн

Отставка Анвара Нусейбе произвела эффект разорвавшейся бомбы. Если изначально премьер-министр собирался примирить Западный и Восточный берега, то у него ничего не вышло. Иордания запомнила Васфи аль-Таля как безжалостного борца с палестинцами, а не как смелого и талантливого реформатора.

Однако королевство нуждалось в преобразованиях. Земледелие велось устаревшими способами. Доля сельского хозяйства в ВВП составляла всего 20 % – хотя в аграрном секторе трудилась половина взрослого населения. Почти 120 тыс. иорданцев не могли найти работу. На содержание армии в мирное время уходила половина госбюджета. Если бы подданные Хусейна гордились своей страной и были уверены в завтрашнем дне, то они вряд ли бы слушали Насера. Поэтому министры аль-Таля делали упор на развитие экономики.

За 1962–1967 годы Амман выделил $ 356 млн на повышение уровня жизни и борьбу с безработицей. Помимо инвестиций в сельское хозяйство, деньги предназначались для производства удобрений, добычи фосфатов и развития туризма. Военные строили дороги и рыли оросительные каналы.

Впрочем, неприятности не заставили себя ждать. Йемен раздирала гражданская война. Насер поддержал республиканцев, Саудовская Аравия – Хамидаддинов. Арабский мир был поляризован как никогда. В 1963 году в Ираке и Сирии власть захватили баасисты – и Дамаск возобновил контакты с Каиром.

Иордания опять очутилась в окружении врагов – Сирии, Ирака и Египта; но противоречия между ними нарастали. [64] К тому же на теле арабского мира надсадно ныли раны войны 1947–1949 годов. Ближний Восток жаждал крови. В итоге сирийцы, египтяне и палестинцы раздули тему конфликта с Израилем – второстепенную на фоне «арабской холодной войны». На поле боя каждая из сторон планировала решить свои проблемы. Каир хотел удержать первенство в регионе, Дамаск претендовал на это первенство, а палестинцы надеялись уничтожить Израиль – или хотя бы вернуть Западный берег и сектор Газа. [65]

В январе 1964 года на саммите ЛАГ Насер предусмотрительно «подружился» с Хусейном, саудовским королем Фейсалом и алжирским президентом Ахмедом бен Беллой. Хусейн обрадовался – ведь он оградил себя от антихашимитской пропаганды Каира. Кроме того, арабы обожали и боготворили Насера – а монарх давно мечтал о такой славе и теперь мог хотя бы греться в ее лучах.

По итогам саммита было сформировано единое руководство вооруженными силами арабских государств. Египет предложил кандидатуру Хусейна на пост главнокомандующего. Отныне на короля возлагалась ответственность за войну с Израилем. В 1948 году в аналогичной ситуации находился его дед Абдалла.

Также саммит одобрил создание Организации освобождения Палестины (ООП). Она должна была представлять интересы палестинских арабов и не вмешиваться в дела арабских государств. Основу ООП составляли боевики – фидаины (от араб. – жертвующие собой). [66]

Первым председателем ООП стал Ахмед Шукейри – известный юрист и протеже Насера. Он заверил Хусейна, что никогда не будет угрожать Хашимитам. Впрочем, это обещание резонировало с истинными намерениями Шукейри. Глава ООП мечтал о независимой арабской Палестине – которая простиралась бы от Средиземного моря до Ирака, включая Западный и Восточный берега реки Иордан, сектор Газа и Иерусалим. Таким образом, Шукейри собирался перекроить политическую карту региона – и отобрать у Хусейна королевство. Неудивительно, что уже в сентябре 1964 года у ООП появилось официальное боевое крыло – Армия освобождения Палестины (АОП).

Впрочем, Хусейн не воспринимал ООП всерьез – и совершенно напрасно. В глазах аристократа Шукейри был самонадеянным выскочкой. Между тем, новость о возникновении ООП взбудоражила палестинцев Западного берега – а ведь многие из них к тому времени уже считали себя иорданцами. Хрупкое национальное единство Иордании снова дало трещину. В таких условиях королю точно не следовало ввязываться в войну с Израилем – но он редко мыслил критически. ООП только подливала масла в огонь. Шукейри заявил, что после блистательной победы «уцелевшим евреям позволят возвратиться в страны их рождения… хотя вряд ли кому-то удастся уцелеть».

30 мая 1967 года Хусейн заключил с Насером унизительное соглашение, по которому оперативное командование иорданской армией получал египетский генерал Абдул Муним Рияд. Арабский мир был охвачен эйфорией по поводу надвигающейся войны – и король поддался всеобщему ликованию. В Аммане Хусейна приветствовали тысячи восторженных подданных. Монарх решил, что сбылась его заветная мечта – он велик, любим и почитаем народом.

Сирия, Египет, Иордания, Кувейт и Саудовская Аравия провели мобилизацию. Вскоре к коалиции присоединились Ирак, Алжир и Саудовская Аравия. Всего в арабских армиях насчитывалось свыше полумиллиона человек, 1 тыс. самолетов и 2500 танков. Израиль в два раза уступал неприятелю по количеству солдат и в три раза – по количеству военной техники.

Дальнейшие события разворачивались очень быстро. 5 июня израильтяне первыми ударили по египетским позициям (операция «Мокед»). Каир заявил, что 75 % вражеской авиации уничтожены в первые часы конфликта – хотя на самом деле израильтяне стерли с лица земли египетские ВВС. Иорданские генералы заподозрили Каир во лжи и умоляли Хусейна подождать. Но монарх не внял их просьбам и разрешил Рияду повести иорданскую армию в бой. Рияд отказался от традиционной для Иордании оборонительной стратегии, основанной на ограниченности ресурсов королевства, – и атаковал израильские войска. Арабские командиры усугубили ситуацию, раздавая противоречивые приказы.

Поражение не заставило себя долго ждать. Евреи за 6 дней разгромили арабов и захватили территорию, которая в 3,5 раза превышала площадь Израиля – поэтому война 1967 года называется Шестидневной. Насер лишился сектора Газа и Синайского полуострова, сирийский президент Нуреддин Мустафа аль-Атасси – Голанских высот, [67] а Хусейн – Западного берега.

Иордания словно вернулась в 1948 год. Восточный берег заполонили палестинские беженцы. Вместе с Западным берегом королевство потеряло 40 % ВВП, половину производственных мощностей и 25 % пахотных земель. В палестинской части выращивалось 60 % фруктов и овощей, а также более трети зерна и скота. Многие христианские святыни и места паломничества – Вифлеем, Иерихон и другие – также расположены на Западном берегу. Их утрата больно ударила по туристическому сектору Иордании, который только начал развиваться.

Хусейн вышел из Шестидневной войны побежденным, но не сломленным. Он сделал очень важный вывод: в целях самосохранения хашимитское королевство должно предотвращать вооруженные конфликты на Ближнем Востоке. Однако фидаины видели в Иордании лишь плацдарм для атак на Израиль.

Осенью 1967 года ЛАГ приняла Хартумскую резолюцию. Она известна благодаря принципу «трех нет»: «Нет мира с Израилем, никакого признания Израиля, никаких переговоров с ним» (пункт 3). Палестинцев охватило сильнейшее патриотическое чувство. Они массово вступали в разные террористические организации. Фидаины разбили свои лагеря возле Аммана – подальше от израильской пограничной артиллерии. Дерево палестинского радикализма стремительно разрасталось – помимо АОП, в составе ООП возникли «Народный фронт освобождения Палестины» (1967), «Палестинский фронт народной борьбы» (1967), «Демократический фронт освобождения Палестины» (1969) и другие.

Первые столкновения между фидаинами и иорданской армией имели место в ноябре 1968 года. С тех пор стычки происходили регулярно. В феврале 1969 года ООП возглавил Ясир Арафат. Если Шукейри хотя бы обещал не вмешиваться во внутреннюю политику арабских государств, то Арафат вовсе не собирался контролировать боевиков – которые обнаружили, что кратчайший путь к успеху заключается в нарушении прежних договоренностей.

Иорданские власти пытались усмирить фидаинов. МВД запретило гражданским лицам носить оружие в городах, а также обязало их регистрировать все транспортные средства (даже неисправные). В ответ члены «Народного фронта освобождения Палестины» (НФОП) осадили полицейский участок в столичном районе Джебель аль-Ашрафия. Хусейн был вынужден уволить министра внутренних дел. Фидаины осмелели. Первые покушения на жизнь монарха последовали уже летом 1970 года.