Чтение онлайн

— И что теперь делать будем? — спросил Витька.

— Не знаю, — развел руками Генка. — Надо его на крюк ловить. Или на что-то другое. Он сейчас и вправду голодный — утят-то тетка не выпускает. Брать самую толстую леску — и ловить. Или на спиннинг.

— А если он в реку уйдет? — спросил Витька.

— Не уйдет, — покачал головой Генка. — Там сеть. Она белугу выдержит.

Они сидели возле костра, грели руки. Генка стягивал гидрокостюм.

— Так что же все-таки делать? — в очередной раз спросил Витька.

— Вечер уже, — Генка свернул костюм. — Ночь теплая будет. Предлагаю тут посидеть. Комаров нет. Пожарим на веточках щуку, потом в стог заберемся.

— Стог — это по-нашему, — улыбнулся Жмуркин. — Только, чур, я с рыбой возиться не буду.

— Я сам, — сказал Генка. — А вы дров пока соберите.

Витька и Жмуркин отправились собирать дрова, а Генка стал чистить щуку.

Через двадцать минут Витька и Жмуркин притащили к костру сухую иву. Генка доскребал щуку.

— Бедная рыба, — сказал Жмуркин. — Как в застенках гестапо побывала.

— Чистил бы сам, — огрызнулся Генка. — Командовать у нас каждый горазд.

Генка взял топор, порубил иву и закинул дрова в костер. Ива прогорела быстро и оставила после себя ровные круглые угли, пригодные для жарения. Генка насадил на прутики куски рыбы и повтыкал их над жаром.

— Будет как шашлык, — сказал он. — Главное, чтобы открытого огня не получилось, а то все сгорит на фиг.

Скоро над берегом поплыл запах жареной рыбы. Генка нюхал дым, носом определяя готовность, потом ткнул в один из кусков ножиком и сказал, что готово. Ребята взяли палочки и принялись есть. Рыба получилась вкусная, прожарилась хорошо, только соли не хватало.

— Интересно, а Старый Ник вкусный? — спросил вдруг Жмуркин.

Генка и Витька посмотрели на Жмуркина с испугом.

— Что это вы на меня так посмотрели? — спросил он. — Старый Ник все-таки рыба, а значит, его тоже можно пожарить. Если он такой огромный, то мяса в нем, наверное, немерено. Можно год питаться.

Витька приложил палец к губам и кивнул в сторону озера.

— Да вы тут совсем с ума посходили! — захихикал Жмуркин. — Вы что, боитесь его, что ли?

Витька и Генка не ответили.

— Во закидоны-то! — Жмуркин взял себе еще кусок рыбы. — Вам обоим лечиться надо. Серьезно лечиться. Некоторые рекомендуют в кокосовую стружку закапываться…

Друзья снова промолчали.

— Что-то мне есть расхотелось, — сказал Генка. — Пойду лучше спать.

Генка встал и направился к стогу.

— И я тоже, — Витька двинулся за ним.

— Ну и валите! — крикнул им вслед Жмуркин. — Мне больше достанется. Психопатосы чертовы!

Жмуркин остался у костра один. Он съел всю рыбу, выпил чай из смородины, посидел просто так. Понаблюдал, как медленно гаснут угли и улетают в чернеющее небо последние искры. Потом Жмуркину стало скучно, он залил костер водой и тоже направился к стогу.

Генка и Витька уже вырыли к этому времени две норы и забрались внутрь, одни пятки торчали. Жмуркин раскопал сено с противоположной стороны и тоже устроился на ночлег.

В стогу было хорошо. Сквозь сено просвечивали звезды, внизу, у земли, шуршали медленные стоговые мыши, а само сено пахло прошлогодним летом. Любая романтическая натура могла лишь мечтать о ночевке в стогу. Но Жмуркин не был романтической натурой, он сразу же принялся пыхтеть, ворочаться и возмущаться.

— За шиворот разной фигни уже насыпалось, — ругался он. — И ведь колючая такая, как треугольная будто… А эти мыши! Может, они на людей нападают? Может, они бруцеллез [42] какой-нибудь переносят?

— Помолчи, Жмуркин, — сказал Генка.

— А чего помолчи! — обиделся тот. — Разве нельзя было домой пойти? Нельзя было как людям поужинать, а потом спать лечь в нормальных постелях?

— Я говорю, Жмуркин, помолчи!

— Вот когда тебе мышь за пазуху залезет…

— Жмуркин, заткнись! — приказал Генка. — Ты что, ничего не слышишь?

Жмуркин замолчал. Витька насторожился. Со стороны озера раздавалось беспорядочное жестяное бряканье.

— Банки, — сказал Жмуркин. — Вы их ведь к сети привязали?

— К сети, — подтвердил Генка.

— Это значит…

— Это значит, что Старый Ник попался, — Генка принялся выбираться из стога. — Вот сейчас и проверишь, вкусный он или как…

Витька стал выбираться следом.

— Может, до утра подождем? — предложил из сена Жмуркин.

— К утру он превратит сеть в лохмотья, надо сейчас вынимать.

Генка уже бежал к пляжу.

— Действуем так, — говорил он. — Я на плоту плыву к тому берегу протоки, а вы хватаете сеть на этом. Я перерубаю шнур, а вы сразу начинаете сеть вытаскивать. Вытащили на метр — закрепили за иву, вытащили — закрепили, вытащили — закрепили. Ясно?

— Яснее не бывает, — отвечал Витька. — Попался, голубчик…

— Фотик забыл, — жаловался Жмуркин. — А вдруг это самая крупная щука в мире? Мы можем прославиться: попасть в Книгу рекордов Гиннесса, денег заработать…

Они быстро шагали по пляжу. Генка впереди, Витька и Жмуркин за ним. Бряканье не прекращалось.

Генка схватил топор, сбежал к воде, запрыгнул на плот и оттолкнулся. Он погнал плот вдоль пляжа, чтобы не уходить на глубину, где шест не достал бы дна.

Витька и Жмуркин добежали до сети раньше. Шнур, крепивший сеть к липе, был натянут до звона, сама липа дрожала от рывков, а самодельный Генкин колокольчик бился на леске, как припадочный. Все поплавки погрузились в воду.

— Хватайся! — Витька взялся за шнур первым.

— Хватаюсь уж, — Жмуркин пристроился с другой стороны.

— Как Генка рубанет по тросику, так мы тянем! — напомнил Витька.

Генка доплыл до протоки, добрался до сежня, наклонился к сети. Размахнулся, рубанул по шнуру топором. Шнур дзинькнул и хлестко ушел в воду.

— Тянем! — крикнул Витька.

Сеть пошла неожиданно легко. Она выбиралась метр за метром, никакого сопротивления не чувствовалось.

— Черт! — неожиданно ругнулся Витька. — Закрепить забыли!

И Витька стал привязывать вытянутый кусок сети к липе. Он подтянул шнур к толстому кривому суку и уже собирался набросить на него петлю, как вдруг мощный рывок вырвал шнур из его рук. Витька зашипел от боли и почти сразу же услышал крик Жмуркина.

Жмуркин вопил от ужаса. Витька повернулся на этот вопль.

Сеть медленно уходила обратно в воду. И так же медленно сползал к воде по песку Жмуркин — левая нога его запуталась в шнуре. Жмуркин не мог ничего сказать, только орал.

Все произошло настолько быстро, что когда Витька прыгнул, пытаясь поймать Жмуркина за руку, тот оказался в воде уже по пояс.