Чтение онлайн

Скликните, съаукните, спросите их, допросите их.

Кто из них разум помутил?

Кто из них его подурил?

Кто на чистую сиду усадил?

Кто отнял здравие у раба Божьего (имя)?

На чем ее поддурили, на чем погубили,

Ум-разум подмутили?

Чем отняли ее здравие и ум?

На хлебе? На воде? На соли? На еде?

На земных плодах? На грязных водах?

На траве? На росе? На песке или земле?

На ветре, на огне?

На бане? На дыму?

В осиннике? В дому?

В постель ли подложили?

Кутьей ли обкормили?

Я прошу вас, молю,

Атаман Кияш и атаманша Кияша,

Выгоньте дурноту из головной кости,

Из серых мозгов, из-под языка темени,

С висков, с затыльни, со всех волосков.

Выгоньте недуг, выгоньте бесов дух.

Чтоб (имя) не страдала,

Дурных слов не повторяла,

Диким криком не кричала, неделями не молчала.

Выгоньте из рабы Божьей (имя) беса ночного,

Беса дневного, полуденного, часового,

Минутного, ежесекундного,

Который всажен был тобой,

Или твоею женой, или твоим братом,

Сватами или сватьями,

Может, твоими сестрами,

Или сыновьями, или твоими дочерями.

Может, какими ли-то колдунами или чародеями.

Первыми или вторыми,

Третьими или седьмыми.

Гоните вы их, выгоняйте,

Голову рабе Божьей (имя) поправляйте.

А если вы не поправите,

Если свое вы не вынете,

Если своего вы не выгоните,

Если своего вы не вышлете,

Не отдадите рабе Божьей (имя)

Талант, здравый смысл, счастье и долю,

Всему полному телу здоровье,

Буду тогда просить я знахарской моей властью,

Духами моей воли, ангелами,

Что мне даны в помощь,

Буду просить молитвой:

Господи! Колыхни воду!

Буду просить молитвой:

Господи, колыхни землю!

Буду просить молитвой:

Господи, опусти небо!

Буду просить Громовержца – молнию на Кияша.

Бог мой, Господь, дай Ты мне в помощь

Рать свою золотую, неспобедимую:

Федора Тылина, Егория Храброго,

Николу Угодника, Михаила Архангела,

Ивана Воина, Ивана Крестителя,

Устина Куприяна, Дмитрия Салынского,

Святого Симона, всех святых угодников

В помощь к рабе болящей (имя).

Придут они из-под красной зари,

Светлого месяца, ясного солнца

С яркими лучами, с острыми мечами,

Калеными стрелами,

Со святыми иконами, с Божьей молитвою.

Стрелами вас пожгут, мечами вас посекут,

Пепел ваш в Океян-море снесут.

Не отступи, Господи, от рабы Божьей (имя),

Рать свою не отзови

До тех пор, пока голова в здравие не войдет,

Хворь с головы ее не сойдет.

Господи, Господин – Царь земли,

Неба и воды, и всех животов!

Смилуйся над рабой Божьей (имя)!

Просвети ей мозг, темя вылечи, виски выправи.

По весь день, по весь год, по весь век.

Отныне и довеку и во веки веков. Аминь.

Слово «раба» по необходимости меняют на слово «раб» в зависимости от пола человека.

Есть письма, от которых надолго теряется настроение. Охватывает тревога за людей, которые живут и ходят по одной земле. Невыносимо читать письма матерей, которые отдали любимого ребенка в армию здоровым, а он вернулся в отчий дом в полной невменяемости, шизофреником.

Из письма: «20 июня 1997 года мы отправили сыночка Алешеньку в Российскую Армию. Разве надо говорить, как мать любит своего ребенка? Все в нем мило и дорого: как ходит, как спит и как молчит. Нет дороже ничего на земле наших детей. Это могут знать и понимать только матери. Все, что связано с их рождением и воспитанием, никогда не забыть: вот он ножками пошел, вот лепетать начал. На руках носили, за руку водили, в школу провожали. Никто нас не спросит: тяжело ли, есть ли еда, одежда, чтоб детей вырастить? Подходит час, и вот уже над нашим ребенком есть кому распоряжаться, и он себе не хозяин, и мать его не защитит.

Сын из армии писал, но писал как-то скупо. После прочтения каждого его письма оставалась какая-то тревога, словно он что-то хочет и боится сказать. 12 апреля я получила письмо от врача психоневрологического отделения Хабаровского госпиталя. Я заказала переговоры с госпиталем, и мне сказали, что у моего сына психическое заболевание, он будет комиссован и его привезут через две недели в нашу областную больницу.

Так они несколько недель обещали мне, что скоро отправят. 8 июня я вылетела из Свердловска в Хабаровск. Конечно, невозможно и очень трудно описать, каким стал мой сын. При росте 182 см он внешне был похож на скелет. Но, Боже мой, что сделали с его душой! В госпитале под действием успокоительных он ответил на все мои вопросы о службе. Первое, что он испытал на себе, так это голод, второе: постоянное унижение со стороны сержантов. Били за все и жестоко. Неправильно надел сапоги – бьют, не так перезарядил автомат – бьют, не выполнил молниеносно задание – бьют, как убивают. Однажды, когда он, совершенно не наевшись, осмелился выпить два стакана киселя, сержант бил его головой о стену. От постоянного голода ребята чувствуют заторможенность, а любое промедление – избиение. Один раз он подошел к повару и, превозмогая стыд, сказал, что сильно хочет есть, но тот его послал. Наши дети не только теряют чувство собственного достоинства от рабского битья, голода и запущенности, их превращают в моральных уродов, а мы не можем помочь своим мальчикам. Пока я была в госпитале, то насмотрелась, какими они туда поступают: потерян вес на 15 и более килограммов, они грязные и больные, они беззащитны и в большой беде.