Чтение онлайн

А вот вопрос: смог бы совершить это убийство Западинский? – увы, пока оставался без четкого ответа. Недаром говорится, что озверевший фраер – страшнее бешеной собаки. Грязнов не раз видел в жизни тому живые примеры.

Теперь об исполнителях. Не сами же Игнатов или Западинский разрядили револьвер в башку Матюшкина. Так вот, вряд ли у Игнатова нашелся бы исполнитель, готовый замочить директора ФАПСИ. Тут действовал скорее кто-нибудь из уголовников, профессиональных киллеров, которых нанять могли двое: Западинский и Абушахмин. Но вор в законе не мог знать, что приедет Матюшкин, поскольку он, по словам официантов и швейцара, отбыл гораздо раньше. Западинский тоже ушел, но где-то незадолго до стрельбы. Со слов одного швейцара. Другие не видели.

Картина с Игнатовым в общих чертах ясна. Если он сразу не принял оглушающей дозы. Что в его возрасте опасно. А он помирать совсем не собирается.

Значит, решающее слово во всей этой истории должен сказать источник Алексея Петровича Кротова. Кто он – неизвестно, да и знать посторонним не следует, у Крота своя агентура. И Грязнов, окончательно сформулировав для себя и Крота вопросы, набрал его номер.

Алексей Петрович внимательно выслушал, удивился столь нелепой развязке в ресторане. Все мог предположить, но не убийство руководителя Федерального агентства. Он пообещал Вячеславу Ивановичу постараться прояснить этот вопрос до… ну, скажем, до середины завтрашнего дня. В конце концов, ночи созданы Богом также и для того, чтобы люди могли отдохнуть…

Наконец позвонил Турецкий и сообщил, что протрезвевший и пришедший в ужас генерал Игнатов передан из рук в руки первому заму Матюшкина. Поведение его показалось Александру Борисовичу искренним. Труп увезли для вскрытия, хотя картина более чем ясная. Допросы закончены, протоколы подписаны. Что дальше?

Грязнов сказал, что ожидает с минуты на минуты известия из Солнечногорска, где ловят автомобиль Западинского. Если олигарх окажется там, то лучшего времени, чтобы заглянуть в Фили, и не придумаешь.

Турецкий пообещал тут же приехать. Не мог же он передоверить даже лучшему другу такую авантюру! Отвечать, так всем вместе.

И пока он ехал на Петровку, пришли сразу два известия.

Первым позвонил Женя Злотников и рассказал о неудавшемся побеге Жилы. Об оружии и наркоте у Зуба. Также и о том, что труп Жилина уже отправлен в морг. А Зуба везут в «Петры», чтобы завтра решать, что с ним делать дальше. Ну а оружие, как положено, на экспертизу.

– Давай действуй, заместитель, – сказал Грязнов. – Закончишь, отправляйся отдыхать. Все на сегодня свободны.

– Так от «сегодня» остались уже считанные минуты, – пошутил Злотников.

– Вот и исполняй, – без тени юмора отозвался Грязнов и положил трубку, потому что стал надрываться другой аппарат.

– Ну наконец-то! – воскликнул Вячеслав Иванович, услышав голос Спиридонова. – Вы где?

– Поймали, товарищ генерал! – прилетел издалека голос майора, перебиваемый шорохами и скрипами в трубке. – Он сам привел к своему дворцу. Ну, доложу вам! Тут и батальона будет мало!

– Сам-то, сам где? – крикнул Грязнов.

– Да тут! Видели его. И джип тот красный – тоже. Что будем делать?

– Во всяком случае, штурмовать запрещаю. Оставь наблюдателей. Пусть, если что, немедленно сообщают. Выехал там, или еще что случится. До утра наблюдение не снимать. Потом сменишь, но так и не слезай. Можешь даже продемонстрировать наглую наружку – разок-другой засветись, чтоб они замандражировали. Но глаз все равно не спускайте. Остальные свободны.

Ну что? Ночка, кажется, началась неплохо!

Вот теперь, сказал себе Вячеслав Иванович, самое время спросить у Дениски, что он думает по поводу небольшой ночной прогулки в обществе крупных специалистов по проникновению в чужие квартиры. Если ничего не будет иметь против, останется только дождаться Саню и приступить к операции под кодовым названием, ну, скажем… «Воры в доме». Кажется, когда-то даже роман был с таким названием, только писал его хохол и потому назывался он смешно – «Злодии у хати»…

Что, если вдуматься, совсем не одно и то же.

Славкина настойчивость понравилась Александру, хотя он, прознав о том, что у Западинского имеется свой замок на побережье Сенежского озера, который можно взять разве лишь штурмом всех правоохранительных сил, вместе взятых, не сомневаясь, заявил: данная операция ничего не даст.

– Но почему? – чуть не возмутился Грязнов, уверенный в Саниной абсолютной поддержке своей идеи. Он уже забыл, чья она была первоначально – его или Турецкого, но это было теперь и неважно.

– А потому, мон женераль, что все необходимые нам материалы могут и должны находиться лишь там, где они в полнейшей безопасности. Для интереса задай свой вопрос Питеру, который тебя не забыл, и узнай его мнение. Убежден, он согласится со мной.

– Так что же? – обескураженно спросил Грязнов. – Отменяем операцию? А я приготовился… Название придумал…

– Ну в принципе, если для очистки совести… можно попросить Дениску с его орлами. Им эти трудности, как два пальца… Но я считаю, что там нас ожидает пустышка. Вот Сенеж – это другое дело.

– А я бы рискнул. Хоть и незаконно, но…

– Звони в «Глорию». Под кого они станут работать?

– Разумеется, под грабителей, – ничуть не сомневаясь, сказал Грязнов. – Но их спугнут.

– Ты и в самом деле все продумал! – восхищенно засмеялся Турецкий. – И кто же?

– Есть у меня в ОВД «Фили» умный человек, которому ничего не надо объяснять. Он и спугнет, и протокол при нужде составит, и сам подежурит до прибытия хозяина. Если появится нужда.

– Ну-ну… – философски хмыкнул Турецкий. – А мы пока подождем?

– Что ж теперь остается, – вздохнул Грязнов и поднял трубку, чтобы звонить Денису…

Время тянулось медленно. Телефоны молчали.

Наконец, уже в третьем часу, раздался звонок и бодрый Денискин голос сообщил:

– Все в порядке, дядь Слав, пусто-пусто.

– Ясно… – протянул Грязнов. – Вы там сильно не наследили?

– Как можно!

– Проверять за вами не надо?

– Дядь Слав!

– Ладно, все свободны. И всем – мое большое спасибо.

– Народ тебя благодарит тоже, дядь Слав. – Дениска, видимо, имел в виду своих сотрудников, проводивших вместе с ним обыск в пустой квартире Западинского.

– Перед народом Грязновы – запомни! – никогда не были в долгу. Так и передай своим архаровцам.

Положив трубку, развел руками: мол, сам видишь. Да, полностью оказался прав Александр Борисович, ничего не скажешь. Но – попытка, как по легенде любил повторять мрачный Лаврентий, совсем не пытка.

– Ничего, Слава, – взялся успокаивать несколько расстроенного неудачей друга Турецкий. – Зря, конечно, старались ребятишки, зато и мы можем быть теперь спокойны. Кое-что мы все-таки имеем.