Чтение онлайн

он проведет с кем-то еще.

Я отмела эти мысли. Мне следовало сделать еще один звонок, который нельзя было

откладывать, как бы сильно меня это не пугало.

– Привет, мам, - сказала я, когда она ответила.

– Мэдисон, я как раз думала о тебе. Как ты?

Я услышала на фоне звук телевизора, шум напоминал заставку игрового шоу.

– Все... хорошо.

Я не была уверена, как много она знает. Даже когда я говорила с ней о чем-то важном,

она часто не слушала или забывала мои слова сразу.

Так мне было легче сохранять в тайне большую часть моей жизни.

– Мне нужно кое-что сказать тебе. Я упоминала прежде о стажировке, но сейчас я не там.

Я в группе. И сейчас мы на шоу, на "Звуке".

Она вздохнула.

– Знаю.

– Ты знаешь?

Почему она не позвонила? Я никогда не предавала значения тому, как ей сложно было

делать что-то.

– Конечно. Я смотрю шоу. Не представляла даже, что ты все еще играешь на гитаре.

– О, да.

Я замолчала, прежде чем сказать еще что-то, рассказать о том, что впустую тратила

талант и что гитара - не настоящий инструмент, но это ничего не значит.

– Мне жаль, что я не сказала тебе раньше о группе, о шоу и... обо всем. Все случилось так

быстро, словно безумие, и я была так занята...

– Хм. Я видела тебя прошлой ночью. Кажется, это было неудачное падение.

– Я подвернула лодыжку, но в целом все в порядке. Я приложила к ней лед.

– Хорошо, хорошо.

Очередная пауза. Она звучала отдаленно, словно не слушала. Вероятно, отвлеклась на

свое шоу или сигареты. Вот почему я никогда не звонила ей;никто из нас не знал, что

сказать друг другу.

– Как дела в колледже?

Она больше интересовалась шоу, нежели тем, что происходило в моей жизни. Ни слов

одобрения, ни вопросов о том, как дела, ни пожелания удачи. И почему меня это не

удивило? А вопрос прозвучал так, словно она чувствовала себя обязанной его задать, а

вовсе не потому, что действительно интересовалась этим.

– С учебой порядок. Остался последний год.

– И все?

– Да, последний год. И все.

Она и правда не знала? Она явно претендует на звание "Мать года". Я поправила лед на

лодыжке, но мне нужен был новый пакет. Прекрасно - повод прекратить разговор. Было

еще одно, последнее, что я хотела спросить у нее, но этот разговор был мне ненавистен.

Джулия сказала, что мама выглядела лучше, но мне нужно было услышать это от нее.

– Ты держишься? Ну... ты знаешь, о чем я...

– Я не пью, если ты об этом, - она огрызнулась.
– Трезва уже три месяца, спасибо за

заботу.

– Это же здорово, мам.

– Да, ну, это не имеет значения, -

снова неловкая пауза.
– Ты говорила с отцом о шоу?

Я сжала телефон. Так было всегда. Я спрашивала ее о выпивке, а в ответ она

напоминала о нем. Хотя я уверена, что разговор о нем причинял ей сильную боль.

– Нет, и не собираюсь.

– Он же твой отец.

– Скажи это его настоящей семье.

Она фыркнула в трубку.

– Как знаешь.

Никто из нас минуту не проронил ни слова, и я старалась придумать что-то, чтобы

закончить разговор на позитивной ноте. Ничего не приходило в голову.

– Я проголосовала за вас прошлой ночью, - сказала мама.

– Ты проголосовала?

Это был маленький жест, но все же для матери, которая не думала ни о чем, кроме как

переключать каналы перед телевизором, это было большое дело. Может быть, это

сделало ее день более насыщенным, чем у большинства работающего населения.

Легкий ветерок обдувал мои волосы, охлаждая кожу, когда я вошла в здание театра.

Хотя мы не должны были сегодня выступать, нам следовало сделать прическу и макияж,

а также получить инструкции, поскольку мы не знали, где встать на сцене. Сегодня

должны были выступить победители прошлогоднего шоу, затем следовал диалог между

Лэнсом и Энджел, которые прощались с участниками, не набравшими достаточное

количество голосов вчера. Нам оставалось время, чтобы просто сидеть, ожидая, когда

вызовут команду Дэна.

Всю ночь я старалась избегать Джареда, прячась от него в туалете, чтобы не оставаться

наедине. Кайл, кажется, заметил что-то, потому что выловил меня, когда я наконец

вышла.

– Все в порядке?
– спросил он.

– Просто проверяла лодыжку и все.

Лодыжка и правда немного пульсировала от того, что я натрудила ее во время ходьбы,

но все было не так плохо. По крайней мере это было единственное объяснение, почему я

проводила всю ночь в туалете.

– Я не это имел в виду, - он провел ладонью по волосам, нахмурив лоб.
– Что-то

случилось вчера, после того, как вы ушли с Джаредом?

– Нет. Ничего не произошло.

Я ненавидела лгать ему, но рассказать правду о нас с Джаредом не могла. В лучшем

случае он бы сказал:"Я же говорил".

Худшее - он мог бы захотеть, чтобы я ушла из группы после того, как все закончится.

Кроме того, поцелуй с Джаредом был минутной слабостью, и такого не случилось бы

вновь. Не было причин упоминать об этом.

– Ты в состоянии порепетировать завтра?
– спросил он.

– Да, но напомни мне, никогда больше не падать со сцены.

– Думаю, это очевидно, но, да, конечно.

Он усмехнулся, и я расслабилась. Мне не хотелось недомолвок между нами. Прежде чем

я присоединилась к группе, мы были друзьями, которые всегда сидели вместе и делали

домашние задания, но никогда не тусовались в одной компании. Все изменилось с той

ночи после их выступления, и даже если то, что случилось с Джаредом, было

оплошностью, я по-прежнему была счастлива, что пришла на ту вечеринку.

– Я правда рад, что ты с нами, - сказал он, словно читал мои мысли.