Чтение онлайн

Эми хихикнула.

Джордан пожала плечами.

– Произведение искусства можно сотворить из чего угодно.

Вскоре возле машины столпилась куча народа. Мелькали вспышки камер. Люди оживленно переговаривались, бросаясь фразами типа «социальный комментарий» или «слияние реальности и искусства». От толпы отделилась худющая дамочка. Взбежав по ступенькам музея, она остановилась, обернулась и сделала несколько снимков машины и велосипеда. Затем она вытащила из своей сумочки блокнот и обратилась к толпе:

– Кто художник? Кто-нибудь знает художника?

Джордан вышла вперед и ткнула в Эми пальцем.

– Она художник.

Эми игриво шлепнула Джордан по руке.

– Просто подыграй, - прошептала Джордан. Женщина поспешила к Эми.

– Я так рада с вами познакомиться. Вы не против дать мне интервью? Я журналист газеты «Орегонец». Я бы с удовольствием написала бы о вас в нашей газете, как о начинающем художнике. Как вас зовут?

Толпа людей окружила Джордан и Эми, отрезав любой путь к отступлению. Глаза Эми расширились. Она посмотрела на Джордан в поисках помощи. Джордан взяла ответственность на себя и заговорила с репортершей.

– Простите, она очень застенчивая. Знаете, у каждого художника есть свои странности. Ее зовут Эми Стюарт. А эта инсталляция носит название «Первый поцелуй».

– Какое необычное название, - отметила репортерша.
– Стоит ли за ним какое-то содержание?

Джордан посмотрела на Эми, приподняв бровь, давая ей тем самым возможность самой продолжить это представление. Эми приняла вызов и заговорила:

– Это слияние… это о… Короче, это автомобиль, верно? Маленькая машинка, которая больше походит на велосипед, чем на автомобиль. И велосипед. Раненый велосипед. Его шины порезаны и возможно он больше никогда не сможет… транспортировать. До тех пор пока он не познакомился с машинкой. И с помощью силы изоленты, он вознесся на машинку. Они как родственные души. Нашли друг друга.

– Ух, ты!
– восхитилась репортерша. Она обернулась и еще раз внимательно изучила машинку с велосипедом.

Репортерша отщелкала еще несколько снимков. Наконец она произнесла:

– Я поняла. Они будто целуются, верно?

Когда она обернулась назад, Джордан и Эми целовались. Этот момент она тоже засняла.

– Ты выглядишь, словно сексапильная тетушка Джемима, - сказал Чед, стоя на пороге офиса Эми.

Эми надеялась, что косынка его отпугнет. Однако вместо этого он сконцентрировал свое внимание на ней. Мало того, он еще и флиртует.

– Это новая я, - ответила она. Этим утром на ней был черный платок-бандана, усыпанный изображением кислотно-желтых пакманов. Она почувствовала, как ее обуяло растущее внутри чувство феминизма.

– До меня дошли слухи о твоем новом гардеробе, - Чед обошел стол и заглянул под него.
– А вот и кеды Доктора Кто.

Эми открыла ящик стола, хлопнув Чеда по башке.

– Ой!
– он потер лоб, на котором отпечаталась крошечная замочная скважина.

– Это все из-за сыра?

– Сыра?
– спросила Эми. Она понятия не имела, о чем он говорил.

– Ну, помнишь, тем вечером, когда ты уплетала сыр и чипсы на заднем дворе.

– О, это. Нет, я просто не люблю, когда кто-нибудь заглядывает мне под стол.

Эми резко встала, и он поспешно отступил назад. Она чуть не рассмеялась. Чед выглядел напуганным. Это было чем-то новеньким. Может быть, пара новой обуви повысила ее самооценку. Ей определенно стоит прикупить еще больше.

– У меня обход, - сказала она, - подозреваю, у тебя тоже.

– У меня перерыв на час.

– Тогда почему ты еще тут?

– Я надеялся тебя увидеть.

Она вопросительно изогнула бровь. Разве ему не было со всей очевидностью ясно, что она не хочет иметь с ним ничего общего?

– Почему?

Чед развернул газету и протянул ей. Она была заложена на странице «Искусство».

– Можно взять у тебя автограф?

Эми уставилась на газету. Там была фотография машины Эми с примотанным к ее крыше велосипедом. Заголовок под ней гласил: «Начинающий художник, Эми Стюарт, Демонстрация одного из многих способов использования изоленты».

– Что это означает?
– спросил Чед.

– Это была шутка, - сказала Эми.
– И она немного вышла из-под контроля.

– Да уж, - сказал он.

– Ты должна заставить их написать опровержение. Ты врач. Ты не должна позволить им запятнать свою репутацию.

Эми сморщила нос.

– Ты что, серьезно?

– Ты можешь обвинить во всем ту девчонку. Она заставила тебя, - тем временем продолжил Чед.

Эми уж было собралась вылить на его идеальный фасад весь свой поток желчи и ненависти, когда запищал ее пейджер.

– Мне нужно идти, - с обидой бросила она. Эми выхватила газету из его рук и направилась к двери, ведущей в коридор. Ее новые кеды заскрипели по линолеуму. Уже в коридоре, она развернула газету. Увиденное заставило ее резко остановиться.

– Боже мой.

Под снимком с автомобилем расположился еще один. На этом Эми и Джордан целовались.

Только что она совершила каминг аут перед всем миром.

– Что же скажет моя мама?
– произнесла она вслух.

– Ирма!
– завопила Джордан.
– Какого хрена?

Эдисон загоготала. Ирма взболтала жестянку с зеленой краской, и большая ее часть выплеснулась Джордан на лицо. Теперь она выглядела как грустный клоун из цирка, пускающий зеленые слезы.

– Я думала, вы, славяне, методичный и последовательный, а не беспорядочный народ, - сказала Джордан, взглянув на стоящую выше Ирму.

Ирма красила второй этаж, в то время как Джордан с Эдисон - первый.

– Мы методичный в технике пытка и допрос. А во всем остальном - бардаковый, - сказала Ирма. Даже сейчас она была во всем черном, а ее волосы были отполированы лаком до состояния шара номер восемь. Она творила словно Джейсон Поллак, то есть больше капала и разбрызгивала, чем красила.

– Ну, ты там поосторожнее, ладно?
– проворчала Джордан.
– Ты тратишь больше краски на меня, чем на дом.

Ирма протянула ей жестянку.

– Добудь больше краски для Ирма. Ирма не может рисовать без краска. Узрела дилемма? У Ирма нет время для праздный тары-фары.