Чтение онлайн

– Это мама Эми и ее лесбийская подруга Лилиан, - объяснила Джордан.

– Ой, - сказала Эдисон.
– Простите, - Она перегнулась к Эми.
– Я и не знала, что твоя мама была лесбиянкой.

– О, йййес, - воскликнула Клэр.
– Это работает. Лилиан, мы официально под прикрытием.

Эми пожала плечами.

– Я уже и сама нечего не знаю.

Свет в зале окончательно погас. Джордан взяла Эми за руку. Эдисон заметила это и глубоко вздохнула. Ирма прокралась в зал и уселась рядом с Эдисон.

– Все установлено?
– прошептала Эдисон.

– Конечно, установлено, - ответила Ирма.

Эдисон кивнула, посмотрела на свои часы и нажала на них несколько кнопок.

– Посмотрите-ка, лесбиянка на ходулях, - воскликнула Клэр, указывая на сцену. Шесть женщин выпрямились на своих местах и превратились в само внимание.

Лесбиянка на ходулях оказалась совсем не смешной. Она слонялась на своих ходулях по сцене и рассказывала всякие истории и шутки, которые были не смешными. Чтобы ходить на ходулях особого ума не надо. Джордан это знала, потому что они с Эдисон использовали ходули, чтобы присобачить на стену гипсокартон в гостиной.

– Не просто ходить на ходулях, - прошептала она Эми, как бы извиняясь за скучное выступление. Комедиантка закончила свое выступление шуткой про две вагины, пришедшие в бар, одна была католичкой, другая иудейкой. Ирма с отвращением фыркнула. Джордан была склонна согласиться.

– Не так уж она и плоха, - сказала Эми, наблюдая за покидающей сцену лесбиянкой на ходулях.

– Помню, я была такая же, как ты - все лесбийское казалось сверкающим и манящим, - отметила Эдисон.
– Это пройдет. Поверь мне.

Следующим выступлением была небольшая пьеска под названием «Сладкие Терзания», и она была неплоха. И не потому что перед этим выступала лесбиянка на ходулях. Это была неглупая пьеса про лесбиянку на смертном одре. Не путать с «лесбийской постельной смертью».

К концу выступления в зале не осталось и пары сухих глаз. Джордан готова была поклясться, что услышала, как Ирма, непробиваемая как русский танк, всхлипывала сквозь слезы.

– А вот это было неплохо, - заметила Лилиан.

– Снежная Королева следующая на очереди, - прошептала Джордан Эдисон.

– Запускай таймер.

– Да знаю я, знаю, - сказала Эдисон, яростно нажимая на цифры на своих электронных часах.

Подсветка на сцене сменилась с теплой и умиротворяющей на яркую и холодную. Женщина, одетая во все черное, вынесла на сцену высокий табурет на трех ножках и поставила его в самом центре. По прошлому опыту Джордан знала, что Петронелла обожает парадные выходы. Даже когда отправляется в постель. Джордан могла уже наполовину спать или быть не в настроении, а Петронелла все равно эффектно появлялась в спальне. Одетая в белоснежный пеньюар, она прислонялась к дверному косяку, словно гламурная звезда кино 30х годов. Это было так напыщенно и фальшиво, что для Джордан сие было главным убийцей любого желания.

После бесконечно долгого затишья на сцене, на нее эффектно вышла Петронелла. Она величественно поднималась по ступенькам на сцену, одетая в белый фрак. Как только Петронелла заняла свое место под софитами, по залу пронесся гул.

– Когда уже она начнет?
– прошипела Эдисон.

– Ты что, ничего не понимаешь? Это ее любимая часть выступления, - съязвила Джордан.

Ирма взглянула на свои часы.

– Ирма думать, что ей лучше начать свой стих, прежде чем она никогда лучше, чем поздно.

Джордан понятия не имела, что за фигню только что озвучила Ирма.

Петронелла обратилась к публике:

– Сегодня вечером я прочту вам стихотворения из моего последнего поэтического сборника «Взбешенная вагина.»

– Лилиан, - прошептала Клэр.
– Она только что сказала вспушенная вагина?

– Шшшш, - прервала их Эми.

Тем временем Петронелла продолжила:

– Стихотворения, что я выбрала для этого вечера, связаны с темами травли, порабощения, умерщвления, фальсификации понятия и отлучения от церкви Великого Женского Начала. Это стихи о разрушении и триумфе, созидании и поражении, чувственности и садизме.

– Как воодушевляюще-то, - пробурчала себе под нос Джордан.

– Первый стих называется «Вагина Дентата. Или. Моя вагина отрастила клыки», - торжественно произнесла Петронелла.

– Ирма уже нравится этот стих, - прошептала Ирма.

Петронелла начала свою трагичную декламацию:

...за бокалом прекрасного кьянти.

Петронелла драматично склонила голову. Ошеломленная публика притихла. Затем со своего места поднялась Ирма. Она подняла руки и хлопнула. Потом еще раз. Потом еще. Она закричала: «Брава! Брава!» Остальные зрители вскочили со своих мест и присоединились к овации, хлопая и свистя.

– Ты чего вытворяешь?
– прошептала Эдисон и схватила Ирму за рукав, возвращая ее на место.

– Ирма делаться очарованный, - Ирма бросила взгляд на Джордан.
– Ты не говорить Ирма, что она такой талантливый.

 - Джордан не знать, что Ирма может понравиться, - ответила Джордан, имитируя свой лучший русский акцент.

Клэр оглянулась через плечо и улыбнулась.

– Я так горда, что и у меня есть вагина.

Эдисон опустила на глаза очки и достала из кармана пиджака пульт дистанционного управления.

Как только зрители утихли и заняли свои места, из-за сцены раздалась мелодия из фильма Челюсти. Петронелла посмотрела со сцены в зал и сделала знак, будто перерезает кому-то горло. Музыка не смолкала. Петронелла окинула взглядом аудиторию и подняла вверх указательный палец, этим своим жестом как бы говоря «Подождите, Я, Снежная Королева и Владычица Вселенной сейчас об этом позабочусь». Она направилась в сторону звуков, нарушивших ее творческий экстаз.

Петронелла остановилась.

Она замерла с широко распахнутыми от ужаса глазами.

Она сделала шаг назад.

По направлению к сцене катил автомобильчик-танкер Эдисон. Она соорудила еще один, такой же, как и тот, что послужил причиной полета мистера Пипа из окна. Только к этому автомобильчику была приделана емкость, наполненная синей, красной, зеленой и желтой краской. Наконечник краскопульта был прикреплен к выдвижному рукаву, который поднимался или опускался с пульта дистанционного управления Эдисон и в настоящий момент был направлен в сторону сцены.