Чтение онлайн

"Но я позволила глупому мальчишке разрушить то, что я любила".

В ней есть гнев — должен быть, но она его не показывает. Однако она не может скрыть обиду, и это убивает меня.

"Я всегда бросаю все, когда становится трудно, и ненавижу себя за это".

"Не будь так строга к себе".

Она что, не слышала, что только что сказала? Ситуация не просто "осложнилась", весь ее мир рухнул, и у нее не было выбора: либо идти ко дну вместе с ним, либо заново создавать себя.

Держась за кончики ее пальцев, я напрягаюсь и отступаю от перил, сосредоточившись на ней. Она выпрямляется под моим пристальным взглядом.

"Я думаю, ты поступила правильно. Ты должна гордиться тем, что у тебя хватило смелости уйти от того, что тебе не подходило. Ты защитила себя. Я знаю так много людей, которые остались бы и давали бы ему еще шанс за шансом, проводя следующие несколько месяцев или лет своей жизни только в разговорах о том, что им следует делать, никогда не действуя на самом деле. Клянусь, иногда люди остаются только ради драмы. Но ты так не поступила. Нужно быть невероятно сильным человеком, чтобы пережить такое".

Она улыбается мне, не совсем веря, но благодарная за то, что услышала это. На палубе достаточно гостей, и я решаю рискнуть и подношу ее руку ко рту, чтобы крепко поцеловать, а затем прижимаю ее к себе. К черту пассажиров, которые нас увидят, — Элизе нужно знать, что кто-то на ее стороне. И этот кто-то — я.

С одной стороны, я хотел бы знать ее тогда, чтобы избавить ее от… Как она его называла? От глупого мальчишки и его отвратительного поведения. Но с другой стороны, я так рад, что мы сейчас встретились. Ей могло быть также плохо со мной. Оглядываясь на свое прошлое, я чаще испытываю отвращение к себе, но по какой-то причине Элиза, кажется, верит в меня. Она вдохновила меня сегодня на то, чтобы перестать тратить время на падения и вместо этого сосредоточиться на восстановлении.

Мы гуляем еще немного, пока каблуки Элизы не берут верх над ней, и мы заходим внутрь.

Когда это свидание закончится, она вернется в свой домик. К Тому. Это ему, возможно, придется помочь ей выбраться из этого платья, а не мне. Не могу даже рискнуть поцеловать ее на ночь у двери. Я не хочу повторения того, что случилось в прошлый раз, когда я провожал ее допоздна. А он почти гарантированно будет там сейчас.

Поменять комнату местами было единственным решением. Просьба к Дэниелу быть более внимательным к своим ночным развлечениям ни к чему не привела. "Не могу ничего обещать, но мы обязательно попробуем". С тех пор как Гвен приехала, я неоднократно наблюдал, как Элиза и Том уходят в себя, и не мог больше молча смотреть, как они страдают. Их дружба казалась достаточно стабильной, чтобы рисковать близостью, и, кроме того, если бы он был там, это был бы верный способ не подпускать меня. Конечно, я не знал, насколько сильно пожалею об этом решении, пока не поговорил с Дэниелом.

Как только мы спускаемся на палубу, мне приходит в голову идея, которая может помочь как ей, так и мне.

Я веду нас к бару, покупаю ей напиток, как и положено хорошему свиданию, и вместо того, чтобы вести ее за наш отдельный столик, усаживаю нас с актерами. Она более чем достойна сидеть за этим столом, и я не перестану доказывать ей это, пока она сама не поверит.

"В этом году у нас будет дом с привидениями?" — спрашиваю я Джерри, отчаянно пытаясь сменить тему. Мне нечасто удается поговорить с ним вне мероприятий, так что я должен быть благодарен Оби за то, что он притащил его сюда из омлетной в попытке поднять мне настроение. Но не повредит ли ему быть более деликатным в этом вопросе? Я еще не получил ответа о втором собеседовании. Говорят, что если нет новостей — значит это хорошие новости, но для меня это означает, что им нужно больше времени, чтобы провести собеседование с другими кандидатами, потому что те, кого они видели до, не подходят им.

"Это точно! Мы с Генри встречаемся в конце этой недели, чтобы все обсудить".

"Что за тема?"

Элиза оживилась.

Я специально спросил его о том, в чем она тоже может принять участие, и я рад, что она заинтересовалась.

"Хэллоуин", — отвечает он так, будто не совсем понял ее вопрос.

Она качает головой, но решает не продолжать.

"Думаю, в этом году мы должны сделать что-то другое", — говорит Мэдисон. Я всегда забываю, что она тоже была на этом корабле во время своего последнего контракта, поэтому с самого первого дня она была фонтаном знаний.

"А что было не так в прошлом году?" — спрашивает он, но Мэдисон продолжает смотреть на него, словно говоря: «Ты что, забыл?»

"Ай, ладно. Что ты предлагаешь устроить?"

Она пожимает плечами, хрустя тостом.

"Не знаю. Спроси Элизу — она эксперт".

Он снова обращает внимание на Элизу, понимая, что, возможно, слишком рано отмахнулся от нее, и тут что-то щелкает. Ты работала на том аттракционе страха, верно?

Она кивает в середине глотка чая, сужает глаза и бросает на меня злобный взгляд. Сегодня утром я выиграл спор о том, кто будет готовить. И я все время что-то подмешиваю. Держу ее в напряжении. И это стоило того, чтобы получить этот взгляд.

"Так скажи мне, что ты думаешь об этом?"

Он достает свой телефон и с гордостью показывает ей загруженное на YouTube видео с прошлогодним походом в дом с привидениями. Она внимательно смотрит его, издавая различные вежливые звуки, выражающие интерес, но сохраняя серьезное лицо. Я точно знаю, что это значит. Такое же лицо она сделала, когда миссис Дав загнала ее в угол и в подробностях пожаловалась на свои вросшие ногти. Конечно, это было до инцидента с микроавтобусом — с тех пор она нас вообще не беспокоит. Элизе это не нравится, и она делает все возможное, чтобы не сказать именно этого.

"Круто. Держу пари, детям это очень понравилось".

О нет. Мы все вместе вздрагиваем, и она понимает свою ошибку.

"О Боже, нет, я имела в виду… Я не…"

Мы все хихикаем над ее промахом, включая Джерри, что заставляет ее немного расслабиться и тоже рассмеяться.

"Позволь мне начать все сначала. Это для всех возрастов?"

"Да."

Но у меня такое чувство, что это не совсем правильный ответ.

"У вас было детское и взрослое время?"

"Неа, просто все и всегда", — говорит Мэдисон певучим тоном, как будто она тоже знает, что это ужасная система.

Элиза обнажает зубы, и это напоминает мне смайлик "cringe emoji". Джерри не нужно больше убеждать в том, что ему нужна ее помощь.

"Что бы ты переделала здесь?"

Она смотрит на меня в поисках уверенности, и я отвечаю ей небольшим кивком. "Ну, во-первых, то, что страшно детям, не страшно взрослым. Я думаю, это логично".

Джерри выглядит немного смущенным, но на его губах играет любопытная улыбка.

"Но то, что происходит на этом видео, — это просто скачкообразные страхи. Один-два раза — отлично. Но это быстро надоедает. Люди, вероятно, ушли оттуда с тем же уровнем адреналина, с которым пришли. Вам нужно разнообразить предметы страха, потому что, то, что работает для одного человека, не всегда работает для другого. Может быть, у вас есть несколько преследователей, туннель для клаустрофобии, история для создания сценки".

Она уходит, ее глаза сверкают, а мысли бегут со скоростью мили в минуту.

"Маленький вопрос. Люди много смеялись?"

"Нет, конечно, нет. Это дом с привидениями — люди не должны смеяться".

Он захихикал, оглядывая стол в поисках поддержки, но Элиза приковала нас всех к себе.

Она поджимает губы, заставляя себя не отвечать.

Давай, скажи это.

"Единственное удовольствие, которое можно получить от страха, — это возможность посмеяться над ним сразу после этого".