Большие детки ласковой графини
Шрифт:
– Лорд Эдлир, только так и только на вы. Я ваш учитель, а не девочка подружка.
– строго произнес Эдлир, явно передразнивая меня, а лица некоторых молодых леди вытянулись от недовольства. Нам предложили разойтись по своим классам, всем раздали расписание занятий, так что оставалось только ждать.
Спустя два часа ко мне завалилась улыбающаяся толпа. До меня у них был урок истории и урок животноводства, наверное, поэтому они спешили на танцы с такой радостью. В моем классе также присутствовали парты, стулья и доска с мелом. А уже из моего кабинета можно было попасть в большой танцевальный зал, но занятия в нем начнутся еще не скоро, сначала необходимо проработать теорию, узнать историю различных танцев, прочувствовать откуда же берет свое начало искусство владения телом.
Девушек было ровно двадцать штук, точнее человек. Все как одна одеты в одинаковую форму с логотипом нашего пансионата, алой розой на груди. На всех классические ученические платья свободного кроя и любимого тетей фиолетового цвета с накрахмаленными воротничками и аккуратными белоснежными манжетами.
– Ну что, девушки, снова здравствуйте. Занимайте места, доставайте тетради.
– улыбнулась я девчонкам, те практически сразу выполнили мое поручение.
– Какие еще тетради, как вас там, Лунара? А танцевать? Мы сюда вообще-то не за этим пришли!
– начала выступать рыжеволосая девица, сумевшая даже на ученическую форму нацепить кучу дорогих цацок. Серьги, браслеты, броши, бусы, которые даже не смотрелись с ее нарядом. Наверное, когда ходит, она гремит как торговец пирожками, с которым всегда все расплачиваются мелочью. Тихонько хихикнула и поспешила ответить на выпад.
– Вообще-то изучение любого предмета начинается с теоретической части. Как вы сможете танцевать, к примеру, тот же вальс, когда не знаете, откуда он пришел, и почему он так популярен на всех балах.
– тетя предупреждала, что с девушками могут быть проблемы. Ее пансион считается лучшим из всех, поэтому многие родители отправляют сюда дочерей, надеясь на качественное перевоспитание. Конечно, такие не все, но я уже мысленно готовилась давать отпор избалованным аристократкам.
– Ты чего, мы леди, мы все это прекрасно знаем! За дур нас не держи! Тебе как и нам 20 лет, мы не глупее тебя!
– некоторые одобрительно поддакивали возмущениям рыжеволосой.
– Ну что ж, раз ты все прекрасно знаешь, скажи, какой средневековый танец одним из первых получил распространение на балах при дворе Короля?
– Эээ. Я не знаю.
– после пятиминутного раздумья сдалась она.
– Аллеманда, называется этот танец. А как ты собралась его танцевать, если даже названия не знаешь? Думаю теперь ВСЕ согласны начать учиться, как следует?
– в ответ покачали головой, выражая согласие. Недовольная девица, напыжившись, уселась на свое место. А я предложила девушкам назвать их имена и города откуда они приехали. Выяснилось, что больше половины девушек тут из столицы, включая рыжую, которую, как оказалось, зовут Элайя. На первом занятии я не успела им ничего рассказать, но зато записала имена каждой, мы мило побеседовали, и вроде бы я им даже понравилась. Девушки отправились на обед в столовую, я тоже поспешила кушать, но в отдельный зал для учителей.
Учительская столовая это небольшой зал смежный с ученической, там стоят несколько столов на четверых человек. Стоило мне только появиться внутри, как мой нос уловил запах еды, довольно приятный. Тут же мне принесли тарелки, а еще кружку моего любимого отвара из шиповника редкого сорта, который растет только в замковом саду. Вот ведь тетя, и тут она все продумала. Соседний стол был полностью занят учителями, кивнула им и уже расстроилась, что придется есть в одиночестве, как рядом на стул плюхнулось тело.
– Не подавись.
– язвительно произнес Эдлир и, махнув повару, чтобы ему принесли еду, умчался в неизведанном направлении.
– как и следовало ожидать, подавившись, я закашлялась, тут же кто-то участливо похлопал меня по спине.
– Извините, можно присесть?
– поинтересовался улыбчивый молодой человек лет 25. Что-то в нем показалось мне отдаленно знакомым. Он был довольно приятной наружности. Средний рост, худощавый, но жилистый, короткий ежик волос, серые глаза, круглый нос и до безобразия широкая улыбка.
– Конечно, присаживайтесь. А вы тоже тут работаете? Просто я сегодня немного опоздала, не успела всех рассмотреть.
– я робко улыбнулась.
– Я учитель по растениеводству. Буду учить девушек из маленьких зернышек создавать красоту. Скажите, Лунара, а вы меня совсем-совсем не помните?
– еще шире улыбнулся он.
– Простите, но моим учителем по растениеводству два года назад была почтенная женщина далеко за шестьдесят. Вы на нее явно не походите.
– еще раз, как бы сомневаясь, оглядела учителя.
– А так?
– спросил он, и достал из под рубашки, висевший на шее, кулон. Только взглянула на него, и мое сердце пропустило удар.
– Господи, Лью! Лью, это ты?! Быть того не может!
– маленький камушек с дырочкой посередине, на котором до боли знакомым почерком красовались выцарапанные две буквы Л. Из моих глаз потекли слезы счастья, а через секунду я оказалась сжата в мужских объятиях. Льюиса трудно было узнать, лишь улыбка осталась все та же. Он стал мужчиной, довольно привлекательным, только вот не было в нем такой же притягательности как у Эдлира, не было. Мальчик, который помог мне выжить десять лет назад . Он тоже жил в крестьянской семье, но когда ему исполнилось четырнадцать он уехал в город, больше мы с ним не виделись. А на прощание ему я подарила гладкий красивый камень, на котором гвоздем нацарапала первые буквы наших имен. Сейчас он проделал в нем отверстие и повесил на шею. Значит, он не забыл обо мне за эти годы.
– Как ты меня узнал? Лунара не такое и редкое имя в наших краях.
– Да я собственно говоря и не узнал. Просто глаза мне твои знакомыми показались, понравилась мне, решил я расспросить, что это за молодая девушка учительницей танцев стала. А сплетни расходятся быстро, и до меня дошла история твоего появления в замке графини. Вот я все и понял. Хотя, знаешь, шел к тебе и тайно боялся, что все это неправда, и эта Луна не моя. Ты не представляешь, как я переживал. Я все десять лет думал, что тебя уже может и не быть в живых. Я винил себе в твоей смерти, что уехал, что бросил, забыл. Лулу, малышка моя!
– он изо всех сил прижал меня к своей груди, я просто молча плакала и обнимала его за шею.
– Вот это нормально. Приличная леди она значит, а виснет на шее какого-то постороннего мужика! Как можно, Лунара! Тетя бы не оценила!
– язвительный голос Эдлира вновь раздался над ухом.
– Граф, Лорд Эдлир, здравствуйте.
– Льюис почтительно кивнул, отстранив меня от своей груди. Только тогда Эдлир увидел мое лицо.
– Бабьи слезы, терпеть их не могу, и чего она опять ревет?
– поинтересовался он, попытавшись схватить меня за подбородок. Тут же оттолкнула его руку.
– Какая тебе вообще разница, кретин?! Хватит ко мне приставать! Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай!
– не выдержала моя психика его нападок. Я подхватила Льюиса под локоть и утащила прочь из столовой. Ну и ладно, что голодные, потом поедим. Ошалевшего от моего отпора Эдлира мы оставили одного.
Первый рабочий день прошел практически отлично. Вечером вся наша семья, из троих человек, двое из которых друг друга терпеть не могут, собралась за столом. Во время ужина я и Эдлир молча жевали еду, перебрасываясь злобными взглядами. Наконец, такая холодная война тетушке надоела, и она попыталась нас усмирить.
– Дети мои, так больше продолжаться не может! Почему вы не ладите друг с другом? Я люблю вас одинаково, я хочу, чтобы моя семья была дружной, я хочу, чтобы вы помогали друг другу в трудных ситуациях. А что я вижу?! Эд, положи вилку, не надо гнуть мои любимые приборы! Луна, почему складывается такое впечатление, что ты пытаешься одним взглядом располосовать его на части?
– она уперлась руками в стол и потребовала объяснений.