Чтение онлайн

После первого гудка трубку сняли.

— Говори, — ответил голос на другом конце линии.

— Там был еще один стрелок.

Последовала пауза. Затем голос возник опять.

— Что ты хочешь сказать?

Молодые люди с противоположной стороны небрежной походкой направились в сторону Генри.

— Там был еще один стрелок — это все, что я хочу сказать.

— Кто? — спросил голос.

— Я думал, ты знаешь.

На середине дороги молодые люди разделились: один стал заходить слева, другой справа, третий шел прямо в лоб. Но их шаги еще оставались небрежными.

— Кто бы это ни был, он не из наших, — сказал телефон. И тут же спросил: — Работа сделана?

— Нет, — ответил Генри.

— А другой стрелок выполнил работу?

— Тоже нет.

— Значит, там были два стрелка, а наш приятель ускользнул?

Молодые люди остановились футах в восьми от Генри, образовав вокруг него треугольник.

— Подожди-ка, — проговорил он в трубку. Уронил клочок бумаги с номером телефона и нагнулся, будто для того, чтобы поднять. А сам достал из кобуры на лодыжке пистолет, распрямился и направил на того из трех юнцов, которого посчитал главарем — на том основании, что он стоял ближе других и к тому же носил самые широкие штаны. Брови Генри изогнулись, как бы говоря: «Мне сейчас не до вас, лады?» Главарь кивнул, оценив пистолет и хладнокровие жеста, круто повернулся и так же развязно зашагал назад через улицу. Два его сообщника последовали за ним.

— Алло, — проговорила трубка.

— Наш приятель не ускользнул, а уполз, — поправил Генри. — Когда тот второй стрелок ворвался, будто Джеронимо [2] . Но на Джеронимо насела жена, и тут подъехали копы, — Генри решил пока пропустить ту часть истории, где он лишился пушки, которую захватил малый с дерева.

Телефон секунду помолчал.

— Нам надо поговорить, — произнес голос.

— Что надо, то надо, — согласился Генри.

Приехал полицейский инспектор Харви Бейкер и так и этак расспрашивал Герков, не подозревают ли они каких-нибудь причин, по которым их хотели убить. Анна не имела ни малейшего представления. Артур распинался о том, что это, должно быть, чертовы дети, потому что у нынешних чертовых детей до фига чертового оружия. Детектив Бейкер не поверил, что Артур сказал ему все, и напомнил — полиция не способна защитить людей, если те не идут на сотрудничество. На это Артур ответил, что, по его мнению, полиция не способна защитить собственный …ствол, даже если станет держаться за него обеими руками. Детектив Бейкер почувствовал нежную симпатию к человеку, который здесь стрелял.

Нина тоже не оказала никакой помощи. Детектив Бейкер попросил Монику перевести Нине, что его не волнует нелегальное положение иммигрантки в США, но она все равно никоим образом не захотела вмешиваться в дела полиции. Сказала, что, разбуженная шумом, выпрыгнула из окна, пробежала через двор и стукнулась о стену. Ничего не видела и ничего не слышала. Nada.

Бейкер решил, что дело, видимо, окажется из тех, когда кто-то стрелял, но так и не выяснится, кто и зачем, — случай, довольно распространенный в Майами. Чтобы как-то успокоить Анну Герк, он в сопровождении Роджера немного послонялся по двору, но никаких зацепок не нашел. Да, собственно, и не рассчитывал найти. Но заверил Герков, что продолжит расследование, так что все поняли: никакого дела о стрельбе он расследовать не будет.

Детектив решил не арестовывать Мэтта, отчасти потому, что за него вступилась Анна, которая чувствовала неловкость, вспоминая, как отбила парню об пол всю физиономию. Но строго указал, что шататься ночью по задворкам Майами с предметом, который точь-в-точь как настоящий пистолет, — это никуда не годно. Мэтт заверил его, что все понял.

Как только полиция уехала, Артур повернулся к Элиоту.

— А теперь, — зарычал он, — выметайся из моего дома со своим охламоном!

— Я тоже рад был с вами познакомиться, — ответил Элиот.

— Я вас провожу, — предложила Анна. И они все вместе — Мэтт, Дженни и тащившийся позади Роджер — направились к выходу.

— Пойду схожу за машиной, — сказал на улице Мэтт и спросил у Дженни: — Ты когда-нибудь хотела проехать на настоящей «КИА»?

— Всю жизнь мечтала, — и они вдвоем направились к воротам, а сзади поплелся Роджер на тот случай, если вдруг двуногие добудут еду.

— Издевается, — посетовал Элиот. — Не знаю, откуда они этого набираются?

— Уж точно не от родителей, — заметила Анна.

— Послушайте, — начал Элиот, — мне, право, очень жаль…

— Перестаньте, — перебила Анна. — Это мне жаль, что ударила вашего сына. И что мой муж — такой идиот.

— Ну, — предположил Элиот, — он, наверное, расстроен из-за этой пули.

— Нет. Просто идиот, — повторила Анна.

Несколько мгновений Элиот молча смотрел на нее: в душе он сознавал, что согласен, — этот Артур был точно идиотом. И еще у нее были потрясающие глаза.

— Послушайте, — наконец выдавил он, — если я могу для вас что-нибудь сделать… Я хочу сказать, конечно, не с мужем, а с этой пулей.

— Я вышла за него замуж, когда Дженни была маленькой. Мой первый муж оставил меня совершенно без денег. Пришлось переехать в жуткую квартиру. И у меня не было работы. Артур тогда так много не пил и казался… надежным. А я была… просто в отчаянии.

— Дела… — протянул Элиот.

— Не знаю, для чего я вам все это рассказываю, — удивилась Анна.

— Все в порядке, — успокоил ее Элиот. Он был рад, что она ему рассказала.

— Я постоянно ищу в телефонной книге адвокатов, которые специализируются на разводах, — продолжала Анна. — Иногда даже набираю номер. Но когда мне отвечают, тут же вешаю трубку. Я хочу развестись, знаю, что надо это сделать, но также знаю, на что способен этот болван. Непременно пожелает нам навредить. И еще я представляю нас с Дженни в той ужасной квартире.

— Дела… — повторил Элиот, размышляя, что сказала бы Анна о его квартире.

— Я кажусь жалкой? — спросила она.

— Нет!

— Обещаю, больше не буду вываливать на вас свои горести.

— Пожалуйста. В любое время.

— Спасибо, — Анна дотронулась до его руки. Ух…

Они стояли так несколько минут. Оба испытывали некоторую неловкость, но не желали развеять очарования. И вдруг…

Хочу твою секс-путьку! Хочу твою секс-путьку!

Бьющие по ушам басы гремели впереди «КИА», когда та влетала на подъездную аллею — слишком быстро, как всегда, когда за рулем восседал Мэтт. Машина резко затормозила, и из нее выпрыгнула Дженни. Следом с компакт-диском в руке появился Мэтт.

— Хочешь, подержи у себя, — предложил он.

— Ясное дело, спасибо, — ответила девушка. — Мне нравятся «Сперматозавры». — Правда, именно этот диск у нее уже был. Но она решила его взять, чтобы получить возможность вернуть и снова поболтать с Мэттом. Когда она брала диск, их руки коснулись. Ух…

— Я сам поведу, — объявил Элиот, и Мэтт не возражал, из чего отец заключил, что сын либо влюбился, либо еще не оправился от потрясения.

Секунду-другую все четверо стояли у машины.

— Ну, — повернулся Элиот к Анне, — пока.

— Пока, — ответила она.

— Пока, — сказала Дженни Мэтту.

— Пока, — ответил он.

— Отцепись! — прикрикнула Дженни на Роджера, который собрался проверить, не еда ли компакт-диск.

Как только машина отъехала, Элиот перешел на назидательный отеческий тон.