Чтение онлайн

Вчерашние пленницы поведали жуткие истории о хапунах. О том, как те крадут красивых женщин, некоторых продавая на торгах, а некоторых, полюбившихся, оставляют для… рождения собственного потомства. От этой части рассказа с некими подробностями Слагалице стало так дурно, она едва в обморок не грохнулась, «примерив» подобное на себя, ведь чудом, поди, избежала аналогичной участи. А бывшие пленницы вздыхали, да украдкой утирали слезы. Им-то повезло, их спасли, а сколько несчастных сгинуло, не вынеся «любви» похитителей.

— У них маниакальное желание вывести «светлинную» породу. Это странно, но их бесит собственный запах. Точнее не он, а то, что такой заметный. Но ничего с ним поделать не могут, — сказала Беляна.

— А когда они украли нас, воздушниц, — добавила Веста, — говорили, что наши дети наверняка будут… «светлинными».

— Брыдлые лехи! — ругалась Лукерья, слушая рассказ женщин, — стахолюды… Управы на их не найдется?!

Степка молча соглашаясь с каждым словом своей охоронницы, ведь женщины ее речи не слышали. Хозяйка дома решила, что знакомство с домовыми, будет слишком для их психики. Она и про себя с женихами промолчала, ни к чему им знать эти подробности. Уже завтра девушки покинут ее домик, ежели сладится намеченное.

— А дети им зачем? Чьи они? — спрашивала она.

— Хотят воспитать и использовать в личных целях.

— Каких же?

— Я подслушала, что у хапунов планы громадные, они все миры покорить хотят, внедряя в разные виды деятельности своих людей. Сами-то они слишком заметные…

— Да спалить хмыстеней проклятых! — охнула Лукерья.

— М-да, напалм по ним плачет. Но что-то мне подсказывает, слишком уж они замахнулись… Прямо-таки все человечество захватить…

— Не знаю, Степанида, — вздохнула Веста, — они хитрые, сильные, жестокие и о-о-очень терпеливые. Даже чистокровные не такие. А те, что от людей рожденные, настоящие маньяки…

Степанида только собралась вопрошать, а подверглись ли девушки насилию, да так и замерла с открытым ртом.

— Не надо, не спрашивай, — тихонько сказала одна из женщин, — ты не хочешь знать, а мы не в силах помнить…

— А… Слагалицы были среди пленников? Не знаете? — сменила тему Степка, затронув кое-что важное для себя.

— А кто это?

— А, так, не важно.

Антон, Никита и Вячеслав проделали огромную работу. Уже через день нашли родителей украденных детей. Степка съездила с мужчинами в магазин и купила детям и женщинам одежду на первое время и тридцатого декабря мужчины развезли бывших пленников по домам. Остались лишь Веста с Беляной, так как идти им некуда было, девчонки оказались сиротами.

Вячеслав придумал для вернувшихся к родным легенду, присоединив для достоверности к реальным событиям в соседнем поселке. Не так давно там, в старом музее-пещере, обвалился потолок, отрезав посетителей от внешнего мира. Пока проводились спасательные работы, сквозь узкое отверстие пострадавшим передавали еду, питье и теплые вещи. А так как стены были старыми и хрупкими спасение затянулось аж на две недели.

Как нельзя кстати данное происшествие в их районе совпало с исчезновением девушек. Условились, что реально случившееся девушки никому не расскажут, ведь этому вряд ли кто поверит, а если и поверят, то в покое долго не оставят. Ни девушек, ни их спасителей. Да и по глазам девушек было видно, не то что говорить, они вспоминать о произошедшем не захотят.

Расставались тепло, с объятиями и слезами благодарности. Степка с одной стороны охотно помогала девушкам, даже предложила обращаться в случае чего, но с другой рада была, что так скоро уезжают. Уж больно те красивыми были. А у нее женихи недоласканные, на внимание голодные.

Надобно отметить, ревность жгучая гложила Слагалицу деньки останние. Странная, вроде нелогичная и практически постоянная. Мерещилось, Никита глаз с Весты не сводил, а та робела в его присутствии, да краснела. Степка сперва злилась, заметив, а потом… испугалась. Это что же получается, у нее жениха увести могут буквально на пороге свадьбы? Уж не очередное ли испытание, о котором в песне Гамаюн говорилось? Этого только не хватало! Так что волноваться Степка стала пуще прежнего.

Остальные женихи захаживали редко, буквально на несколько слов. По всему, испытывали неловкость в присутствии стольких красивых дев. Больше всех смущался Петр, потому и забегал всего на минутку, обнять Степаниду, да узнать, как она.

Вячеслав вел себя увереннее всех, на девушек, вроде как глядел без интересу, больше со стороны дела, занимаясь решением их проблем. Уж Степка глазки-то разула и глядела крайне внимательно. Еще чего! Она свое не отдаст!

Антон вдруг стал хмурым, задумчивым, нервным. Когда невеста пыталась выяснить, что происходит, отмахивался, мол хорошо все, пытаюсь с даром своим совладать, который в последнее время «расшалился», повсюду являя проходы в различные миры, не разобрать, не то мерещится, не то настоящие. Грозный до того устал от внезапной активности своей сущности, что старался передвигаться лишь знакомыми маршрутами, без важной причины не покидая поместье. Ко всему прочему, снова стал видеть духов, которых ранее встречал только на кладбищах.

Гор Матильду так и не нашел. С каждым днем жених выглядел все более обеспокоенным, да растерянным. А Степка в глубине души порадовалась, что теперь ему точно не до красоток, поселившихся в ее доме. И хоть трижды говори себе, что такие мысли неправильные, эгоистичные, но те все равно посещали ревнивицу.

На помощь леснику бросились Никита с Митей, но даже их участите не помогло. Как сквозь землю ведьма сгинула. Пришлось написать заявление в полицию.

В общем о праздновании Нового года речь не шла, как-то не до того было. В ожидании не пойми чего от предстоящего Дня Перуна, в свете пропажи Матильды и случившегося с хапунами, устраивать празднество не хотелось. Вот и условились, что каждый сам по себе. Слагалица подумывала навестить родителей да подруг, с которыми давно не виделась. А мужчинам тоже было чем заняться.

Опосля того, как девушек отвезли восвояси, позвала Степка Весту с Беляной на откровенный разговор, раз уж им доведется существовать вместе. Ревность ревностью, да не прогонять ведь девчонок.

Она поведала им о себе все с тех пор, как стала Слагалицей. Сестры слушали внимательно, не перебивая кивали, а вот Веста погрустнела, когда узнала, что Никита один из суженных Степки. «Вот черт! А я надеялась мне показалось, что у них симпатия! — с досадой подумала женщина, — что же делать?!»

— Мы поняли, Степанида, — прошептала Веста, глядя в пол, когда Степка закончила свой рассказ, — ты хочешь, что бы мы ушли…

— Глупости какие! — возмутила хозяйка домика, — куда вам идти?

— Ну, я не знаю, — девушка пожала тонкими плечиками, — мы выпустились из детского дома и жили у одной знакомой. Та разрешила пожить у нее недолго, пока работу найдем. Но… мы не нашли. А потом нас похитили… Можно попробовать вернуться к ней, но там и места мало и…

— Никуда вы не пойдете! — сказала Степанида твердо, — здесь вам есть где спать и что есть! Живите сколько хотите! А рассказала я вам все, чтобы вы понимали с кем имеете дело. У меня семь женихов, свадьба через две недели, и куча проблем. И раз уж мы делим одну жилплощадь, вы должны знать и о других обитателях дома…

И далее последовал рассказ об охоронниках, медведе и рыкое. Больше всего девушки поразились тому, что медведь один из женихов, пожалуй даже больше, чем существованию домовых и гигантских котов-телохранителей.

— Как, жених? — пискнула Беляна, та из сестер, которая была более разговорчивая и менее робкая, — а он ведь… зверь?!

— Так сложилась, — улыбнулась Степка.

— А как вы будете… — тут Веста пнула сестру локтем, та осеклась и проблеяла, — ну, целоваться…

— Доживем до свадьбы — увидим, — уклончиво проронила Степка, подумав, что этот вопрос и ей важен. И еще один. Шибко интимный и пожалуй, крайне важный. Который и собиралась кое-кому задать… утром на Полянке.