Чтение онлайн

В его тоне прозвучали нотки раздражения, и у меня сжалось горло, пока он вел меня внутрь, а в голове мелькнула мысль, что он каким-то образом догадался о том, что произошло.

— Ну, если ты можешь назвать пытки мужчины развлечением. Фрэнк сделал ему больно на какое-то время, но потом он убил себя цианидом, прежде чем проронил хоть слово о том, что мы хотели. Должно быть, он держал его во рту в искусственном зубе.

— Понятно, — задумчиво сказал Дэнни, захлопнув за нами дверь и заперев ее на ключ, прежде чем уйти от меня через холл. Он отбросил ключи в сторону и подошел к шкафу у телевизора, открыл его и потянулся в отделение, спрятанное в задней части шкафа, доставая пистолет и большой нож.

Я нахмурилась, наблюдая за тем, как он роется в шкафу, затем выругалась и направилась через комнату с оружием, положив его на журнальный столик. Он взял сумку с вешалки и начал наполнять ее оружием, которое он нашел в отделениях по всему дому.

— Эм, что ты делаешь? — спросила я в замешательстве.

— Бизнес, милая, — пренебрежительно ответил он.

— Я думала, что теперь я часть бизнеса, — раздраженно сказала я, и он посмотрел на меня, вскинув брови.

— Да? Ну, не такого рода бизнес, — добавил он, почесав на секунду шею, прежде чем продолжить наполнять свою сумку. Я не знала, что с ним было сегодня, но я обнаружила, что не в состоянии вызвать в себе желание поиздеваться над ним. У меня было свое собственное дерьмо, с которым нужно было разбираться, и если он был в настроении быть мудаком, то я собиралась оставить его в таком состоянии.

— Я приму душ и лягу спать, — сказала я ему, не пытаясь скрыть свое раздражение его поведением, когда шла к лестнице и поднималась по ней, оставив Дэнни его охоту за оружием.

Я проскользнула в ванную и разделась, желая смыть химический запах с кожи. Я завязала волосы в узел и бросила одежду в корзину для белья, после чего шагнула в душ и включила его. Нагретая вода хлынула на меня, и я нежилась в ней, а затем набрала в руки немного средства для мытья тела и натерла им все вокруг.

Мои мысли задержались на воспоминаниях о руках Фрэнка на моем теле, его рте, его члене, каждом напряженном и незабываемом моменте, вплоть до того поцелуя, который сказал гораздо больше, чем он когда-либо выражал словами. Он пытался вести себя так, будто ничего не было, с того момента, как Дилан застал нас вместе, но это никак не могло быть ничего. Он мог сколько угодно отрицать это, но у нас никогда не было пути назад. Это означало, что мне нужно было убедить его рассказать Дэнни и Черчу.

Я не знала, в какое безумие я ввязалась с этими опасными людьми, но я знала, что теперь мне никуда не деться. Даже если я сбегу, каждый из них останется хранителем части меня, которую они украли один за другим. И самое смешное, что я даже не думала, что хочу бежать.

Через некоторое время я почувствовала на себе взгляд и повернулась, увидев Дэнни, стоящего в дверном проеме с полуоткрытой дверью, который смотрел на меня, изучая каждый дюйм моего тела. Я замедлила свои движения, лаская свою плоть намыленными руками, ожидая, когда в его глазах загорится огонь, который всегда заставлял гореть и меня.

— Ты можешь присоединиться ко мне, если расскажешь, какое дело задумал, — предложила я, когда между нами поплыл пар, и он склонил голову на одну сторону. Моя кожа затрепетала от того, как он смотрел на меня, и мурашки побежали по коже, несмотря на тепло воды.

— Приходи в спальню, когда закончишь. — Он повернулся, пошел прочь и снова погрузился в тень, направляясь по коридору.

Я показала ему средний палец с небольшим опозданием, стиснув зубы, когда закончила мыться и вышла из душа, прихватив полотенце. Как только я высохла, я плотно обернула его вокруг своего тела и прошла в спальню Дэнни, постучала в дверь и обнаружила, что он сидит на краю кровати с негнущимися пальцами, а в комнате царит полная темнота.

Я двинулась включить свет, но он прошипел: “Не включай”, и дрожь пробежала по моему позвоночнику.

Я замерла, не двигаясь дальше в комнату, стараясь не дать своему разуму выйти из себя, поскольку я задавалась вопросом, не знает ли он каким-то образом о Фрэнке. Но, конечно, он уже должен был что-то сказать?

— Что с тобой? — потребовала я, делая шаг к выходу, но он внезапно оказался на ногах, направился ко мне и схватил за руку.

— Посмотрим, — зашипел он, хватаясь за полотенце, обернутое вокруг меня.

Я задыхалась, пытаясь удержать его, но он вырвал его у меня и бросил на пол, его взгляд опустился на мое тело, а его пальцы впились глубже в мое запястье, чтобы удержать меня там.

— Ты делаешь мне больно, — прорычала я, пытаясь освободить запястье, но он, казалось, не слушал, отбивая мою вторую руку от тела и вбирая в себя каждый кусочек моей плоти. Мне не нравилось, как он смотрел на меня, как его взгляд был занавешен чем-то запретным и жестоким.

— Дэнни, — попыталась я снова. — Отпусти меня.

Я снова потянула его за запястье, и его ногти впились в мою кожу, заставив меня выкрикнуть проклятие. Я потеряла его, покончив с этим дерьмом. Я бросила кулак ему в лицо, ударив в челюсть, и он попятился назад, все еще не отпуская меня.

— Сука, — прошипел он, разворачивая меня и бросая на кровать лицом вперед.

Я была так захвачена врасплох, что мне потребовалась секунда, чтобы перевернуться на спину и попытаться встать, но пока я это сделала, он уже был там, толкнул меня на кровать под собой, встал на колени и обхватил руками мое горло. Он сильно сдавил меня, полностью перекрыв дыхательные пути, и я испуганно вцепилась в его руки, в ужасе понимая, что, черт возьми, происходит, пока он смотрел на меня, обнажив зубы и с безумием в глазах.

— Ты всего лишь его шлюха. Ты ничего для него не значишь, — выплюнул он, когда мое сердце заколотилось в горле. — Ты понимаешь это? Он мой мальчик. Мой гребаный мальчик.

Он знал, о боже, он знал обо мне и Фрэнке, и они были правы, он не был в порядке, он не собирался просто позволить это, как он сделал с Черчем. Дилан предупреждал меня о том, что он сорвется, а теперь это случилось, и было слишком поздно что—либо предпринимать.

Я судорожно вцепилась когтями в его руки, упираясь бедрами и пытаясь оторвать его от своего тела, но у меня не было достаточно сил, чтобы сдвинуть его.

Мои легкие горели, темнота давила на меня, когда мой взгляд встретился с его взглядом, и я оказалась лицом к лицу с демоном в нем, отвратительная усмешка оттянула его верхнюю губу назад, когда он подавил жизнь во мне, и моя борьба стала слабеть.

Смерть вползла в мой разум, как будто она всегда там жила, готовая прийти за мной. Не было ни музыки, ни гитарных струн, ни сладких криков песен. Было тихо, одиноко и чертовски страшно. И я вдруг поняла, как отчаянно я хотела остаться в жизни, где не было оцепенения, где билось сердце и тепло целовало мою кожу. Даже когда это было жестоко и больно, это все равно была жизнь. Черч, Фрэнк и даже Дэнни показали мне это. Но теперь истинные цвета моего мужа были раскрыты, и он рисовал для меня самую черную из судеб.

Как только я начала терять сознание, он отпустил меня, в следующую секунду его ладонь сильно ударила меня по лицу, отчего в ушах зазвенело так громко, словно в голове зазвенел колокол. Осознание снова пронеслось в моем черепе, когда я сделала отчаянный вдох.

— Ты сказал, что я могу получить то, что хочу, — пролепетала я, думая, смогу ли я уговорить его спуститься с этого уступа насилия, на котором он находится, и спасти свою жизнь сегодня вечером, но взгляд его глаз говорил о том, что, возможно, для этого уже слишком поздно. — Я не знала, что он был вне зоны доступа.