Чтение онлайн

— Ах ты, маленькая засранка, — сказал Бэнни, и Черч сломался, зарычал от смеха и набросился на меня, прижав к кровати, украв поцелуй с моих губ, хотя он шипел от боли при этом движении, выдавая тот факт, что ему еще предстоит многое исцелить.

Боль жгла и мою грудь, но какие бы лекарства я ни принимала, эта сучья рана не причиняла мне сейчас особого дискомфорта, поэтому я просто наслаждалась его вниманием.

Черч был отброшен в сторону, и рот Бэнни прильнул к моему, его пальцы вцепились в мои волосы, когда он издал облегченный звук.

— Больше никогда не играй со мной в такие игры, любимая, — прорычал он, затем его оттащил Фрэнк, и он поцеловал меня, его пальцы нежно обхватили мое горло, но это все еще заставляло мою кожу искриться энергией.

— Как, черт возьми, ты выжил? — спросила я, когда Черч опустился на стул рядом с моей кроватью, издав болезненный звук, который выдавал, насколько серьезными были его травмы.

— Гребаный Джон Бой спас нас, не так ли? — сказал Черч.

— Правда? — спросила я, моя грудь вздымалась от этой мысли. — Когда Дэнни вытащил меня наружу, банды там не было. Я подумала, может, он убил их или...

— Он обманул их. Подождал, пока я уйду, потом вернулся и выдал себя за меня — сказал им всем, что в Льюишеме начинается драка, и заставил их всех бежать, чтобы присоединиться к ней, так что у него был четкий удар по складу без них. Только Джон Бой не лыком шит, и он почувствовал, что что-то не так, пока ехал в Льюишем. Поэтому, когда все остальные ушли, чтобы принять участие в этой вымышленной драке, он, следуя своему чутью, вернулся в дом. И обнаружил, что он горит изнутри, и в нем нет ни души.

— И он вытащил вас? — догадалась я, испытывая бесконечную благодарность к этому не запоминающемуся человеку, когда поняла, что должна благодарить его за то, что мой мир был возвращен мне.

— Ему пришлось въехать на машине во входную дверь, чтобы снести ее, — объяснил Фрэнк. — Да он, блядь, герой. Я пришел в себя, когда он тащил нас двоих по лестнице, завернутых в мокрые полотенца, как пара маленьких мокрых свинок в одеялах.

— Он смог вынести вас обоих? — Я задохнулась.

— Да. Он сильный парень. Потом он закинул нас на заднее сиденье машины и доставил в больницу как раз к тому времени, когда врачи начали творить свою магию. Я думал, что Черчу конец, не мог поверить, когда мне сказали, что нашли пульс, — сказал Фрэнк, бросив на Черча взгляд, который говорил о том, как сильно он испугался.

— Какую машину он использовал? — спросил Черч, нахмурившись. — Никто никогда не говорил, но у Джона Боя есть своей машины. Так на чем же он ехал, когда выбил входную дверь и...

— В любом случае, суть в том, что они не умерли, — громко сказал Бэнни, прервав его.

— О, Господи, — вздохнул Черч. — Только не говорите мне, что это была Британия...

— Мини называется Британия? — спросила я, не понимая, почему это меня так удивило.

— Так и было, — сказал Бэнни, поморщившись, когда Черч издал вопль горя.

— Почему? — кричал он, словно узнать, что машина разбилась, было бы худшей участью, чем истечь кровью или сгореть заживо в этом доме.

— Итак, — продолжал Фрэнк, когда Черч зарылся лицом в свои руки. — Докторам удалось сшить Черча обратно и перелить ему кучу крови, и, как ты видишь, он будет в полном порядке, когда все заживет снова.

Я оглядела бесчисленные повязки, покрывавшие грудь и пресс Черча, нахмурилась, насчитав по меньшей мере девять из них, ненавидя тот факт, что он страдал от этого, пока мы с Фрэнком не знали и не помогали, находясь прямо внизу.

— Они дали мне шотландскую кровь, — заговорил Черч, оправляясь от шока, вызванного судьбой Британии. — Я стал совсем горцем после того, как они сделали переливание.

— Они... я не думаю, что это так, Черч, — сказала я, задыхаясь от смеха. — Как ты вообще узнал, что она шотландская?

— Я просто могу сказать, — ответил он вызывающе, подняв подбородок, и Бэнни покачал головой, как будто уже слышал это сотни раз. — У меня в жилах течет северный ветер, и это заставляет меня чувствовать себя шотландцем.

Я обменялась взглядом с остальными, которым, казалось, совершенно нечего было сказать на эту чушь, и решил,а что мне тоже нечего. Если Черч хочет быть шотландцем в своем выздоровлении, то я не против — главное, чтобы он выздоровел.

— И как, блядь, ты пережил удар бейсбольной битой по голове? — спросила я, переключив свое внимание на Фрэнка, который просто пожал плечами.

— У меня в черепе металлическая пластина после того, как в последний раз какой-то ублюдок расколол его, не так ли? Врачи сказали, что он никогда раньше не говорил человеку, что ему повезло с травмой головы.

Бэнни хихикнул, а я нахмурился.

— Это случалось с тобой раньше? — спросила я.

— Нет. Конечно, нет. В последний раз это была бутылка виски. Но ты не волнуйся — другой парень в тот раз отделался еще хуже. Я слышал, он до сих пор ходит прихрамывая. — Фрэнк улыбнулся мне, и я застонала, откинув голову на подушки, пытаясь переварить все это — от Джона Боя, ворвавшегося в комнату как супергерой, до того факта, что все в этой комнате еще дышат.

— Джеффри? — раздался женский голос из коридора за пределами моей палаты, и Черч выругался, пытаясь встать со стула, как раз в тот момент, когда в дверь ворвалась медсестра. — Вот ты где! Что я тебе говорила о перенапряжении?

— Джеффри? — спросила я, смеясь, когда поняла, что она имела в виду Черча, и его хмурый взгляд стал еще глубже, когда он позволил Бэнни помочь ему встать на ноги и был выдворен из палаты медсестрой.

— Ни одного гребаного слова, — проворчал он, бросив на меня смертельный взгляд, но шансов на это не было. С этого момента я собиралась разыгрывать с ним карту Джеффри так часто, как это только возможно.

— Дай ему еще несколько дней на выздоровление, прежде чем дразнить его из-за этого, секс-бомба, — мягко сказал Бэнни, протягивая руку, чтобы провести пальцами по моему лицу. — Он делал храброе лицо для тебя, но на самом деле ему было чертовски плохо. Мы были так же близки к тому, чтобы потерять его, как и тебя.

Я сглотнула, перевела взгляд с него на Фрэнка и поняла, что это правда, почувствовав, как смерть зовет меня, пока я болтаюсь между этим местом и тем. Но сейчас мне было ради чего жить, поэтому для меня не было сюрпризом, что я пробилась обратно к своей стае язычников.

— И все же, — медленно сказала я, мои губы приподнялись в уголках. — Джеффри.

— Хочешь знать кое-что еще хуже? — спросил Бэнни, заговорщически наклонившись, и я кивнула, завороженная озорством в его темных глазах. — Он также не родственник Уинстона Черчилля.