Чтение онлайн

Мне просто повезло, что я допивал пинту в “Утке и собаке” как раз в тот момент, когда раздались крики. Ничего страшного в небольшой потасовке не было, хотя один из ублюдков выхватил нож и дал Джону Бою под дых.

Но потом старая добрая красно-синяя вспышка и вой сирены ознаменовали появление копов, и мы разошлись в разные стороны, устремившись в ночь с горящей кровью и тестостероном в конечностях.

Я бежал с Джоном Боем до самой его квартиры на самом дальнем восточном конце нашего района, и там мне пришлось ненадолго затаиться. Но когда ему пришла в голову умная идея превратить все это в вечеринку, и куча пьяных девиц заявилась к нему в дверь, визжа и шатаясь в платьях, настолько маленьких, что они не оставляли ничего для воображения, я решил покончить с потерями.

Есть что-то, что можно сказать о трахе с девушкой сразу после драки, о том, чтобы использовать весь этот адреналин с чертовски хорошей пользой, погружая его в жар красивой женщины, но среди этих девиц не было ни одной, которая бы привлекла мое внимание.

Поэтому я выскользнул через черный ход, как только загремела музыка, перемахнул через балкон и спустился на три этажа в городские джунгли, ожидавшие меня внизу, причем ни Джон-бой, ни кто-либо еще не были в курсе.

Скорее всего, они бы так обдолбались запрещенными веществами, что даже не вспомнили бы о моем присутствии.

Нет, это была ложь. Никто не забывал меня так легко. Но они точно не смогли бы сказать наверняка, в какое время я от них сбежал.

Так что через полчаса плутаний по задним улицам и яркой ночной жизни родного города я вернулся к своему верному Мини Куперу как раз в тот момент, когда рассвет забрезжил и город начал просыпаться.

Мой проклятый телефон разрядился где-то в толчее, поэтому я решил отправиться к Бэнни, чтобы рассказать ему о сомнительном, как блядь, вызове нашей власти. Я уже начал думать, что Фирме придется вмешаться в это дело, если с ним не разберутся в ближайшее время, но этот ублюдок все еще платил десятину, так что было трудно оправдать его уничтожение, не привлекая внимания Батчеров. Не говоря уже о том, что он был в тесных отношениях с Царем, ублюдком, на которого Бэнни полагался, чтобы провернуть сделку, необходимую строительной компании, чтобы остаться на плаву. Не то чтобы на этом фронте был достигнут большой прогресс — русский миллиардер был неуловим, как чертов пердун на северном ветру, с тех пор как Бэнни вернулся в Лондон, посылая туманные сообщения о том, что у него какие-то проблемы с Интерполом, которые заставляют его скрываться, пока он их улаживает.

По моему опыту, миллиардеры всегда были хотя бы немного не в себе, не говоря уже о правах, так что не было ничего удивительного в том, что он нас обводит вокруг пальца. Проблема была в том, что нам нужна была эта сделка. Нужны были его гребаные деньги, чтобы исправить бардак, который Дэнни устроил в компании. Так что теперь мы находились в состоянии ожидания, пытаясь выманить Царя обратно из укрытия, чтобы мы могли заключить сделку.

Я остановил машину возле отремонтированного склада, который Бэнни теперь снова называл своим домом после всех этих лет, и подбородком поприветствовал парней, которые непринужденно болтались на улице недалеко от его входной двери. В основном это были новобранцы банды Батчеров, которым давали подобные задания по наблюдению, чтобы проверить их преданность и силу. Их основная задача заключалась в том, чтобы поднимать шум и предупреждать нас, если кто-то из недружелюбных решил заглянуть в дверь Бэнни.

Я достал ключ из заднего кармана и вошел внутрь, включил свет в темном помещении и пошел к лестнице, направляясь в ванную и раздеваясь на ходу.

— Что ты здесь делаешь в такое время? — грубый голос Фрэнка нарушил тишину, и я чуть не схватился за свой чертов пистолет, так как мое сердце подпрыгнуло от неожиданности.

Мне потребовалось мгновение, чтобы определить его местонахождение: он притаился в тени на верхней дорожке, в руке его собственный пистолет, а на лице хмурое выражение, которое говорило о том, что он был бы не против случайно пристрелить меня. Для большого ублюдка он мог передвигаться как призрак, когда у него было настроение.

— Вчера вечером у меня возникли небольшие проблемы, — объяснил я, стараясь не показать ему, что он меня расстроил, когда я двинулся к лестнице и начал подниматься по ней, зажав в кулаке рубашку и пиджак и расстегнув ремень.

— Босса здесь нет, — ответил он, засовывая пистолет в заднюю часть джинсов. — Так что, возможно, тебе стоит просто пойти домой и проверить его позже.

— Я подожду, — холодно ответил я, поднялся на его уровень и остановился в нескольких футах от него, где он преградил мне путь дальше.

Я чувствовал, как его презрение ко мне потрескивает в воздухе между нами, и это выводило меня из себя. С одной стороны, я чертовски ненавидел, что человек, с которым я вырос и любил как брата, так смотрит на меня в эти дни. С другой стороны, меня тошнило от того, что он был ужасной дрянью и не желал слушать ни единого моего слова о том, что произошло с Олли все эти годы назад.

То есть, я понимал, что он скорбит, но скорбь была лишь оправданием, которое я терпел так долго. В этот момент он просто вел себя по-свински. Но я также знал, что он никогда не будет слепо верить, как это сделал я, когда смирился с тем, что произошло. Он никогда не выслушает Бэнни, считая его ответственным за все это. Но я сделал это. Я пришел к человеку, которому отдал свою душу, когда подписался на эту жизнь, когда он был за решеткой, и выслушал каждое его слово, прежде чем поделиться с ним своими подозрениями. В конце концов, мы добрались до истины. Проблема была лишь в том, что без доказательств ни одна душа не хотела слушать.

И вот мы здесь.

— Миссис Батчер спит, — пробормотал Фрэнк, его верхняя губа оттопырилась, словно даже это небольшое общение со мной причиняло ему боль.

— Ну, я постараюсь ее не разбудить, — ответил я, обойдя его сбоку и едва удержавшись от желания врезаться плечом в его плечо.

Фрэнк следовал за мной тенью, пока я входил в ванную, затем прошел мимо меня и направился к комнате Дэнни в дальнем конце коридора.

Я остановился, чтобы посмотреть, как он уходит, мой взгляд скользнул к широкой кровати, которая виднелась в центре комнаты, и зацепился за девушку, спящую там среди потока платиновых волос с наушниками, надежно надетыми на уши.

Я облизал нижнюю губу, затем отвлекся, направился в комнату и набрал себе воду в огромной медной ванне, наполнив ее пузырьками и убедившись, что она достаточно горячая, чтобы ошпариться, прежде чем опуститься в нее.

Я оттер кровь с кожи и прополоскал волосы, после чего лег и закрыл глаза. Вид Ани, свернувшейся калачиком на большой кровати, не выходил у меня из головы, пока я дремал, и вызывал слабую улыбку на моих губах.

Я задремал в горячей воде, нагоняя сон, который пропустил накануне, и позволяя темноте завладеть мной, несмотря на боль, которую я всегда чувствовал, когда погружался в нее.

Я проснулся от резкого щелчка закрывающейся двери, рывком поднялся на ноги и выплеснул тепловатую воду на кафельный пол, схватив губку, как будто это был гребаный нож, ненадолго зажав ее в кулаке, прежде чем заметить Бэнни и выпустить ее с брызгами.

— Черт возьми, не стоит будить мужчину, когда он в ванне, — проворчал я, когда Бэнни нахмурил брови и сложил руки на голой груди.

— Как насчет того, чтобы сказать мне, почему ты вообще оказался в моей ванне, тогда я решу, было ли это мудацким поступком или нет, — ответил он.

Я провел рукой по лицу, чтобы удалить капли с кожи, затем встал, покинул быстро остывающую воду и вылез, взяв полотенце, чтобы вытереться, пока я говорил.

— Вчера вечером у нас была небольшая стычка с людьми Свечника парке Майл-Энд, — объяснил я. — Ничего особенного, но эти ублюдки попытали счастья. Я подумал, что пора бы послать более четкий сигнал.

Бэнни задумчиво кивнул, затем достал из кармана телефон.

— Я получил несколько сообщений с требованием встречи, — сказал он, протягивая телефон, чтобы показать мне сообщения с неизвестного номера.