Чтение онлайн

Так и случилось. Курт позвонил на следующий день и жаждал снова встретиться. Вспыхнул бурный роман.

Курт был без тормозов. Несмотря на высокую должность управляющего директора, чудил он как шкодливый ребёнок. Запросто мог раздеться догола в любой момент, и неважно, было дело на отвязной тусовке в клубе или на корпоративной вечеринке после заключения делового контракта. А как-то раз на вечеринке он со второго этажа особняка спрыгнул в декоративный бассейн. Чуть не переломав себе ноги и руки, Курт оказался в центре внимания — чего и добивался. Он барахтался в бассейне, словно порхающая бабочка, потому что воды там оказалось по колено. Всем было весело, а Курту веселее всех. Такие выходки делали его популярным среди подчинённых, особенно женского пола.

В то время я не замечала очевидного: уйдя от Алекса с его алкогольной зависимостью, я тут же связалась с парнем с похожими проблемами. Тогда мне было весело и кайфово. По сравнению с другими качествами Курта это были сущие пустяки. И я упорно игнорировала ощущение неправильности происходящего.

Жизнь пестрила яркими красками: интересная и высокооплачиваемая работа, бойфренд, с которым не соскучишься, любимый город, красота и молодость. Вот только чего-то не хватало…

Лондон, 2003 г.

Ко мне прилетела мама. Мы не виделись больше двух лет, и если бы я сказала, что очень скучала по родителям, это была бы неправда. У нас были непростые отношения.

Мама была строгим и волевым человеком. Наверное, с другим характером она бы не смогла быть женой моего отца и вести ту жизнь, которая ей досталась. Это я поняла, когда сама повзрослела. В детстве же мне казалось, что мама слишком требовательна. Она всегда знала, как правильно, и не допускала даже мысли, что можно поступить иначе. Порой я подозревала, что мама совсем не умеет смеяться и шутить. Наверняка это было не так, но… Подростки весьма категоричны в своих суждениях, поэтому я не желала видеть нюансы и полутона.

Мы никогда не ругались в открытую. У нас в семье вообще не было принято громко выяснять отношения: внешне все «держали лицо». Но я постоянно ощущала на себе груз, который давил на плечи, как гранитная глыба. Это был груз возложенных на меня ожиданий, которые я не оправдывала.

Я всегда хотела, чтобы у нас с мамой были тёплые доверительные отношения. Мне не хватало её участия, внимания, принятия. Конечно, я не говорила об этом — во времена моей юности ещё не было в порядке вещей обсуждать свои чувства. Возможно, именно тогда внутри меня впервые появилась та самая пустота.

И всё-таки я была рада маминому приезду. Ведь я уже не была подростком, который вечно не дотягивал до высоких стандартов своих родителей. Мне было чем гордиться: я жила в городе мечты, работала в крупной компании, снимала чудесную квартиру в престижном районе.

Квартиру свою я просто обожала. После Форума я прожила в «Клариджисе» две недели — на такой срок был оплачен номер. А потом поселилась в Южном Кенсингтоне. Сняла светлую, просторную квартиру с высокими потолками и потрясающим ремонтом в роскошном здании с белыми колоннами.

Неплохо для той, кто не так давно ночевала под мостом.

Я встретила маму в аэропорту Хитроу, мы обменялись рядовыми вопросами, сели в такси и поехали домой.

Пока мама раскладывала вещи, мы вели обычную беседу родственников после долгой разлуки. Она рассказывала, как дела у отца и сестры. Я в общих словах описала суть своей работы и спросила, куда мама хотела бы сходить. Мы обсуждали достопримечательности, когда у меня вдруг вырвалось:

— Мам, помнишь, когда я была подростком, ты всё время заставляла меня мыть посуду?

Мама перестала перекладывать одежду и как будто задумалась.

— Ну… Помню. А что?

— А почему ты никогда не пробовала со мной договориться? — я поняла, что давно хотела это спросить.

Наверное, сейчас не лучший момент… Но он, может, вообще никогда не наступит!

— О чём договориться? — не поняла мама.

— Ну, ты часто ставила ультиматумы, грозила чем-то. А могла ведь просто сесть со мной за стол и сказать: «Слушай, мне трудно самой, помоги мне, пожалуйста. Давай, я сегодня помою, а ты завтра. Давай распределим зону ответственности на кухне между нами. Кроме нас это никто не сделает». Неужели ты думаешь, что я бы тебе отказала?

— Я как-то не думала… А что, так можно было? — мама выглядела искренне удивлённой.

— Ну да…

— Не знаю, я, наверное, просто не знала, что так сработает лучше.

— Знаешь, мам, а я всегда тебя немного побаивалась. И даже сейчас…

Договорить я не успела — меня прервал звонок в дверь. Оставив маму стоять над чемоданом с растерянным видом, я поспешила в прихожую. На пороге стоял Курт.

— Идем в «Корову»! — не здороваясь, скомандовал он, уверенно заходя на квартиру и звонко чмокнув меня в щёку.

Я совсем забыла, что Курт должен был прийти. Он появлялся у меня на пороге почти каждый вечер. С бутылкой вина или просто с предложением, от которого невозможно отказаться, как сейчас с «Коровой».

Ресторан занимал историческое здание в модном райончике Ноттинг-Хилл. Этот район был таким уютным и по-английски традиционным, что много раз появлялся в голливудских фильмах. По выходным здесь проводили блошиные ярмарки, а раз в год даже устраивали собственный карнавал.

На первом этаже дома был бар — типичное лондонское заведение, шумное и тесное. По вечерам он был забит под завязку. Люди толпились у стойки, выходили на улицу. Я вспомнила, как, приехав в Лондон, поначалу удивлялась, что посетители стоят на улице возле пабов с бокалами в руках, общаются, смеются. Это было непривычно и забавно.

На втором этаже ресторана царила совершенно иная атмосфера. Здесь был изысканный интерьер со множеством оригинальных картин. Столики отдавали только по предварительной брони, причём время посещения было регламентировано в зависимости от количества гостей. Официанты — уже немолодые, исполненные достоинства — разносили тарелки с ловкостью фокусников. Публика — сплошь респектабельные британцы. В общем, это было очень английское место. Мы стабильно ужинали в «Корове» раз в неделю, но сейчас у меня были другие планы.

Я кинула быстрый взгляд на комнату, где сидела мама:

— Ко мне мама приехала, сегодня никак.

Курт смотрел на меня, будто пытаясь понять, что это такое он услышал. Этот человек в принципе не воспринимал слово «нет». Он не просто игнорировал отказы, а, казалось, не слышал их — как люди не слышат ультразвук.

— Мама приехала? — восхищённо воскликнул он и сразу же рванул в комнату — знакомиться.

Мама была в восторге. От Курта, его неземной красоты, харизмы, дружелюбия и интереса к её персоне. От того, как он называл её Айрин вместо привычного Ирина. От его костюма — он не переоделся после работы и выглядел очень представительно в своём строгом пиджаке и стильном галстуке. И конечно, от факта, что этот мой британско-американский бойфренд — директор крупного лондонского инвестиционного банка.