Чтение онлайн

Станция метро, выбранная для совещаний Внутреннего Круга, находилась глубоко под землей. Старые тоннели взорваны в начале пандемии, но центральный зал, заросший биомассой, сохранился в относительной целости. Сюда невозможно было пробиться ни радиоперехвату, ни разведывательным дронам Основателей.

За длинным столом собрались ключевые фигуры Единства. Вадим место во главе. Рядом сидел Артур Исаев, чуть дальше бывший полковник Росгвардии Эдуард Стасевич, которого до сих пор называли «„полковником“», и его заместитель Игнат, командовавший ульевыми воинами. Рядом на полу устроился Дружок, шестиметровой туши ни какое кресло не подойдет, а рядом с ним тихо расположилась Настя.

Совещание начал Исаев. Он говорил четко, размеренно, на научном языке, хотя остальные не всегда понимали каждое слово.

— Я изучил проблему с уязвимостью к химоружию нервно-паралитического класса, -начал он. — Классический механизм действия таких токсинов заключается в блокировке ацетилхолинэстеразы, фермента, отвечающего за разрушение нейромедиатора ацетилхолина в синаптической щели. Результат — неконтролируемое возбуждение мышечных волокон и остановка дыхания.

Он сделал паузу и посмотрел на Вадима.

— Я предлагаю модифицировать вирусный вектор Хронофага так, чтобы он менял электрофизиологию нейронов. Конкретно, повысить проводимость калиевых ионных каналов, ввести дополнительные белки-регуляторы, которые ускорят реполяризацию мембраны. Таким образом, даже при блокаде ацетилхолинэстеразы избыток ацетилхолина не вызовет тотального тетанического спазма. Смертельный исход будет предотвращен в большинстве случаев, хотя без информации о точной формуле вещества это довольно дырявый щит.

Вадим склонил голову набок.

— Сколько времени займет работа?

— Два дня, -ответил Исаев без колебаний. — Дальше мы используем птиц для первичного распространения. Зараженные особи понесут по всей агломерации Петербурга. А оттуда передача пойдет по цепочке, через кровь, через физический контакт. За неделю большинство наших людей получат защиту.

— Хорошо. Считай, что у тебя полный карт-бланш. Делай, что нужно.

Альфа только собрался перейти к следующему пункту, как в разговор вмешался Стасевич.

— Вопрос простой, Вадим, -сказал он. — Когда мы на Основателей выступаем?

— Не будем торопиться, -сказал он наконец. — Основатели ждут именно этого, что мы полезем в бой неподготовленными. Сначала будет защита от их химического оружия. Когда Артур закончит работу со штаммом, распространит среди наших, мы начнем действовать. Первая цель — Ломоносов. Там слабее гарнизон, меньше техники, зато удобная точка для выхода к Сосновому Бору. После захвата города я дам команду инфильтраторам начать диверсии на АЭС. Одновременно подтянем основные силы. Если защита станции окажется прочной, лбом о биться не станем. Возьмем их измором. Осадой. Они все равно не смогут держаться вечно без подвоза топлива и продовольствия.

Стасевич нахмурился, провел рукой по седым вискам.

— А если федералы ударят с севера в тот же момент?

Вадим перевел взгляд на него.

— Тогда будем действовать иначе. Если Странника в Карелии разгромят, мы отправим туда подкрепления. Но работаем не открыто, а партизанскими методами. У ВССР в регионе слишком много сил, в лоб с ними воевать бессмысленно. Наша задача — тянуть время, бить по коммуникациям, лишать их снабжения.

Исаев слегка улыбнулся.

— Значит, все-таки прислушался к моему совету.

Вадим коротко кивнул.

— Да, Артур. Лобовые атаки — удел дураков, а мы должны думать наперед.

Тут послышался голос Насти. Она сдвинула кресло ближе к столу, четыре глаза блеснули в полумраке зала.

— Я хочу предложить кое-что.

Развитая чувствовала на себе внимательные взгляды всех присутствующих и, чуть помедлив, заговорила:

— Мы слишком зациклились на России и ближайших фронтах. Но ведь мир не кончается на наших границах. По слухам, на Североамериканском континенте остатки правительства США работают над собственным вариантом омега-штамма. И, похоже, они уже начали активно его распространять.

— Хочешь сказать, -медленно произнес Стасевич. — Они пошли по нашему пути?

— Именно, -кивнула Настя. — И если это правда, то там у нас конкуренты. Основателей в Америке нет, значит, пространство свободно. Если они закрепятся первыми, через несколько лет мы можем получить противника, равного по возможностям. А если отправить экспедицию, пусть небольшую, но с достаточным количеством носителей, влияние нашего штамма можно распространить за океан. Тогда у Единства будет плацдарм в другом полушарии.

Вадим внимательно смотрел на нее, скрестив руки на груди. Остальные переглядывались, кто-то хмурился, кто-то явно пытался представить масштаб сказанного.

— И как ты предлагаешь это сделать?
– спросил он наконец. — Балтику контролируют сторожевики и беспилотники Основателей. Даже если мегаящеров пустим вплавь, они вряд ли доплывут дальше Скагеррака.

— Я понимаю, — Настя чуть опустила голову. — Но нужно хотя бы начать планировать, подготовить носителей, отработать маршруты. Найти транспорт, который сможет уйти в океан. Если не сейчас, то после того, как мы разберемся с Основателями.

Дружок тихо фыркнул.

— Ты думаешь слишком широко. Но, может быть, в этом и есть смысл.

Вадим наконец заговорил:

— Мы вернемся к этой идее позже. Сначала Петербург, Ломоносов и Сосновый Бор с АЭС, потом посмотрим, что будет с Америкой.

Полковник Стасевич сдвинул папку со снимками с БПЛА на край стола и наклонился вперед.

— Допустим, мы там справимся с Основателями. Но что, если федералы ударят в тот же момент? Мы окажемся между молотом и наковальней.

Игнат, сидевший рядом, тихо кивнул.

— С севера у них действительно сил больше. Даже если половина -мобилизованные беженцы, артиллерии и бронетехники у них достаточно, чтобы снести все на пути.

Вадим, не меняя позы, ответил:

— Потому мы и не будем воевать в лоб. Я уже говорил: против федералов только партизанские действия. Засады на колонны, диверсии на коммуникациях. Их снабжение и так будет на пределе, а без топлива и запчастей их техника превратится в металлолом.

Стасевич поспешил возразить.

— Партизанщина — это хорошо, когда у тебя ограниченные силы. Но у нас орды ходоков, развитые, прыгуны! Мы можем давить числом.