Чтение онлайн

Боится, что нас заметят, боится реакции своего так называемого мужа.

— Боишься, что опять прилетит? Твой будущий муженёк не выдержит?— бросил я, и в моих словах была едкая горечь, ярость, которую я не мог сдержать. Она дёрнулась, её тело выгнулось, и её руки упёрлись в мои плечи, пытаясь оттолкнуть, но лишь сильнее вжимаясь. Вся она сейчас в моей власти, и от этого внутри пожар, огонь, который сжигает всё дотла.

— Не твоё дело, волк!— огрызнулась она, и в её голосе прорезались стальные нотки, показывая свои колючки, которые она так тщательно скрывала. Наконец, у неё получилось оттолкнуть меня, и я почувствовал, как она отпрянула. В её глазах были слёзы, обида и злость — целая буря эмоций. Я рыкнул, сжимая кулаки так, что побелели костяшки пальцев, чувствуя, как Эта дрожь пронзает моё тело.

—Не моё дело?!— ты ещё скажи, что не моя истинная! — взревел я, делая шаг к ней, и каждый этот шаг был наполнен яростью. Она обняла себя за плечи, словно пытаясь защититься от меня, посмотрела с сожалением, в её глазах мелькнула боль.

— Прости, прошептала и убежала.

Ударил в стену, мой кулак врезался в дерево с глухим стуком, заставляя себя не бежать за ней, не бросаться следом. Если сделаю это, то её больше не отпущу, не отдам никому. Заберу её, сделаю своей, несмотря ни на что.

Не должен, не должен я так думать, но эти мысли, эти дикие, первобытные мысли, словно хищник, рыскают в моей голове. Вылетел из конюшни твёрдым и грозным шагом идя в таверну. Я убью его, не пожалею, уничтожу, сотру в порошок за то, что он сделал с моей Сереной.

К моей радости, Джордан, вместе со своей сворой, стояли на улице, мерзко улыбаясь, их лица искажены отвратительной ухмылкой. Знает ли он, что от него ничего не останется, когда я доберусь до него, когда он окончательно выведет меня из себя? Когда я сделаю с ним такое, что в самом страшном сне ему не снилось, такое, что он будет молить о смерти, но не получит её.

Я налетел на него, как ураган, сбивая с ног, он не ожидал, рухнул на грязную землю. Ударил по лицу, не сдерживаясь, взял за грудки, поднимая его над землёй.

— Кто разрешил тебе пальцем её тронуть?! — взревел я, со злостью смотря на него, его глаза полны страха. Его люди налетели на меня, но я сбил и их. Мои глаза пылали ненавистью к нему, к этому ничтожеству, что тронул её, посмел поднять руку на неё. Что никто не защитил её. Никто не помог ей. И это я исправлю.

В его глазах вижу страх, сильнее сжимаю его шкуру.

— Она моя невеста. Какое право ты волк имеешь подходить к ней, взревел он. Усмехнулся, сжимая челюсть так, что её даже свело. От его слов невеста.

Зарычал, сильнее сжимая его, ощущая, как его кости хрустят под моими пальцами. Вновь ударяя, мой кулак врезался в его челюсть, затем в нос. Между нами образовалась драка, я не жалел его, он меня, но я бил с удвоенной яростью, вкладывая в каждый удар всю свою ненависть и боль за неё. Тронул, посмел ударить её, как только посмел?! Бил его не жалея сил, видел, как он постепенно сдавал свои позиции, его движения становились вялыми, а глаза затуманивались.

— Нравится бить женщин?! — крикнул на него, сжимая его горло, ощущая пульсацию под своей ладонью. Его лицо посинело, глаза выкатились. Пока внезапно меня не отволокли от него. Это был Хьюго, его стальная хватка чувствовалась на моих плечах, он крепко сжимал меня, не давая вновь ринуться к Джордану.

— Стой, твою мать! — грозно рыкнул он на меня, держа с нечеловеческой силой. Джордан, еле встал с земли, пошатываясь, сплюнул кровь на землю, его губы были разбиты. Рык, глубокий и низкий, сам образовался в моём горле.

— Я тебе это, волк, ещё припомню! Если бы не эти земли, тебя бы тут не было! — сказал он, его голос был хриплым, но в нём сквозила зловещая усмешка, он показал клыки, обнажая свою тёмную сущность.

— Ошибаешься, ведун,— прошипел я, мой голос был низким и угрожающим.

— Это ты бы уже в земле лежал, если бы мне никто не помешал!"

Он схватился за грудь, тяжело дыша, я же пытался выровнять своё дыхание, но ярость всё ещё клокотала внутри.

— Ещё раз к моей невесте подойдёшь — он указал пальцем.

— Она моя, ясно?— довольно улыбнулся он, и эта улыбка была настолько мерзкой, настолько самодовольной, что я порывался к нему, благо друг меня держал, не давая мне сорваться с цепи.

Он усмехнулся, вскинув мерзко свою разбитую бровь, и это было последней каплей. Мерзкий тип. И ему Серена позволила приблизиться к себе? Ему она позволяет целовать себя? Я закрыл глаза, пытаясь отогнать эту ужасную мысль, но образ её губ под его губами, её тела рядом с его, стоял перед глазами.

— Что сделаешь а, сил не хватит, шагнул в его сторону, как его люди закрыли его от меня.

— Узнаешь волк, ей не поздоровиться, если увижу, он гадко усмехнулся, уходя прочь.

Я же взревел ещё сильнее, чувствуя, как моё тело рвётся за ними. Хьюго не церемонился со мной, его хватка была железной. А глаза пылали.

— Ты что творишь, малой?!— крикнул он, схватив меня за воротник, пытаясь привести в чувство.

Закрыл глаза, тяжело, как же тяжело это осознавать, как же хочет встряхнуть её, чтобы узнать всё. Ведь сегодня она тянулась ко мне, тянулась, её тело инстинктивно искало моего тепла. Но вторая сторона, та, что осторожнее, говорит: нельзя. Предаст опять, будет больно снова. Ты и так соткан уже из этой боли, которая убивает тебя изнутри, словно яд, медленно разъедающий душу. Зачем делать ещё хуже? Зачем вновь открывать старые раны?

Осел на землю, , взъерошив свои волосы, пытаясь хоть как-то унять внутренний шторм.

—Он ударил её.— мой голос был грозным, низким рычанием, полным невыносимой ярости, стоило только представить это себе.Кровь закипела в жилах.

— Куда?— спросил брат, Хьюго, садясь рядом со мной, его взгляд был полон понимания и тревоги.

— У неё губа разбита,— усмехнулся я, горько, безрадостно. И что самое бесячее

– Она не призналась даже, покрывает его.Сжал кулаки, что есть силы, ногти впились в ладони, оставляя следы. Это безумие, что она защищает его!

— Не привлекай внимание, Логан,— Хьюго заговорил тихо, но твёрдо, его голос был разумом в моём бушующем безумии.

— Если он прознает, что она твоя истинная, или, что тебе она нравится, думаешь, не воспользуется этим, чтобы уничтожить тебя? Тут дело времени, брат, не делай этого хотя бы у него на виду. Будет только хуже, ты долго шёл к своей власти, столько сил вложил. Но портить всё из-за ведьмы. Тем более он ясно дал понять, что ей будет грозить— он усмехнулся, и в его усмешке была доля цинизма, а в слове "ведьма" — презрение. Я сжал руки ещё сильнее, понимая его правоту, но бешенство не унималось. Ведь хочется встряхнуть её, запереть её, добиться правды, любить, сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле.