Чтение онлайн

А как только оказалась внутри своей комнаты, заперлась и дала волю эмоциям, позволяя слезам катиться без помех.

Кафе, в котором Лилия сидела, было не из дешевых, чашка кофе стоила не меньше тысячи рублей. Когда-то ей было запрещено появляться в таких местах, не дай бог пересечется с Валентиной, усопшей женой ее Миши. Валя. До чего же мерзкое имя.

— Прости, что опоздала, пробки восемь баллов, еле вырвалась вообще из школы.

Новая подруга, личный помощник директора школы, в который ходила Алиса, села напротив Лили и обмахнула лицо рукой. Видно было, как спешила на встречу, вся запыхалась и вспотела. Шутка ли, как только устроилась на работу в элитную школу, сразу же обзавелась подругой из высшего общества. Элиты, которая обычно смотрела на таких, как она, свысока.

— Не страшно, Евгения, я выпила чашечку кофе, так что даже ругаться не хочу.

Женю коробило ее полное имя, но она не решалась возразить, заметив, что Лиля всех называла по паспорту и вела себя, как настоящая светская леди. Даже завидовала ей, чего греха таить — дом полная чаша, красавица-дочь и богатый муж. У женщины было всё, о чем могла мечтать любая другая.

— Я заказала тебе латте и легкие закуски, полезные для фигуры.

— Ты как всегда добра и внимательна, — улыбнулась Женя, а у самой голодом свело живот. Она посмотрела на соседний столик, где лежали бутерброды и сглотнула, захлебываясь слюной.

Сделала глоток воды и, наконец, отдышалась.

— Ты принесла мне информацию?

Женя кивнула и потянулась к замку сумки. Руки у нее тряслись, ведь фактически она шла на должностное преступление, оглашая закрытую информацию посторонним лицам. Утешало ее только то, что делала она это во благо. В конце концов, Лилия теперь входила в попечительский совет, а ее вторая дочь, точнее, падчерица, училась в их школе. Естественно, ее интересовали кандидаты на должность сурдолога.

— Только никому, Лиль, еще ничего не решено.

Воровато оглядываясь по сторонам, Женя протянула папку с файлами подруге. Топоркова внимательно пролистала документы и вдруг чему-то улыбнулась.

— Я слышала, директриса прислушивается к твоим советам, ты вроде как специализируешься на ин… на детях с проблемами слуха, и весьма успешно контактируешь с такими.

— Да, так и есть, — зарделась и засмущалась Женя, опуская голову. Ей льстило внимание к собственным заслугам.

— Моя Нина — особенный ребенок, и я не могу допустить, чтобы с ней работали халатные специалисты. Вот этот вызывает доверие. Он уже работал в интернате с глухими людьми, я в нем уверена.

— Окончательное решение примет директор, — замялась помощница, выкручивая немного собственные пальцы.

— Она прислушивается к твоим советам, дорогая, — тут же взяла девушку в оборот Лилия, схватила чужие руки в свои ладони и сжала их. — Думаю, в таком важном вопросе твое мнение и совет станут решающими.

— Мне кажется иногда, что ты общаешься со мной только ради выгоды, — заметила Женя, чувствуя себя неловко после этих слов.

— Глупости, — попыталась успокоить «подругу» Топоркова. — Ты же знаешь, что я сама из простой семьи, и все эти жены богачей мне не по душе, дочери таких же толстосумов. Им нас и наше детство не понять. Они никогда не знали безденежья, не в курсе, каково это — зашивать собственные капроновые колготки, потому что на новые денег нет.

Женя подняла глаза и улыбнулась сквозь слезы. Слова подруги отозвались у нее в душе, ведь буквально недавно, еще до устройства на работу в эту школу, так ее жизнь и проходила.

— Да, ты права, думаю, этого сурдолога и наймем, директриса как раз ждет от меня вердикта после собеседований, — успокоившись, Женя кивнула, а затем положила папку обратно в сумку. В ней находился конверт, и хоть ее немного коробило брать их, но она здраво рассудила, что ничего такого в этом нет, всего лишь помощь более удачливой подруги.

— А вот и еда. Слушай, как насчет похода в СПА? Не переживай, я приглашаю, а значит, плачу. Такая тяжелая неделя была, знаешь же, что Нина, эта негодяйка, выкинула. У Миши от ее выкрутасов давление поднялось, аж скорую вызывать пришлось. Я еле уговорила его не рубить с плеча и позволить ей остаться жить в общежитии.

Как только Женя услышала, как Лиля печется о падчерице, у нее отлегло от сердца. И ничего плохого она не делает, всего лишь протолкнет нужного человечка в штат, так все делают.

После СПА Лилия поехала сразу домой, чтобы успеть оказаться там как раз к приезду мужа. Но он уже был там и ходил сам не свой, злился и шпынял прислугу.

— Случилось что-то серьезное?

Муж не стал ничего говорить, развернулся и тяжелой походкой направился в свой кабинет. Лиля глянула на домработницу строгим и предупреждающим взглядом, затем пошла следом, прикрывая за собой дверь, чтобы никто не посмел греть уши.

— Выборы перенесли на пятнадцатое число.

Михаил налил себе воду в стакан и сделал внушительный глоток. Нервно сдернул галстук и шумно присел в кресло, ощущая, как от злости внутри всё кипит и рвет.

— Всего десять дней разницы, Миш. Чего так нервничаешь?

— Ты не понимаешь. Одиннадцатого день рождения Нины.

— И что?

— И то! — рявкнул, злобно сжимая челюсти.

Лиля поджала губы, но больше ничем не выказала раздражения. Ее беспокоили загадки, которыми порой говорил муж, но она была не в том положении, чтобы качать права.

— Я не совсем понимаю, почему ты так злишься, дорогой. Может, сделать тебе массаж?

Подошла ближе, вставая за его спиной и массируя твердые плечи.

— Массаж тут не поможет, — выдохнул Михаил, но закрыл глаза, чувствуя приятное покалывание в области шеи.

Он было хотел рассказать жене, как на самом деле обстояли дела, и наконец пояснить, почему позволял Нине такие большие траты в обход интересов жены и Алисы, но в последний момент прикусил язык. Не то чтобы он Лиле не доверял, но давно уяснил, что женщины не умеют держать язык за зубами.

А Нине вообще не стоило знать, кому на самом деле завещала бизнес и всё имущество Валентина. Как только ей стукнет восемнадцать, он восстановит справедливость, ведь всю жизнь положил на нелюбимую жену и ее семейку, в гробу им перевернуться.

Стыд Михаил не испытывал, всё же Нину, как свою дочь, несмотря на угрозы, он не обделит, после даже постарается найти ей мужа, который не обратит внимания на ее глухоту.

Раздражало, что частью активов он не мог пользоваться, надеялся, что удастся решить этот вопрос после выборов, когда у него будет больше власти, а теперь придется идти на поклон к Демидову.

А значит, нужно наплевать на прежние договоренности и ускорить брак Алисы и Глеба, чтобы у Ивана не было причин задавать лишних вопросов. Тот получит свои деньги и поможет ему с переоформлением активов.