Чтение онлайн

– Да, это, хм, было познавательно, - ответила я.

Если Рустем и почувствовал что-то неладное, то не подал виду, а вместо этого просто кивнул.

– Я рад, что тебе понравилось. Правда, - произнес Щеголев с глупой улыбкой на лице. В его глазах появился какой-то едва уловимый блеск. Интересно, это мне уже чудится?
– Я стараюсь устраивать такие совещания хотя бы раз в две-три недели, чтобы определить вектор движения и выявить наши слабые места.

Толстые вены на его руках вздулись, когда он закрывал папку. Блин, эти руки...

– Есть вопросы, Майя?

Я отрицательно замотала головой. Единственный вопрос, который меня мучал, вряд ли бы вызвал у Щеголева энтузиазм.

Да что, блин, вообще со мной творится? Уж не влюбилась ли я часом? Да ну. Нет. Это всего лишь плотское влечение. Да и только.

– Нет, - ответила я, встречаясь глазами с его непоколебимым взглядом.
– Хотя, все-таки есть один вопрос, но он не касается совещания.

Рустем напрягся. Было видно, что ему стало некомфортно, но вида он старался не подавать.

– Какой?

– Рената Орлова, ваша клиентка. Зачем ей это?

Щеголев скрестил руки на груди.

– Каждый волен делать то, что считает нужным.

Блин, опять. Вот что она за человек-то такой! Вроде бы сначала ведет себя адекватно, но потом раз и снова козел козлом.

– Это понятно, - резко оборвала его я.
– Поймите меня правильно, со стороны ситуация странная. У нее крепкий бизнес. Зачем ей его продавать?

– Давно вас этот вопрос интересует?

– С тех пор, как я увидела Ренату.

Он бросил любопытный взгляд на меня.

– Тогда почему вы не спросили ее об этом сами?

Я впилась ногтями в ладонь.

– Потому что это непрофессионально.

– А разглашать вам личную информацию клиента - профессионально?

– Нет, это неправильно, - процедила я сквозь зубы, понимая, что это дохлый номер. Из него и клещами информацию не вытащишь.

– У нее рак, - вдруг бросил он.

– Что?
– От шока у меня челюсть чуть на пол не упала.

– У Ренаты неоперабельная форма саркомы Юинга. Ни мужа, ни детей, ни родителей. Ее компания - ее детище, и она не хочет потерять все, что создавала годами. Она просто хочет найти в каком-то смысле слова преемников, которые продолжат ее дело и не дадут фирме развалиться. Отсюда и спешка.

Нихрена себе! Но ведь она такая молодая… такая красивая и шикарная… Представить невозможно, что такая цветущая женщина находится на грани жизни и смерти.

– Не ищи смысл там, где его может не быть, - произнес Щеголев, вставая из-за стола. В два шага он достиг меня и обжег своим горячим дыханием мою кожу.
– Некоторые вещи случаются, потому что им суждено случиться, вот и все. Будешь сильно углубляться, потеряешь себя. Поверь, это страшнее. И да, о некоторых вещах лучше не спрашивать.

Я проводила его удаляющуюся фигуру взглядом. На глазах навернулись слезы. Нет, это неправильно. Жизнь слишком несправедлива.

Еще несколько минут я пыталась прийти в себя, а затем направилась к себе в кабинет. Еще пару часов и можно будет пойти домой. Этот дурацкий день наконец закончится.

Внезапно зазвонил телефон. Рустем попросил меня зайти к нему.

Немного спотыкаясь, я протиснулась мимо дверей и буквально заставила себя войти.

Изумленный вздох сорвался с моих губ, когда я подошла к Рустему. На столе, лежали фотографии с того пресловутого вечера.

Вот мы входим, держась за руки. Здесь разговариваем, даже мило улыбаемся. А вот на этой Щеголев, подавая мне бокал, смотрит на меня влюбленным взглядом.

Сука, о чем я только думала? Я должна была догадаться, что ничем хорошим этот выход в свет не закончится.

Меня теперь все его поклонницы возненавидят.

Но фотографии в одно мгновение показались мне наименьшей из проблем. Заголовки желтой прессы были куда более хлесткими:

«Рустем Щеголев вышел в свет со своей невестой. Кольцо за несколько миллионов и платье от кутюр: что мы знаем о ней?».

«Холостяк решил жениться. Откуда сия красавица взялась?».

«Что мы знаем о спутнице Щеголева? Где мы видели ее раньше?».

Слезы хлынули против моей воли. Второй раз за день мне хотелось выть волком, причем сейчас от собственного бессилия. Я подняла взгляд на Рустема. Вид у него был суровый.

– Рустем Мурадович, сделайте что-нибудь!
– взмолилась я.

– Майя…

– Дайте опровержение, - проревела я белугой, даже не думая о том, как выгляжу со стороны.
– Расскажите, что это неправда!

– Майя!

У меня в груди все затрепетало от напряжения в его голосе.

Я с трудом сглотнула, увидев огоньки гнева в его глазах. Гнев? Я тоже имела полное право злиться.

– Майя, договор с Широковым пока не подписан, - выдохнул он.
– Я не могу опровергать наши отношения. Иначе в чем вообще смысл этого фарса?

– Я не… - произнесла я, с трудом выговаривая слова.
– Я не хочу.

– Я тебе заплачу. Любая сумма, все что захочешь, - затараторил Рустем.
– Плюс, у меня будет еще ряд условий, и это не обсуждается.

Я хотела возразить. Накричать на Щеголева за то, что он втянул меня в эту историю, ударить его, сделать так, чтобы все это закончилось. Но я прекрасно понимала, что это бесполезно. Все решено за меня. Называется: без меня меня женили.

Губы дрожали, но я покорно кивнула.

– Все, что я тебе сейчас скажу, мы сделаем для твоей же безопасности.

Рустем

– Сука!
– воскликнул я, захлопывая крышку ноута.

Это просто звездец. Только что мне позвонил помощник Широкова, который встречал меня в день нашей первой встречи, и сообщил, что в связи с некоторыми обстоятельствами подписание контракта откладывается до лучших времен.

Оказалось, что на следующий день после ужина у старика случился инфаркт. Его срочно госпитализировали, провели стентирование, и сейчас его ждал длительный период реабилитации.

Сука! Сука! Сука!

Я должен был просчитать все варианты.

Почему я не предвидел форс-мажоры!