Чтение онлайн

Аккуратно сложив пакеты с покупками в нижний ящик своего рабочего стола, Полина смело вошла в кабинет босса. В такое время боссы в своих кабинетах не водятся.

Она его не боялась, нет. Просто Полина совершенно искренне считала, что такая серая мышь и белая моль, как она, может служить красавцу Евгению Ларину исключительно мебелью. Оргтехникой. Но уж никак не равноценным партнером в работе.

Она и ухаживала за ним все эти три года исключительно из-за неосознанного желания быть нужной хоть одному человеку на Земле. Это желание было настолько сильным, что перевешивало даже смущение и стремление спрятаться под плинтус в присутствии других людей.

Короче говоря, Полина вошла в кабинет шефа вполне решительной и уверенной походкой человека, который точно знает, что ему ничего не грозит.

После утреннего посещения зоомагазина она чувствовала себя истинным знатоком-аквариумистом и потому со знанием дела сразу же направилась к мягко светящемуся кубу в углу кабинета.

Аквариум был большой и аляповато украшенный — в глубине души Полина ничуть не удивилась бы, окажись эти зеленые камешки на раме настоящими изумрудами. А рама, соответственно, золотой.

Воздух, несомненно, в аквариуме присутствовал — о нем свидетельствовали как крупные пузыри, так и с трудом пробивающееся, но отлично чувствующееся сквозь крышку зловоние. Кстати, пахло тухлым мясом…

Девушка наморщила носик и пошла вокруг аквариума, пытаясь понять, какое же устройство, непосредственно, булькает. Видимо, вот этот пластиковый камешек посреди аквариума — пузыри идут прямо из его вершины…

Она подтащила к аквариуму стул и попыталась задрать ногу. Узкая юбка зловеще затрещала. Полина стыдливо оглянулась на дверь и решительно подтянула юбку вверх. Этого показалось недостаточно, и Полина решительно задрала юбку до пределов разумного. Теперь нога отлично поднималась, и через пару секунд девушка уже стаскивала тяжеленую крышку с аквариума, высунув язык от усердия.

Отвратительный запах ударил даже не в нос — в голову. Наверное, все дурацкие рыбки сдохли, и уже давно. Ах нет, вон одна… вторая… Это же надо было таких уродин подарить? Буро-серые, со скошенными черепами и воинственно выдвинутой вперед нижней челюстью. Точь-в-точь Семенов из ее класса в школе. Полина фыркнула и попыталась дышать ртом. Надо просто сунуть руку внутрь и нащупать камешек…

Евгений шел по коридору и вертел головой то влево, то вправо. Объяснение этому странному поведению было простое — справа Маша, слева Даша, блондинка и рыженькая, обе модельной внешности, обе хохотушки и болтушки. Бель щебетала что-то об офигительных туфельках, Маша — о том, что ей очень хочется в китайский ресторан. Прелесть, что за утро!

Троица уже почти достигла кабинета босв, когда рыжая Даша запнулась и брезгливо наморщила носик.

— Ой, чем это воняет?

Маша ревниво покосилась на соперницу и жизнерадостно пропела:

— А это, наверное, кто-то пукнул! Я знаю точно, что не я…

Евгений поспешно выпалил:

— И не я!

Даша немедленно надулась и обиделась.

— Очень смешно! Здесь воняет так, словно… это сделали человек тридцать хором. Или чем там это можно сделать всем вместе?

С такими двусмысленными шуточками троица достигла, наконец, дверей кабинета, и Ларин распахнул их…

Жуткий запах тухлого мяса ударил прямо в нос. А прямо в мозг впечаталась потрясающая картинка: стройные девичьи ножки и соблазнительная попка незнакомой девицы, стоящей на цыпочках на стуле и самозабвенно плещущейся — такое складывалось впечатление! — в аквариуме с пираньями.

Дальше все произошло молниеносно. Очень много всего смогло уложиться в доли секунды. Ларин рванулся вперед с воплем «Прекрати, идиотка!!!», девушки завизжали, а незнакомка дернулась, как ужаленная, потеряла равновесие и начала падать, инстинктивно схватившись за край аквариума… Евгений с воем отскочил, в последний момент увернувшись от аквариума, и поймал малахольную девицу на руки.

Аквариум разбился вдребезги. Закаленное стекло разлетелось в мелкую крошку кубической формы. Триста литров вонючей желтоватой воды хлынули на пол и на ноги окружающим. А кроме того…

Латиноамериканская пиранья не просто хищник. Она один из самых свирепых хищников. Даже мертвая рыбина продолжает сжимать свои челюсти с силой, приблизительно равной силе челюстей английского бульдога. Стая пираний способна за двадцать минут превратить среднего буйвола в ослепительно сверкающий скелет без единого клочка плоти, одна пиранья может за десять минут нанести взрослому человеку увечья, несовместимые с жизнью.

Однако помимо своей кровожадности, пираньи славятся еще одним качеством. Они крайне, просто сверхъестественно живучи. Единственные рыбы на земле, способные жить и кусаться — впрочем, это для них одно и то же — даже без воды, на открытом воздухе.

Именно такие существа в количестве пяти штук сейчас скакали в страшном боевом танце по полу, думая лишь о том, что вокруг пахнет свежей добычей. Нажраться до отвала и подохнуть во время десерта — для пираньи это самая желанная смерть.

Однако Ларин не обратил на пираний, вонь, воду и вопли девиц никакого внимания. Он смотрел только на ту, кого сжимал в своих объятиях. Даже если бы сейчас кто-нибудь выстрелил у него над ухом из пушки, он бы этим самым ухом и не повел.

Шоколадные глаза, налитые ужасом. Высокие скулы полыхают, словно утренняя заря. Темные волосы мягкие, как шелк… И она совсем легкая, невесомая, а ножки… И пахнет от нее ландышами и мятой — ну, если абстрагироваться от тухлого мяса.

Ларин держал на руках собственную секретаршу, Полину, и менее всего на свете желал избавиться от этой ноши.

Через десять минут кабинет заполнился самым разнообразным народом, всхлипывающие Маша и Даша были отправлены в медпункт, пираньи переловлены (пострадало трое уборщиков), а Ларин и его секретарша переместились в кабинет Натальи Ивановны, где им налили кофе и тактично удалились. Все-таки бестактно наблюдать за тем, как шеф орет на подчиненную… хотя и очень интересно.

Евгений был вынужден избавиться от неприлично мокрых брюк, носков и ботинок, и теперь расхаживал, завернувшись в некоторое подобие римской тоги, сооруженное из скатерти. Сходство с патрицием усугублялось нахмуренными бровями и гневными тирадами, которыми он осыпал скорчившийся на стуле «говорящий костыль».

— …Нет, вы только подумайте! Сунуть руку в аквариум с пираньями! Да меня бы посадили из-за вас!

— Я все оплачу…

— К черту ваши деньги! И вас тоже к черту! Мне плевать на ковер, плевать на пол, плевать на то, что теперь туда неделю нельзя будет зайти. Мне плевать на этот чертов аквариум, будь он неладен! Подумаешь, изумруды…

— Значит, все же настоящие?

— А? А, ну да. Пижон это Альмейда… Ну его тоже к черту! Вы же могли лишиться руки!

— Мне очень жаль… и спасибо, что вы волнуетесь за меня…

— За вас? Еще чего! Я за себя волнуюсь. Останься вы без руки, мне пришлось бы искать новую секретаршу, объяснять ей все, привыкать по новой…

Полина склонила голову к самым коленям, чтобы не видно было слез, неудержимо капающих на голые коленки, неприлично торчащие из продранных колготок. Ларин ничего не замечал и вопил в свое удовольствие. Его прямо-таки распирало, как воздушный шарик. И без того хорошее настроение стремительно и необъяснимо улучшалось. Вероятно, дело в адреналине.